— Я знал, что тебе не понравится эта идея, — сказал Арран, опуская руки. — Я пытался сказать Фэллону вчера вечером, когда они вернулись, но он думает, что, если бы ты побывал там, то, возможно, смог бы узнать больше о том, что случилось с твоим народом.
Рамзи провел рукой по мокрым волосам, вода по спине стекала на пол. Многие ответы вертелись на языке. Но, как известно, прежде чем принять какое-то решение, Рамзи всегда обдумывал его. Что-то внутри него кричало "Нет!"
— Дай мне несколько минут, чтобы одеться, — сказал Рамзи.
Арран нахмурился, потом кивнул и вышел из башни.
Рамзи одевался в этот раз медленнее, чем обычно. Он думал о возвращении в лес. Там могли быть ответы, но они же могут принести ему еще больше боли.
Было ли лучше оставаться в неведении? Предполагать? Или же найти ответы и мучиться, думая, смог бы он все изменить, если бы был там?
Гален, возможно, обнаружил, что его народ ушел, чтобы уничтожить Дейдре. Но не ясно, что стало с теми, кто покинул лес.
Рамзи мог представить картину произошедшего. Он ведь не только прошел через многие пытки безжалостной и беспощадной Дейдре, но и был свидетелем большинства из них.
Он схватился за грудь, когда осознал, что эта сука могла забрать магию у его соплеменников, как уже делала с бесчисленным количеством несчастных Друидов. Мысль опустошила его, оставив лишь жгучую боль в груди, которая угрожала поглотить его целиком.
Надев футболку с драконом и кельтским принтом и проведя рукой по все еще влажным волосам, он покинул башню.
По пути в большой зал, его взгляд все время искал Тару, но та, видимо, еще не пришла. Прежде, чем он успел подойти к столу, Фэллон и Гален преградили ему дорогу.
— На одно слово, пожалуйста, — сказал Фэллон, указывая в сторону камина и нескольким креслам, расставленным вокруг.
Рамзи внял просьбе и встал перед ревущим огнем. Тепло лизало кожу, пока он наблюдал, как пламя пожирает дрова.
Позади он услышал скрип кресла, в которое садился Фэллон. Рамзи знал Галена достаточно хорошо, чтобы догадаться, что старый друг останется стоять, вероятно, позади одного из кресел.
— Арран рассказал мне, — проговорил Рамзи прежде, чем Фэллон успел произнести хоть слово.
— И? — спросил Гален.
Рамзи ответил не сразу. Он еще не разобрался в своих чувствах.
— Ты хочешь получить ответы, касающиеся исчезновения твоего народа, — сказал Фэллон. — Поход туда может дать их тебе. Честно говоря, я удивлен, что ты не побывал там раньше.
— А вы хотели вернуться сюда после той резни? — обернувшись к Фэллону, спросил Рамзи.
Темно-зеленые глаза собеседника на мгновение омрачились. Затем он качнул головой.
— Но я знал, что произошло.
— Рамзи, все, что мы знаем, — это то, что записано в какой-то книге. Ты понимаешь, что все это могло бы оказаться неправдой, — произнес Гален.
Могло, но Рамзи сомневался.
— Гален считает, что мы могли бы там что-нибудь обнаружить, и я склонен согласиться с ним, — произнес Фэллон.
Рамзи понимал аргументы друзей. То же самое и он говорил себе. Но мысль о возвращении в любимый лес, к земле, по которой он бегал мальчишкой, казалась пугающей.
Теплая волна магии омыла его, подчиняя и маня. Рамзи поднял глаза, чтобы увидеть, спускающуюся по лестнице Тару. Ее взгляд остановился на нем.
Он хотел подойти к ней и сжать в своих объятиях, чтобы забыть о просьбе Фэллона. Но она сама направилась прямо к нему, сойдя со ступенек.
— Что случилось? — встревоженно спросила девушка, подходя к нему.
Рамзи повернулся к Таре, не в состоянии думать о чем-либо еще.
— Фэллон предлагает мне вернуться в лес Торрачилти.
— О, — пробормотала она, и понимание отразилось на ее лице.
Тара посмотрела на Фэллона.
— Ты действительно думаешь, что это поможет? Даже если ему будет невыносимо больно?
Фэллон перевел взгляд с Воителя на Тару и обратно.
— Да, иначе я бы не предложил такого. Рамзи — мой брат, как и другие Воители. Я хочу помочь ему.
— Он слишком долго подавлял свою магию, — добавил Гален, — а магия является частью того, кто он есть. Рамзи должен найти ее снова.
Воитель посмотрел на своего друга новыми глазами.
— Вы же не думаете, что я не знаю, кто я?
— Я думаю, ты стал тем, кем, по-твоему, ты должен был быть, — ответил Гален. — Но я не думаю, что ты стал тем, кем хотел быть.
Фэллон насмешливо фыркнул.
— Как и ни один из нас, Гален. Это проклятие — быть Воителем. Я должен был вести свой клан.
— Ты ведешь клан. Просто не Маклаудов, — с кривой улыбкой ответил ему друг.
Рамзи вынужден был признать, что Гален прав. Но все еще не был уверен ни в чем.
Ладонь Тары покоилась на его руке.
— Я не возвращалась к своей семье десять лет. Я долго шла, но знаю, что никогда не смогу вернуться. Зато ты можешь, Рамзи.
Рамзи посмотрел в ее ясные сине-зеленые глаза, удивляясь, что она была в состоянии видеть несправедливость жизни так четко, и несмотря ни на что, находить мир в своем сердце.
Рамзи повернулся к Фэллону.
— Хорошо.
— Хорошо, — повторил с улыбкой Гален и облокотился на спинку кресла, стоящего перед ним.
Фэллон встал.
— Мы отправимся немедленно. Не хочу задерживаться там надолго. Не доверяю Деклану. Я отправляюсь с Лареной, Гвинн и Логаном в Лондон, на поиски свитка.
Рамзи, пробежав взглядом по большому залу, ощутил внезапное чувство страха.
— Фэллон, не думаю, что мы должны идти все сразу.
— Почему? — спросил он, обеспокоенно поджав губы.
— Не знаю. Просто предчувствие.
Гален, повернувшись, крикнул: — Шафран, у тебя были какие-нибудь видения в последнее время?
Шафран тряхнула серебристо-светлыми локонами.
— Нет. А что?
— У Рамзи плохое предчувствие по поводу путешествий, которые мы обсуждаем, — ответил Фэллон.
— Я считаю, что мы не должны отправляться все сразу, — заявил Рамзи. — Часть нас должна остаться, на случай, если Деклан ударит именно в этот момент. Тогда мы сможем дать быстрый отпор.
Фэллон пожал плечами.
— Хорошая идея. Считай, что сделано.
Рамзи почувствовал себя немного лучше, но это все еще не могло развеять его беспокойство. Он посмотрел на Тару.
— Я скоро вернусь.
— Буду ждать, — ответила она с улыбкой.
Рамзи пошел за Галеном и Фэллоном.
— Фэллон не был в Торрачилти, как и я. Так что подумай об этом месте, — попросил Гален.
Благодаря способности читать чужие мысли, Гален видел мысленные картины Рамзи. Он должен был передать видения Фэллону, чтобы тот смог телепортировать их. Рамзи позволил образам леса, его звукам и запахам всплыть в своем разуме, когда Гален положил руку на его голову.
