почувствовала благодарность за это. Мальчик бросил долгий взгляд на ее седые волосы и на глубокие морщины между бровями.
Эндрю встал и сказал, что ему пора. Симен в спешке попросила его подождать. Ей внезапно в голову пришла мысль подарить Сынвону что-нибудь на память о его матери. Она поспешила в комнату. Покопавшись в шкафу некоторое время, Симен вытащила оттуда небольшой сверток. Она распаковала его на глазах у Эндрю. Внутри оказались маленькие туфли с цветочным узором, которые Стелла носила, когда приехала на остров, комплект ханбоков и красный тэнги.
– Это то, в чем твоя мама приехала на Пхова. Я хочу, чтобы ты сохранил это, хорошо?
Симен попросила Чохе передать то, что она сказала, не пропуская ни единого слова.
Эндрю кивнул и объяснил все Сынвону. Симен снова завязала сверток, который так долго хранила, и протянула его Эндрю. Только тогда она почувствовала себя спокойно. Сынвон легко чмокнул ее в щеку и спустился по скрипучей лестнице, а затем обернулся и снова посмотрел на нее. Его глаза все еще были полны любопытства.
– Его волосы ведь не такие уж и светлые, правда?
Симен все еще была поражена, не в силах поверить, что этот красивый мальчик, который только что был здесь, оказался тем самым ребенком, которого так трудно родила ее дочь.
– Так ты избавилась от него потому, что боялась, что он вырастет слишком светловолосым?
– Что? Ах ты дрянь!
– Отличная работа, мама. И совершенно в твоем духе.
Чохе закрыла дверь в свою комнату.
– Негодная девчонка! Я думала, что уж ты-то меня поймешь.
Симен долго думала над словами Чохе о том, что это было в ее духе. Чем больше Симен крутила их в голове, тем горше они звучали. Да, именно это и было в ее духе.
Чохе уже перевалило за тридцать, но замужество было последним, о чем она думала. Иногда к ней приходили свататься, но Чохе не проявляла ни малейшего интереса к их предложениям. Идея выйти за вдовца наполняла ее гневом. У Симен также не было желания принуждать дочь выходить замуж. Но сватов в последнее время не было совсем, и она тревожилась.
Чохе не ходила в церковь и не появлялась на общественных мероприятиях, где могла бы познакомиться с кем-то. Она работала в небольшом банке и сразу после работы мчалась домой и сидела у себя в комнате. Чохе, которая выросла, наблюдая за несчастливой жизнью своих родителей, не питала иллюзий относительно брака. Каждый раз, когда Симен видела Чохе такой, ей, как матери, было жаль, но иногда ее резкий тон и холодный взгляд больно ранили. Не то чтобы она не понимала чувств дочери. Если бы Симен не приехала на Пхова, Чохе выросла бы в тепличных условиях, могла бы юной принцессой выйти замуж и попасть в хорошую семью.
Симен вдруг подумала о Тэхо. Канхи как-то упомянула, что он хорошая партия для Чохе. Симен осознала, что никогда не рассматривала его как своего потенциального зятя. Должно быть, из-за его возраста. Однако она по-настоящему восхищалась его характером и трудолюбием. Единственное, что ее беспокоило, так это то, что ей самой придется поднимать вопрос с женитьбой. В худшем случае их хорошим отношениям настанет конец. Но в итоге Симен решилась на это.
Тэхо думал, что его собираются познакомить со вдовой, и не мог поверить своим ушам, когда Симен неожиданно спросила его, не хотел бы он взять в жены Чохе. Такое он и вообразить себе не мог. Более того, Чохе была старшей сестрой Стеллы – это имя он почти позабыл. А тут к нему вернулись воспоминания о дне, когда он нес Стеллу с кладбища домой.
– Нет, я не смогу, – произнес Тэхо, покачав головой.
– Прежде чем предложить тебе это, я долго думала… Разве мы все это время не жили как братья и сестры? Я волновалась, что, если подниму этот вопрос, наши отношения, которые так долго были хорошими, испортятся.
Тэхо совершенно точно знал, что не заслуживает быть с Чохе. у нее был спокойный характер, но она отнюдь не была застенчивым человеком. Наоборот, она всегда говорила честно и не медлила с действиями. Судьба определила так, чтобы они плыли вместе на первом иммиграционном корабле. Воспоминания о юной Чохе, которую он впервые увидел на борту, выглядели такими яркими. Тогда Тэхо спросил, сколько ей лет и как ее зовут. Это было словно вчера. Красная лента, повязанная на ее длинных волосах, была настолько яркой, что, казалось, могла обжечь руку.
Все это время Тэхо наблюдал за тем, как она растет. Она была благовоспитанной и кроткой девушкой. В один прекрасный день, когда Тэхо встретил ее на улице, сердце его дрогнуло. Она раскрылась для него по-новому, как прекрасная женщина. Но это было всего лишь чувство восхищения чем-то прекрасным, что вдруг увидел. Поскольку Тэхо никогда не рассматривал Чохе как женщину, такие чувства были естественными. Он всегда относился к ней как к другу.
Тэхо снова взял стакан с водой. В горле было сухо, как в пустыне.
– Почему нет? Почему ты отказываешься? Вы же оба закоренелые холостяки.
– Пусть так, но… Как Чохе может на такое согласиться? – спросил Тэхо, и из его уст вырвался нервный смешок.
– Когда я выходила утром из дома, то сказала ей, что иду встречаться с тобой насчет свадьбы. Она переспросила «с кем?», и я повторила, что речь о тебе. Она покраснела и убежала в свою комнату.
Тэхо застенчиво улыбнулся, словно мальчишка, услышав слова Симен.
Пока Наен не засыпала, Чанхен либо рассказывал ей истории, либо поглаживал по волосам. Медленно и успокаивающе. Дыхание его обдавало теплом каждую прядь. Наен желала бы, чтобы ночь не кончалась никогда. Даже если весь мир погрузится во тьму, ей не о чем будет сожалеть. Было обидно, что время, проведенное с Чанхеном, пролетало так быстро.
– Ты, наверное, и сама не представляешь, насколько красива.
– Так ты считаешь меня симпатичной?
Никто раньше не говорил ей такого.
– Можешь поверить мне на слово.
Наен почувствовала, как ее щеки покраснели, и разглядеть это можно было даже в темноте. Все ее тело задрожало. Она снова чувствовала себя женщиной. Возможно, впервые в жизни.
– Расскажи мне о том, как ты очутился здесь.
Когда Наен поняла, что мало что о нем знает, ей стало интересно все.
– Это был путь, полный приключений и испытаний, – торжественно начал он свой рассказ, словно собирался размотать перед ней большущий клубок историй.
– Если были приключения и испытания, значит, ты жил жизнью настоящего мужчины, правда? – спросила Наен
