королевская семья стала считать, что его дела – их дела? И, что самое отвратительное, разрешила себе действовать за его спиной.
Альвэйр едва слышно вздохнул. Быть может, то была его ошибка.
Поглощённый чувством вины за смерть прошлого короля он был излишне снисходителен к юному Ольмильяру. Он верил, что из него получится великий король, что сумеет спасти их народ.
Отчасти так оно и было.
У Ольмильяра было то, что присуще лишь истинным эльфийским правителям. Величие. Которое ощущается и признаётся всеми окружающими. Одного взгляда на светловолосого эльфа достаточно, чтобы желать следовать за ним хоть в пекло. Из него вышел бы отличный полководец, пожелай он избрать эту стезю. К тому же Ольмильяр был хитёр, расчётлив и умел добиваться своего так или иначе - качества которые не так часто можно найти у столь молодого эльфа.
Вот только все это сходило на нет под гнётом эмоций. Он в миг становился поспешным и импульсивным настолько, что люди позавидовали бы.
К счастью, пока правитель не был влюблён, потому существенная слабость у него была лишь одна.
Килтис.
И именно из-за неё король никак не мог оставить его в покое. А Альвэйр терял терпение год за годом, пока совсем недавно оно не истончилось.
Впрочем, иногда у эльфа возникало подозрение, что дело не только в принцессе. Похоже, сам король грезил мыслью породниться с Домом вереска. Будь у Альвэйра сестра, возможно, Ольмильяр оставил бы его в покое и давно пришёл с брачным предложением к ней.
Но что толку размышлять о невозможном. У Альвэйра нет сестры. И никогда не будет дочери, на которой король мог бы жениться.
А значит придётся делать то, чего не хочется.
Эти двое слишком уж заигрались в распорядителей его судьбы.
- Ты здесь? – мысленно обратился эльф к дракону-полукровке. Тот неожиданно для эльфа очнулся после сна, когда стражи Ольмильяра пришли за Эльрис. Ярость ящера опалила мужчину, и наверняка лорд сотворил бы многое, о чём потом жалел, если бы не зелье, сдерживающее чужую сущность.
Он пригубил достаточно эликсира, чтобы успокоить своего спутника, но не так много, чтобы тот уснул вновь. И теперь чужое сознание маячило где-то на задворках и с трудом ворочалось в оковах колдовского оцепенения.
- Да.
- Это из-за тебя Эльрис не могла прочитать меня?
- Разумеется, я всегда охранял твои тайны. Она смогла уловить твои эмоции лишь после того, как я ослаб.
Альвэйру чудилась ложь в словах полукровки – он, подобно своей жене, не мог читать чужих чувств и мыслей, но слишком хорошо знал того, кто жил внутри него.
- А сейчас?
- Я восстановил охрану. Так что Ольмильяр с его магом не сумеют к тебе подобраться…
Значит, его собеседник тоже был уверен в том, что неведомый ментальный маг, которого почувствовала Эльрис, - соглядатай короля. Это имело смысл, но оборот дел совсем не нравился эльфу.
***
Король принял его там же, где обычно – в своём кабинете.
Прекрасный, словно скульптура, сотворённая божественными силами, Ольмильяр сидел за своим столом и терпеливо ждал. Альвэйр уже видел тень предвкушения на его лице. Похоже, владыка наслаждался сложившейся ситуацией, но пока не ведал, что заплатить за очередную выходку ему придётся высокую цену.
Терпение Альвэйра было не безгранично, и сегодня оно лопнуло.
Будь перед ним – человек или эльф, безразличный мужчине, он разделался бы с ним очень просто. Но Ольмильяр вырос на его глазах, и он был его владыкой, поэтому ему придётся бороться с ним, используя закон.
В сияющих серебряных глазах Альвэйр видел полную уверенность в своей правоте. Значит, Ольмильяр всё ещё не знал о роли Килтис в отравлении Эльрис.
Он думал, что ухватился за достаточный повод, чтобы избавиться от леди Дома вереска и расчистить место для своей сестры. В иной ситуации король нашёл бы иной способ использовать таланты Эльрис… Впрочем, возможно, он и сейчас намерен это сделать. Осуждённую не обязательно именно убивать.
Альвэйр усмехнулся. Похоже, король ещё не знает о ходе нынешних переговоров. Один день колоссально изменил вес Эльрис в эльфийском обществе. И дело не только в её волшебной красоте, не скрытой больше губительным ядом.
- Будьте добры, мой король, объяснить, почему вы взяли под стражу мою супругу, - темноволосый эльф был одним из немногих, кто мог чего-либо требовать от Ольмильяра – по праву своего статуса и дальнего родства с королём.
Глаза владыки засияли, он предвкушал, как преподнесёт Альвэйру новость о том, что тот проворонил ментального мага под своим носом. Что греха таить, мужчину и правда, уязвляло собственное неведение, но он не даст насладиться королю этим зрелищем.
- Всё ради твоей безопасности и безопасности моих подданных. Недавно я узнал, что леди Эльрис вовсе не так проста, как думалось изначально. Она оказалась менталистом!
Лорд не знал, какой реакции собеседник ждал от него, но тень сомнения в лице Ольмильяра быстро переросла в уверенность.
- Ты знал, - светловолосый эльф поражённо смотрел на него.
- Разумеется, - Альвэйр не стал уточнять, что эта тайна открылась ему лишь сегодня.
В глазах короля мелькнул гнев.
- И утаил это! От своего короля!
Мужчина поморщился - повелитель ненавидел, когда его власть ставили под сомнение. Если он уловит в этом пренебрежение, то разъярится окончательно и иметь дел с ним будет уже нельзя.
- Я собирался сказать вам об этом, когда мы закончим сбор доказательств против того, кто хотел убить Эльрис.
Мужчина заметил лёгкий интерес на лице короля, но сейчас было не до обсуждения деталей расследования.
- В остальном же – я долго наблюдал за девушкой. Она не представляет для нас опасности. Эльрис рада жить среди нас и сегодня доказала свою полезность на переговорах.
- Это ты так считаешь, или она убедила тебя?
- Спросите своего ментального мага, - лорд усмехнулся. - Так ли легко меня убедить в чём-то?
Если расчёт Альвэйра был верен, и на нём практически всё время была защита дракона-полукровки, соглядатай короля должен знать об этом. Как и о том, что на эльфа нельзя было повлиять.
Воин не знал, видел ли его эльфийский менталист в пору сна призрачной сущности,
