оказалась упругой и мягкой, а цветочно-травяной аромат немного приглушил амбре от немытых тел.
Шотландцы стали тянуть соломинку на предмет того, кто пойдет в караул. Кайден, Киран и даже Эбигейл — невзирая на протесты мужчин — тоже участвовали в жеребьевке, но короткие соломинки достались Каллуму и Йену.
Новоиспеченные часовые с причитаниями отправились в дозор. Каллум хотел прихватить с собой виски, но Кайден отобрал у него фляжку.
— От твоего перегара и так уже мухи дохнут на лету, — заявил он. — Вы должны охранять нас, а не валяться в доску пьяными под горой.
С этими словами он вытолкал обоих за дверь.
Остальные улеглись на свои места. Маргарет свернулась калачиком, обхватив себя руками за плечи. Хоть вересковая перина и защищала от стылой земли, холодный ветер врывался сквозь дыры в полуразвалившихся стенах, и над полом гулял сквозняк.
Ощутив, что кто-то подошел к ней, она открыла глаза. Босые ступни, голени, поросшие рыжеватыми волосами… Кайден.
— Замерзла? — поинтересовался он.
— Угу.
— Могу предложить свой плед. Но запасного у меня нет, так что придется разделить его на двоих.
Сердце учащенно забилось. Неужели он хочет лечь рядом с ней? Но ведь это просто верх неприличия! Впрочем, она и так уже падшая женщина, сбежавшая от мужа, так что какая к черту разница?
Она подвинулась. Кайден лег рядом и накрыл ее, частично размотав свой плед. Маргарет до подбородка натянула нагретую шерсть, и стало гораздо теплей. Но тут она осознала, что плед составляет единственный предмет одежды Кайдена, и сейчас возле нее лежит не просто мужчина, который не является ее мужем… а совершенно голый мужчина, который не является ее мужем.
Щеки заполыхали, сон как рукой сняло. Кайден лежал рядом, не касаясь ее, но даже сквозь ткань своего платья Маргарет ощущала свежесть вымытого мужского тела и исходящий от него жар.
До безумия захотелось дотронуться до него, пробежаться пальцами по груди… Но тут Кайден пошевелился, их плечи соприкоснулись, и Маргарет шарахнулась как от огня.
— Хм… Прости, девица, забыл положить между нами меч, — пробормотал Кайден. — Спи, не бойся.
Маргарет и не боялась. По крайней мере того, что Кайден изнасилует ее. Если он не сделал этого в спальне, то здесь, в утлой хижине, среди толпы храпящих мужиков?.. Но то, что он голый лежит рядом с ней, будоражило так, что сводило живот. Хотелось прижаться к нему, и чтобы на ней не было этого чертового платья. Ощутить обнаженной кожей соприкосновение пылающих тел…
От греха подальше она повернулась к Кайдену спиной, но так стало еще хуже. Дико захотелось, чтобы он обнял ее, согрел, поцеловал… В памяти вдруг всплыли слова его сестры: «Мы нашли его в камере голым, в цепях…» Воображение тут же нарисовало эту картину. Обнаженный Кайден прикован к стене, все мускулы напряжены. Дверь открывается, заходит Рэдклифф, на нем красный мундир. Он приближается к Кайдену, проводит рукой по его груди. Ладонь скользит по крепким мышцам, спускается по твердому животу…
К своему ужасу Маргарет ощутила, что у нее погорячело между ног. Господи помилуй! Она порочна до мозга костей! Как можно лежать и представлять себе подобную мерзость! Это же отвратительно! Какой позор!
Чтобы отогнать греховные мысли, она принялась повторять про себя покаянный псалом. Но, дойдя до «не отвергни меня от лица Твоего и Духа Твоего Святого не отними от меня», не заметила, как уснула.
Глава 26
В полудреме Кайден ощутил, что обнимает податливое женское тело. На миг показалось, будто он в своем доме, в постели с женой. Словно не было ни Рэдклиффа, ни красных мундиров. Фиона жива, сейчас она повернется к нему, и сонная улыбка озарит ее милое лицо…
Но действительность цепкими щупальцами уже вползала в его уютный мирок. Кайден разлепил веки. Полумрак, храп из мужицких глоток — он в старой пастушьей лачуге, и то, что сделал с ним Рэдклифф — реальность, а не ночной кошмар.
Все еще цепляясь за остатки ускользающего сна, Кайден покрепче прижал к себе Маргарет, лежащую к нему спиной. Такая теплая, мягкая… Она тихонько вздохнула, но не проснулась. Ее волосы выбились из прически и щекотали нос, но отстраняться Кайден не стал. Ему казалось, стоит выпустить ее из объятий, и его тут же накроет удушливая волна. И он, барахтаясь в вонючей жиже, будет снова и снова прокручивать в голове, как Рэдклифф насиловал его, пока не сойдет с ума.
Несколько часов назад он стоял на краю обрыва, завороженно глядя вниз, туда, где клубился густой туман. Пропасть манила, влекла. Хотелось спрыгнуть в нее и разом со всем покончить, прекратить эту никчемную жизнь.
Он почти сделал этот шаг. Шаг, отделяющий его от небытия. Но в ушах вдруг прозвучали слова сестры: «Что будет с Маргарет, ты об этом подумал?» И Кайден замер на краю бездны. Это он втянул Маргарет в передрягу и просто не имеет права бросить ее на произвол судьбы.
Только трусы кончают с собой. А для того, чтобы жить, заботиться о близких, отомстить за себя в конце концов — нужны крепкие яйца. И Кайден выбрал жизнь. Он отшатнулся от пропасти и отправился собирать вереск, чтобы устроить для Маргарет постель…
Маргарет… Кайден прижался поближе и вдохнул будоражащий запах девичьего тела. Как она отреагирует, если узнает, что с ним сделал ее муж? Преисполнится отвращением? Будет как Хэмиш и остальные стыдливо отводить глаза, притворяясь, будто ничего не случилось? Словно они не нашли его в камере голым и не заметили, что его задница вся в сперме и крови.
Наверное, Кайден вздохнул слишком шумно, потому что Маргарет вздрогнула и проснулась. Он приготовился по первому требованию убрать руку, которой ее обнимал, но Маргарет не высказала недовольства. Напротив, она повернулась к нему лицом и заспанно улыбнулась. Во рту было кисло и сухо после сна, и Кайден не решился поцеловать ее в губы. Затаив дыхание, он легонько коснулся губами ясного лба, кончика чуть вздернутого носа, персиковой щеки.
Она лишь сладко жмурилась, не делая попыток отстраниться. Кайден ощутил, как набухает член. Странно: после вчерашнего его душа превратилась в обгорелую головешку, но тело реагирует на Маргарет как ни в чем не бывало.
Он чуть подвинулся назад, не желая ее смущать. Маргарет глядела на него не отрываясь, блестящие зрачки подрагивали, словно ощупывая каждую черточку его лица. Мягкая ладошка коснулась его щеки, отодвинула прилипшую прядь. Кайден накрыл ее руку своей и потерся о нее словно кот. В груди потеплело как
