свернуло в глубь континента. По обеим сторонам расстилались обширные поля, линии высоковольтных передач настойчиво вели ее в направлении города. Поначалу машин на дороге практически не было, но по мере приближения к Портленду поток уплотнился, так что ей пришлось крепче взяться за руль – пластиковый – автомобиля, взятого в аренду. По навигатору она доехала до центра, где движение стало ослабевать, пока не остались чуть ли не одни такси. Над ней возвышались небоскребы из стекла и металла – символ влияния и власти. Она заехала в подземный гараж, припарковала машину и дальше пошла пешком.
Офис компании «Остин, Лэйр энд Джеймс» занимал два верхних этажа башни с затемненными стеклами. Холл был таким гигантским, что внутри росли полноценные деревья, посаженные, вероятно, с целью смягчать неприятные ощущения от прохождения через рамки металлодетекторов под бдительными взорами охраны. Однако это не помогало. Поднимаясь в лифте, Уэст поймала себя на мысли, что интерьер будто специально спроектирован так, чтобы защищать богатых и влиятельных, отпугивая остальных. «Не приближайтесь. Вам здесь не место».
* * *
Секретарша за стойкой, очень хорошенькая, определенно скучала. Она подпиливала ногти, когда Уэст вытащила свой значок и удостоверение. Судя по тому, что девушка продолжила заниматься маникюром, Джессике нисколько не удалось ее впечатлить.
– У меня встреча с мистером Полом Остином, – сказала Уэст, пытаясь придать голосу уверенность. – Мы договаривались по телефону.
Девушка подняла одну тонко выщипанную бровь и поглядела на удостоверение Уэст. Внимательно изучив его, напечатала что-то в компьютере. Принтер застрекотал, и она достала оттуда карточку посетителя с данными Уэст. Вставила карточку в пластиковый кармашек и попросила Уэст приколоть бейдж к лацкану пиджака.
– Мистер Остин сейчас на совещании. Боюсь, я не смогу его побеспокоить. – Она самодовольно улыбнулась.
Уэст посмотрела на часы:
– Мы условились встретиться в три. Он сказал, что освободит для меня время.
В ответе девушки явственно послышался вызов:
– Но вы назначили встречу только сегодня утром. Обычно к мистеру Остину записываются за несколько недель. – Она снова улыбнулась. – Если хотите подождать, я попрошу принести кофе.
Уэст огляделась, гадая, кто должен его доставить. Сама секретарша явно не собиралась двигаться с места. Так или иначе, Уэст отклонила предложение и отправилась ждать туда, куда ей указали, – на один из длинной череды кожаных диванов и столиков из затемненного стекла в цвет окон. Почитать было нечего, кроме рекламных проспектов компании, где объяснялась ее специализация. Или, скорее, не объяснялась, поскольку Уэст так и не удалось сообразить, что значат все эти управление деривативами, дезинтермедиации, защита дискреционных трастов и перспективы доходности собственности. Уэст полистала глянцевую брошюрку, потом бросила ее обратно на столик и поглядела на секретаршу, которая перешла теперь к другой руке. Спустя двадцать минут Уэст вернулась к стойке, но девушка лишь повторила, что мистер Остин примет ее, как только освободится, но она не может сказать, когда это будет. От кофе Уэст снова отказалась.
Когда она вернулась на диван, в ее сумке запищал мобильный телефон, и она поспешно схватила трубку, радуясь возможности отвлечься. Пришло сообщение от Роджерса:
«Позвони, как появится минутка».
Поскольку минуток у нее явно было сколько угодно, Уэст нажала на вызов. Он тут же ответил; хрипловатый голос напарника как будто вернул ее обратно на Лорни.
– Я подумал, ты захочешь знать, – проговорил он устало. – Пикап Стоуна – лаборатория нашла в кузове волосы и следы крови.
– Оливии Каррен?
– Группа совпадает. И волосы того же цвета. Результаты ДНК будут вот-вот. Очень похоже, что это она. А это связывает Стоуна с нашим делом. Ну, если кто сомневался… – Он сделал паузу. – Ты как, нарыла что-нибудь полезное? Где ты сейчас?
Уэст понизила голос:
– Встречаюсь с Полом Остином. Он брат матери Билли, Кристины. Тот самый, который помешал Стоуну утопить семью в озере. Правильнее сказать – жду встречи. Он задерживается уже на час.
– Тебя там что, плохо принимают?
– Шеф полиции прямо дал понять, что я теряю у них время. Мол, нам надо бросить все силы на поимку Стоуна.
– Ну, если б в свое время он сам его поймал, у Стоуна не было бы возможности убить Каррен. Напомни ему об этом в следующий раз, если будет выпендриваться, – сказал Роджерс.
Секунду-другую они помолчали. Уэст заметила, что секретарша говорит по телефону; однако звонка она не слышала.
– Ладно, будем на связи. Просто подумал, тебе захочется знать. – Роджерс, похоже, собирался вешать трубку.
– Кое-что меня все-таки смущает, – поспешно выпалила Уэст, чтобы еще потянуть разговор.
– Давай, – сказал напарник, помедлив секунду.
– Я никак не пойму, зачем Стоуну понадобилось топить одного своего ребенка, чтобы скрыться с другим, а потом растить его и воспитывать. Тебе это не кажется странным?
Повисла новая пауза, пока Роджерс обдумывал ее слова. Секретарша тем временем положила трубку, встала и пошла через приемную к дивану, где сидела Уэст.
Роджерс вздохнул:
– Какое-нибудь психопатическое чувство вины… Вряд ли стоит зацикливаться на нем, детектив. Парень утопил собственного ребенка, а потом убил девчонку и отрезал ей руку – так надо ли тревожиться насчет его мотивации? Он чертов псих, вот и все.
Секретарша остановилась в нескольких шагах от Уэст и подождала. Она стояла достаточно близко, чтобы вызвать у детектива вспышку раздражения.
– Мне пора. Напиши, когда выяснится насчет крови, – сказала Уэст – громко, чтобы девушка услышала. Потом оборвала связь и с улыбкой подняла глаза.
Секретарша тоже улыбнулась, но уже не с таким довольным видом. Уэст восприняла это как свою, пусть и небольшую, победу – очевидно, слово «кровь» все-таки выбило девицу из колеи.
– Мистер Остин готов принять вас.
– О, большое спасибо! – ответила Уэст.
* * *
Кабинет Пола Остина был минимум вчетверо просторнее, чем у шефа Спрингера, а вид из окон – лучше в тысячи раз. За стеклянными стенами раскинулся город, через него бежала река. На горизонте тонули в туманной дымке пологие холмы. Зрелище показалось Уэст упоительно прекрасным. Потом она увидела Пола Остина – и забыла про вид. Он был не просто красив – великолепен. Как модель с рекламы дорогого парфюма.
– Простите, что заставил вас ждать, детектив Уэст, – полился его голос, ласковый и проникновенный. – Совещание затянулось.
Он пожал плечами с утомленным видом. При этом его лицо слегка смягчилось, став неожиданно трогательным. Уэст приходилось заставлять себя не пялиться на него. Остин был примерно ее возраста, высокий и загорелый. С идеальными белыми зубами, мелькавшими между необыкновенно розовых губ. С глазами такой небесной бирюзы, что они казались ненастоящими, – как на фотографии киноактера, отретушированной для рекламы. На нем был синий костюм
