Тогда появился Орден Пяти. Пять семей, которые имели какую-то власть. Хейзы всегда были уверенными политиками, дед Рейва также был мэром. Мы, Блауэры, учёные. Прето всегда держали в кулаке СМИ, Хардины военных. Бланы — светское общество. Тогда лаборатория Бовале разработала токсин, он подавлял чужеродные гены, достаточно мягко и незаметно. Постепенно. Накапливался в организме и за год-два давал результат. Глаза Траминерцев становились зелёными. А также высвобождался некий внутренний резерв силы. Это было искусственно, но действенно. Минус — недолговечно. Токсин вымывался за пару недель из крови. Как заставить всех принимать этот токсин? Внедрить его в производство продуктов питания. На разных этапах мы пробовали пропагандировать его в виде витаминов для всей семьи, в виде различных добавок, но это было слишком опасно. Учёные могли это разобрать на составляющие. Появились бы конспирологи. А вот некая пищевая добавка в булочках с миндалём — это невероятно просто. Все любят булочки! А ещё восковой состав для транспортировки фруктов. И бутилированная вода. И многое другое. Даже соль и перец! Нас всё устраивало, но стало очевидно, что этого недостаточно. В итоге, мы дошли… до того, что есть теперь. Поколение супер-детей. Все, якобы, больны, якобы требуют ежедневных лекарств, которые государство выдаёт бесплатно. Личная маленькая армия. Наши дети попали туда автоматически.
— Как вы заставили их родителей? Это же сотни детей! — восклицает декан. Блауэр жмёт плечами.
— Семьи Прето и Блан постаралась. Слухи, СМИ. Эпидемия вируса, от которого нужно лечиться. Инфекция, от которой нужно пропить специальный препарат. Это было точечно. Ушли десятки лет, чтобы всё казалось достоверным. Сейчас уже никто не задумывается, когда приходит за очередным блистером таблеток. Родители хотят здоровых детей. Зелье выглядит спасением. Мы стали действовать осторожнее и не даём первую дозу специально. Никто не знает, в какой момент её получит. Происходит так называемое пробуждение сил, которое очень сложно связать с чем-то конкретным. Просто из десяти детских таблеток от жара две в блистере могут быть первой дозой. Три вакцины от огненной оспы из пятнадцати — первая доза. В какой-то момент уровень интоксикации организма становится критическим, и родители ведут ребёнка к врачу, а он на основании симптомов, делает заключение — неизлечим, требуется пожизненная медикаментозная поддержка. Это как наркотик, вызывает привыкание, и задержка в приёме даёт эффект сильнейшей ломки. Боли, потеря сознания… и так пока не будет принято обезболивающее или новая доза. Наступает бессилие, потоотделение, бледность… По сути — это яд. Который в разы усиливает магию… гениально. Чёрт возьми, это было гениально, пока никто из нас не стал задумываться о моральной стороне вопроса!
Дети один за другим начинают получать сильнейший наркотик, при этом считаются больными, и виной всему Иные маги, так это стали объяснять в СМИ. В болезни винят смешение генов, соседство с Иными. А люди уже додумывают сами, кто виноват. То ли то, что бабуля была не траминеркой, то ли портной-экимец, живущий по соседству. В народе растет ненависть к Иным, аристократия маскирует свои грехи.
— Как это возможно… — шепчет Якоб.
— Это легче, чем ты думаешь.
— Как никто ничего не заметил? Это же невероятно сложно!
— Не настолько. Это стало частью жизни. И сотни сильных магов, которые просто поголовно больны… Пара лет, и все привыкли к новым реалиям. Все не заболели разом! Цифры росли постепенно. Десять супер-магов, нет, двадцать. К концу года — сто.
— Зачем вам был нужен мой отец?..
— Это был очередной гениальный план, — задумчиво бормочет Блауэр. — мы долгие годы придумывали средство, чтобы встроить токсин на уровне ДНК, своеобразную супердозу, одну и на всю жизнь. Тогда мы могли бы ставить детям прививки после рождения и получать сильных магов. Но знаний Траминера не хватило. Гениальный учёный Масон был первым, кто посочувствовал. Поймите, “болезнь” была идеальным рычагом давления на общество! Чуть что, власти хватались за сердце и жалели свой народ. Всевозможные льготы, лекарства и очень много негатива в сторону Иных. И разумеется, это выглядело, как интересный эксперимент.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Звучит, как нечто невыполнимое.
— Так и есть. Выхода было два. Или доктор Масон прыгнет выше головы, и мы получим вакцину, устроив масштабную компанию по изгнанию Иных — дети здоровы, мы чисты, некому под нас копать. Или ничего не выйдет, и мы обвиним доктора, люди взбунтуются лишённые спасения и опять-таки выдворят Иных. Конечно, доктор узнал правду, я это предвидел… но не предвидел, что он предпочтёт покончить с собой, а не открыться мне. Что ж…
— В любом случае, война?
— Да.
— Но вы же… всё равно прольётся кровь…
— Да.
— И вы это поддерживаете?
— Полагаю, это не моё дело.
— Зачем охота? — Рейв впервые подаёт голос.
— Просто инструмент. Запугивание, унижение — всё это подготовка к революции. Все должны быть злы, чтобы что-то вышло. Дети дружат, это неизбежно. Младший сын Хардинов не гнушается отношениями с Иными, в детстве он близко общался с девушкой-оборотнем. Не мне вам объяснять, как это работает. Все должны быть озверевшими, когда дадим команду — поубивают друг друга.
— Как жестоко… — Брайт качает головой. — Вы пожертвовали моим отцом…
— Да. Пожертвовали. И уверяю, что никому от этого не стыдно. Нам был нужен большой эмоциональный взрыв. Что-то особенное. Рассматривали вариант эпидемии, или повышение цен, или налогов. Перебои с какими-то продуктами питания, которые можно свесить на Иных. Выбрали спасительную миссию по производству вакцины. Умершая надежда — это ужасно грустно.
— Осталось понять, что предложить Бели Теран вместо лекарства, — вздыхает Рейв, пряча лицо в ладонях.
— Корабль в Дорн? — улыбается Блауэр. — Хотите отправить мисс Масон домой? Разве вы не связаны чарами?
— Я отправляюсь с ней, — решительно заявляет Рейв.
— Бежите с тонущего корабля без друзей? — он ухмыляется.
Рейв молча на него смотрит.
— Предлагаете всем раскрыть правду?
— Вас убьют в ту же секунду. — жмёт плечами Блауэр. — Если кто-то из вас станет болтать — это будет верная смерть. Я не смогу защитить никого.
— А своего сына спасти от войны вы не хотите? — Рейв уверенно добивает.
Блауэр поджимает губы. Якоб хмуро молчит, сжимая пальцы в кулаки.
— Это моё дело, — кивает Блауэр. — И я сам позабочусь о моей семье, не сомневайтесь. Полагаю вы приняли антидот, который очистил вашу кровь. Пока вы снова получите дозу или повысите уровень токсинов, чтобы сравняться со мной или деканом Гаджи — пройдут недели. Вы слабы, беззащитны. Этого я сыну не желаю. Ну мне пора. Был рад помочь.
Глава сорок восьмая. Путь
ПУТЬ
Мужской род
Место, линия в пространстве, где происходит передвижение, сообщение.
— Вернулись туда, где всё началось? — улыбается Брайт.
— Нет… всё началось на берегу. Но с этим местом определённо связаны одни из лучших моих воспоминаний.
Библиотека изменилась. Она стала выглядеть почти нормально, будто и не было ничего. Книги в отсутствие людей активно принялись сами себя восстанавливать, следуя за собратьями. Снова выросли стеллажи, вернулась на стены обшивка. О былом теперь напоминает только слабый запах гари, но он больше не кажется удушливым. Скорее похоже на только что затушенный костёр, и это почти романтично.
Рейв и Брайт падают за один из столиков, разворачиваются друг к другу и долго молчат.
— Прости, — Брайт облизывает губы.
— За что?
— Я винила тебя… только потому, что ты один из них. Но мы не выбираем, где родиться.
— Ты имела право. Я скучал, — он жмёт плечами, и на губах появляется кривоватая усмешка.
Между ними неловкость. Она щекочет нервы, будто мягкой кисточкой, и оба хотят подобрать правильные слова, чтобы всё исправить.
