Эту штучку не слепишь кустарно в пещере кавказских гор. Здесь чувствуются высокие технологии специального военного назначения. Она сделана там же, где и спутниковые фотографии, которые Патроков пачками вынимал из внутреннего кармана. В век Великой Измены возможно все.
Но я был большим хитрецом и гораздо меньшей скотиной, чем думал Иван.
«Потери будут единичны: это ведь дно озера, там нет жилья. И ночь… Может, случайная машина…»
«Ну, тогда другое дело!»
Скотиной часто приходится притворяться, чтобы выжить. Ответь я по-другому – и с не успевшими перевариться деликатесами в желудке отправился бы в ледяной мрак какой-нибудь бездонной расщелины. Поэтому я взялся за грязную работу, но как всегда составил два параллельных плана. Теперь пора переключиться с одного на другой. А значит, без звонка в змеиное гнездо и связанного с этим риска не обойтись.
По личному номеру Патроков отозвался сразу.
– Это я, Аслан. Все подтвердилось. Пробы просто отличные. Действую по плану.
– Как так… Мне сказали, что тебя это… Короче, убили! – изумление было не наигранным.
После подчеркнутой почтительности это «тебя» покоробило. Впрочем, я и не обольщался насчет скоробогачика в раздолбанных кроссовках. Он не разрешил везти по своей дороге беременную жену провинившегося чем-то повара и при мне покрыл трехэтажным матом делегацию рабочих, униженно просивших выплатить хоть какой-нибудь аванс. «Работайте, козлы, тогда у вас все будет!» Хам есть хам, деньги его не исправляют.
– Кто-то сильно играет против тебя, Аслан. Путает все карты. Я чудом уцелел, мой друг погиб. Осмотрись вокруг – это кто-то из своих, из близких.
– Я найду эту зимию! – жутким голосом пообещал он. – А семью друга озолочу, клянусь!
Цена таким клятвам известна. К тому же у Марка не было семьи.
– Сделай все как надо, брат! Как договорились, так сделай! Я тебя не забуду…
– Посмотри ночные снимки. И торопись с игрой, как бы тебя не обошли!
– Спасибо, брат! Они все будут в жопе!
Я отключился и бросил взгляд на часы. Девять. Мадлен добралась до места и сейчас заступает на дежурство. Без отдыха, разве что успела принять душ и выпить чашечку кофе. А ведь у нее были напряженные дни, да еще я испортил бедняжке настроение! Пора бы ей бросить работу и пожить в свое удовольствие, девочка это заслужила. Если найдется солидный, порядочный и обеспеченный человек… Ладно, в сторону сантименты!
Я вновь вошел в Интернет и сосредоточенно застучал по миниатюрным клавишам. «В Западно-Европейское региональное отделение Мирового центра предупреждения катастроф и чрезвычайных ситуаций…» Отправив сообщение и дождавшись подтверждения приема, я перевел дух.
Потом стал собираться. В задний карман брюк сунул «беретту», в правый положил складной нож. Цилиндр «двести двенадцать» несколько раз с сомнением подбросил на ладони и все же спрятал в портфель, туда же определил коммуникатор. Выходя из квартиры, прихватил бумажный пакет с камнями.
Глава 8
– Вы ему родственник? – вышколенный служащий в черном фраке изображал искреннюю скорбь.
– Брат. Значит, по самому высшему разряду.
– Даже не сомневайтесь!
Он почтительно проводил меня до выхода. Самая лучшая погребальная контора Андорры займется беднягой Марком. Но это не освобождает меня от обязанности заняться теми, кто отправил его на тот свет. Хотя пока я совершенно не представлял, с какого конца подходить к этой проблеме.
Пробирки я выбросил в разные мусорные контейнеры, как и положено – в отсеки для белого стекла. Избавиться естественным образом от камней было сложнее: кругом асфальт, цветники, газоны. Пришлось незаметно, по одному топить их в Валире. Все время я проверялся, но не заметил ничего подозрительного. Тем не менее ощущение опасности не проходило. Возможно, оттого, что я знал: охота возобновлена, причем целенаправленно и очень активно. Утешало лишь то, что отыскать меня среди десятков тысяч горожан – задача сродни поиску иголки в стоге сена. Правда, квадратно-сетевой метод очень эффективен, но он требует значительного количества людей. А похоже, что ресурсов у моих преследователей и не хватает, иначе центральные улицы и ключевые перекрестки были бы перекрыты.
Странно. Если «третья сила» – это владельцы андоррского молибдена, богатые и могущественные хозяева этой земли, то нехватки в людях они испытывать не должны…
Ладно, что толку гадать! Лучше усилить маскировку… Узнать меня практически невозможно. Но кроме физических примет, существуют и социальные. Одинокий мужчина, иностранец, примерно пятидесяти лет. Я попадаю в эту категорию. Чтобы выйти из нее, достаточно найти спутника, а лучше – спутницу. Последнее реальней: сойдет любая проститутка… Что ж, поищем. Но вначале надо заправиться – я люблю, чтобы бак был полон, а сейчас стрелка лежит почти на нуле. Сколько учу Мадлен – все бесполезно!
Залив в «фокус» сорок литров бензина, я почувствовал, что и собственный организм требует заправки. На одном из шести углов площади Кабальерос пылал очаг ресторана «Эль Гриль», на крутящихся вертелах румянились упитанные цыплята и сочные свиные рульки. Если прокусить хрустящую поджаренную корочку, рот наполнится горячим ароматным жиром… Желудок сжал нервный спазм, я с трудом сдержал рвотный рефлекс и нажал на газ, чтобы быстрее проскочить мимо. Подъехав к автостанции, я все же купил два бутерброда с ветчиной и банку кока-колы. Против столь примитивной пищи организм не бунтовал, и я спокойно понес пакет к машине.
– Вы едете вниз? – молодая блондинка с длинными распущенными волосами и сумкой через плечо смотрела на меня в упор и улыбалась. – Не подвезете?
Она говорила на плохом испанском и была не похожа на проститутку, но я тоже вряд ли похож на шпиона и диверсанта. К тому же, плевать, кто она, хорошо хоть одна проблема разрешилась сама собой.
– Поехали! Хотите бутерброд?
– Потом, – неопределенно ответила она, привычно устраиваясь на соседнем сиденье. Салон стал медленно наполняться тяжелым ароматом дорогих духов. Сегодня у меня какой-то парфюмерный день!
– Машина сломалась, а я живу в Сан-Джулии… – пояснила блондинка. – Это совсем рядом. А автобус только через полчаса.
Объяснение было вполне правдоподобным. Другое дело – насколько правдивым…
Мы без проблем выехали из города, не встретив ни одного полицейского поста и ни одной подозрительной машины. Я все время смотрел в зеркала заднего обзора, но никаких признаков «хвоста» не заметил. Да и спутница держалась безукоризненно: не пыталась завести разговор, не задавала вопросов, не старалась расположить к себе. Так ведут себя абсолютно непричастные к нашему делу люди. Или профессиональные агенты.
Всего двенадцать часов назад я ехал по этой дороге в обратном направлении. А кажется, что прошла вечность. Ярко светила луна, справа высились черные громады скал, слева поблескивала река. Через несколько километров она вольется в новое водохранилище. Пожалуй, я выехал слишком рано. Придется ждать около часа.
– Сейчас будет паркинг, там можно съесть ваш бутерброд, – спокойно сказала блондинка, как будто за этой невинной фразой не скрывалась явная двусмысленность. Зачем спешащей домой порядочной женщине уединяться с незнакомцем на загородном шоссе? Ради бутерброда с ветчиной?
Паркинг оказался необорудованным: просто заасфальтированная площадка, стол со скамьями вокруг да небольшой туалет. Фонарь освещал центр площадки, края тонули в темноте.
– Остановитесь во-о-он там, – изящный пальчик указал в непроглядную тень. Это уже было совсем недвусмысленное предложение. Но дельное, если абстрагироваться от ситуации: из мрака гораздо лучше контролировать обстановку вокруг.
– В темноте неудобно есть, – сказал добропорядочный доктор Крюгер, выключая двигатель.
– Я не голодна…
Девушка развернулась, облокотившись спиной на дверь, и положила ноги мне на колени. Гладкие икры, босоножки на высокой шпильке, прямой откровенный взгляд… На миг сердце дрогнуло. Конечно, второе сердце мужчины – простата. Но накативший дурманящий запах «Бушерона» стал сигналом тревоги. Чары развеялись бесследно.
