Задача была не из простых – до тех пор, пока не появилась Нэн Уайз, сексолог, преподаватель йоги, привлекательная женщина и мать двоих детей. Она вернулась в Рутгерс, чтобы продолжить образование, когда ее дети подросли. Опыт практики и умение чутко прислушиваться к своему телу, ощущать его энергетические потоки, сделали ее экспертом в области спонтанных оргазмов, и, когда Комисарук попросил ее принять участие в эксперименте, она согласилась. «Трудно представить что-то менее сексуальное, – сказала она. – Но ради науки я пойду на это».
К началу 2010 года Комисарук и Уайз провели успешное предварительное сканирование нескольких добровольцев. При этом они столкнулись с существенной проблемой – испытуемые двигали головой. Оргазмы, которые испытывала сама Уайз, находясь внутри томографа, практически не провоцировали движений головой, и поэтому снимки были очень четкие. Но другие женщины часто начинали дергаться. Уайз вспоминает об одном из таких случаев: «Мне показалось, что аппарат сейчас начнет прыгать по комнате». Чтобы решить эту проблему, ученые создали ограничитель для головы, встроенный в томограф. И это помогло. Теперь головы участниц, испытывавших спонтанные оргазмы, оставались неподвижными.
Уайз решила сделать исследование темой своей докторской диссертации. Они с Комисаруком поставили цель: задокументировать последовательность активации различных нейронных цепочек и сетей во время оргазма. По сути, они хотели снять кино, состоящее из последовательных снимков МРТ, и надеялись пролить свет на многие загадки. К примеру, подобное исследование помогло бы ученым научиться различать центры, отвечающие за боль и удовольствие. Уайз сообщила мне, что при оргазме и чувстве боли становятся активными одни и те же отделы мозга. «Нам мало известно о том, как различить эти два состояния».
Для диссертации Уайз требовалось не меньше десятка волонтеров. С расцветом неотантрических движений и альтернативной сексуальности найти таких в НьюЙорке оказалось нетрудно. У Нэн Уайз были знакомые из «духовно-сексуальной» сферы, и она знала, с кем связаться, чтобы найти добровольцев для своего исследования. «Знакомые знакомых, – вспоминала она. – Вот как их подыскивают». Среди участников были члены группы «Один вкус» (One Taste). Ее основатель, пользуясь методикой Университета Мора, открыл в Сан-Франциско и на Манхэттене коммерческие студии, пропагандирующие сексуальные контакты и оргазмическую медитацию. Среди участниц проекта Уайз были современные мистики и радикальные феминистки, расхваливающие преимущества сексуального удовлетворения без мужского участия.
Чем больше становилось известно Уайз, тем сильнее ее поражало разнообразие эйфорических состояний. «Оргазмы бывают разные, – говорила она в интервью. – У меня при спонтанном оргазме ощущения распространяются по всему телу. Когда я опрашивала людей, обладающих такой способностью, некоторые сообщали о невероятно интенсивных оргазмах. Полагаю, они без труда управляют своей нервной системой, заставляя ее работать в этом направлении».
Я спросил ее о длительности оргазмов.
«Я наблюдала всякие, – ответила она. – Некоторые способны ввести себя в состояние оргазма и поддерживать его. Я никогда не засекала время. Но есть люди, которые могут находиться в таком состоянии до бесконечности».
Научные исследования, проводившиеся в течение многих десятилетий, помогли прояснить один из самых мистических и малопонятных аспектов йоги, пролив свет на ряд вопросов, которые традиционно были окутаны тайной. Эти находки любопытны сами по себе. Кроме того, они указывают на преемственность опыта между ритуалами прошлого и современной практикой и оправдывают академическое изучение сексуальных аспектов йоги.
К тому же результаты этих исследований способны подарить обществу потребления ряд практических методов лечения сексуальных расстройств и улучшения сексуальной жизни, а в перспективе – снизить нашу зависимость от дорогостоящих лекарственных средств.
В йоге есть еще один малоизученный аспект, исследование которого в будущем может оказаться весьма полезным как с теоретической, так и с практической точки зрения. Раньше действие этого феномена объяснялось исключительно божественным вдохновением. Сегодня его считают тем свойством, которое делает нас людьми.
VII. Муза
Пол Понд интересовался истоками Вселенной. Докторская диссертация по физике элементарных частиц, которую он защитил в Северо-Восточном университете Бостона, приоткрывала ему дверь в мир ученых, стремившихся узнать, как кирпичики мироздания складывались в единое целое в первые мгновения после Большого взрыва и как формировались мезоны, впоследствии растворяясь во вспышках других элементарных частиц. Он публиковал свои работы в «Журнале физики» (Physical Review) – самом авторитетном издании этой ветви науки – и проводил исследования в Торонто и Лондоне, Париже и Вене.
А потом у него случилось пробуждение кундалини. И в 1974 году он решил покончить с физикой.
Понд с друзьями жили в Канаде, в Торонто и окрестностях. Но их увлек кашмирский мистик Гопи Кришна, обитавший на другом конце света. Летом 1977 года Понд и еще 230 канадцев сели на самолет и улетели в Индию, чтобы встретиться с адептом кундалини-йоги, к тому времени уже весьма пожилым человеком. Некоторые впоследствии взялись распространять его учение.
В 1979 году пандит [15] приехал в Торонто с ответным визитом и снова посетил этот город в 1983-м, за год до смерти. Кришна не любил, когда его окружали почестями, соответствующими статусу гуру. Однако канадцы восхищались им как философом и чувствовали необходимость продолжить его дело, в особенности отдать должное страсти пандита к изучению влияния кундалини на интуицию и одаренность, способность видеть суть вещей и творческое начало.
Кришна говорил, что под воздействием мистического огня обычные люди «должны» превращаться в «виртуозов высшего порядка с экстраординарной способностью к выражению мыслей как в стихах, так и в прозе или экстраординарными художественными талантами». В сравнении с его учением, изложенным в книге «Биологическая основа религии и гениальности», движение за реализацию человеческого потенциала выглядело детской игрой.
Ферма на юге Онтарио стала штаб-квартирой, откуда Понд, его супруга и друзья начали распространять учение Кришны. В 1986 году они провели первую ежегодную конференцию под открытым небом (эти конференции проходят уже более 20 лет). Свою организацию они назвали Институтом исследования сознания.
Впоследствии эта небольшая благотворительная организация из Канады, занимающаяся эзотерическими исследованиями, стала магнитом для сотен людей. Ее члены распространяли книги, посвященные кундалини-йоге; они собрали обширную библиотеку, основали собственный бюллетень и стремились показать, что «мистический огонь» способен привести к появлению новых художников и писателей, святых и изобретателей. В течение многих лет Институт занимался изучением таких известных фигур, как Брамс, Эмерсон, Ганди, Виктор Гюго, Томас Джефферсон, Уолт Уитмен, Рудольф Штейнер, святая Хильдегарда и святой Иоанн Креститель. Опубликованные результаты исследований, как правило, содержали обширные примечания.
Понд также пережил трансформацию. Он стал более открытым. Изменился и его авторский стиль. Во времена своей научной карьеры он специализировался на работах, написанных чрезвычайно сухим языком. Теперь же с удовольствием читал поэзию, хотя раньше не любил ее и изучал только по принуждению, в школе. Но муза сподвигла его на сочинительство.
Неуемное эго, как дитя,
Ест конфеты, мечется без устали.
Я говорю, что идеи рождаются из высокого источника,
Но в глубине души мечтаю, чтобы они были моими.
Истоки творчества, пожалуй, величайшая тайна жизни. За века мыслители выдвинули немало теорий о том, что питает этот источник, а что заставляет его иссохнуть. С одной из самых живучих выступил Фрейд: он говорил о том, что сублимация сексуальной энергии взращивает артистический темперамент и творческие импульсы. Но Фрейд признавал, что с помощью метода психоанализа ему вряд ли удастся объяснить этот процесс. «К сожалению, – писал он в очерке, посвященном Достоевскому, – перед проблемой писательского творчества психоанализ должен сложить оружие».
Эта загадка стоит перед человеком давно, но в последние десятилетия обнаружилось достаточно много свидетельств – как обрывочных и не слишком убедительных, так и основательных, – которые указывают на то, что йога способна сыграть существенную роль в подпитке творческого источника. И пробуждением кундалини дело не ограничивается.
Эти свидетельства появились несмотря на то, что с научной точки зрения вопрос представляет сложность для изучения. Ведь творческая деятельность очень субъективна, и даже лучшим исследователям нелегко найти способы изучить эфемерную природу вдохновения. Подобные исследования по определению сложнее осуществить должным образом – в сравнении с тем же измерением уровня гормонов и напряжения мышц, мозговых волн и кровяного давления.
