— Это я могу.
«Если повезет.»
«Заткнись.»
— И что потом? — спросил я.
— Они удовлетворяют запрос, смотрят на свидетельства относительно убийцы-джарега, находят разумное обоснование того, что обвинение вызвано частным сговором, а не справедливыми причинами… что такое?
— Ничего. Вырвалось. Продолжайте.
— И дойдя до этого, они снимают обвинение.
— А что насчет имперского следствия? То есть, настоящее обвинение?
— В этом я ничем помочь не могу, и если таковое будет, как я и сказал, следуте найти более компетентного адвоката, нежели я.
Я кивнул.
— Хорошо. Итак, моя часть работы простая — остановить убийцу так, чтобы стало понятно, что он убийца.
— И когда это будет?
Я сверил время по Державе.
— Считая с нынешнего момента — что-то от четырех до шести часов.
— Ах вот как! В таком случае простите, но мне следует заняться всеми этими запросами.
Я кивнул и вышел вон.
«Босс, а как ты собираешься узнать убийцу, не говоря уже о том, чтобы доказать, кто он такой?»
«Это меня не волнует, Лойош. Я куда больше тревожусь насчет как остановить имперское следствие.»
«А зачем? Они что, действительно засудят Алиеру за то, что нескольких текл прикончили?»
«Что ж, если повезет, мы это узнаем.»
16
Упоминание, что конечная ответственность за действия, предпринятые имперскими уполномоченными, лежит на императрице, есть необоснованный трюизм. В настоящем деле, в частности, ассамблея выяснила, что трудность прежде всего в том, что политику Империи проводят в жизнь человеческие существа, по определению несовершенные. И хотя происшествия, подобные нынешнему, заслуживают глубочайшего сожаления, факты не подтверждают безусловной виновности в этом ни политики Империи относительно восстания, ни Империи как таковой. Скорее подобные происшествия следует принять как некое неизбежное зло.
Однако, по мнению ассамблеи, имеются некоторые шаги, которые можно предпринять для уменьшения числа подобных случаев и ущерба от них; список соответствующих шагов приведен в приложении 27.
Главный вопрос — достаточно ли у меня времени, чтобы все подготовить.
До встречи осталось часа два, и чтобы план вообще сработал, мне нужно прибыть на место раньше срока и убедить их позволить мне поучаствовать, а потом наблюдать за всеми, надеясь заметить дзура среди норсков.
В крыле Дракона за столом сидел все тот же сержант, который вовсе не выглядел довольным тем, что снова видит меня.
— Все то же, — сказал я. — Если вы будете столь любезны сообшить лорду Морролану, что я хотел бы встретиться с ним, и добавить, что это срочно.
Он сморщился, но кивнул.
— И, — добавил я, — если мне будет позволено попросить вас сослужить еще одну службу, пожалуйста, пусть кто-нибудь найдет Военачальницу и передаст ей — «Влад нашел выход». Я подожду в тех же покоях, что и прежде, если это возможно.
Потом я немного погулял, нашел рассыльного, расстался с парочкой монет и заказал доставку особо срочного послания хозяину некоей гостиницы неподалеку от Круга Малак, рядом с моей старой конторой.
Затем я нашел покои, где ждал в прошлый раз, и стал ждать снова, барабаня пальцами по подлокотнику кресла и надеясь, что все прибудут вовремя.
Норатар появилась первой. Она вошла, не тратя времени на хлопки, и с ходу, даже не присев, спросила:
— Ну что там?
— Я скажу, когда появятся остальные.
— Какие еще остальные?
— Друзья.
Она села лицом ко мне и впилась в меня взглядом, словно пытаясь прочесть по моему лицу, что я задумал. Ха, если бы сделать это было так просто, я в два счета выявил бы убийцу.
Через несколько минут раздался хлопок, вошел Морролан. Он посмотрел на меня, на Норатар, и спросил:
— Итак?
— Мы ждем, — ответил я.
— Чего?
— Пока прибудут остальные. — Над ним так забавно подшучивать.
Морролан закатил глаза и сел рядом с Норатар.
Через минуту объявился Деймар. Он с любопытством оглядел комнату, словно не представлял, что в крыле Дракона можно куда-то сесть. Остальные, кажется, не совсем понимали, как его воспринимать. Я в общем-то тоже, в этом смысле.
Еще несколько минут, и мягкий, но уверенный хлопок возвестил о появлении Киеры. Связаться с ней было труднее всего, и я слегка расслабился.
— Остался последний, — сказал я.
— Это кто же? — спросил Крейгар.
Я уставился на него, а он мило улыбнулся и подмигнул:
— О сладость отмщения!
Мне стало легче, когда я увидел, что остальные, включая Киеру, также поражены. Не желая доставлять Крейгару удовольствия и спрашивать, когда он прибыл, я просто заметил:
— Вот теперь все собрались.
— Хорошо, излагай, — промолвила Норатар.
Я обрисовал ситуацию, как понимал ее, только в более мрачных тонах, чтобы мое заявление «выход найден» прозвучало более драматично. Получилось бы еще лучше, но присутствующие слишком хорошо меня знали. Киера слегка улыбнулась, Морролан уставился в пространство, а Норатар повторила:
— Излагай.
Так я и сделал, стараясь говорить возможно более четко, и опуская лишь те части, где у меня самого имелись сомнения, что я смогу все это поднять. Разумеется, это не осталось незамеченным.
— Влад, — поинтересовалась Киера, — а как ты собираешься опознать убийцу?
— Есть пара мыслишек, — ответил я.
Норатар заметила:
— Он собирается помахать ножом и посмотреть, кто отреагирует нужным образом.
Даже обидно: я ведь прикидывал и этот вариант.
— Тут могут быть трудности, — отозвался я.
— Да. Например, не отреагирует никто. Или сразу несколько.
— Угу, — согласился я. — Теперь, Киера…
— Да?
Я покосился на Норатар.
— Хм, Норатар, не от недоверия к тебе, но при твоей офоциальной должности слышать подобного тебе не следует. Я шепну на ушко.
Она закатила глаза, а я встал, наклонился к Киере и прошептал. Та выслушала и решила:
— Вроде несложно.
Ну да, пара пустяков — если ты из воров, способных украсть усы с лица выходца с Востока. Но я просто кивнул ей и сел на место.
— А мне что по твоему плану полагается делать? — поинтересовался Крейгар.
— Отвлекать джарегов, пока мы заняты всем прочим. Нам не нужно, чтобы они вмешивались, пока Алиера не окажется на свободе с бумагами с большой имперской печатью, где будет объявлено, что вопрос закрыт.
— Ах вот как, — проговорил он. — И как же это сделать, есть мысли?
— Да. Найди имперскую представительницу и займи ее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
