– И я не собираюсь этого делать. Я здесь не для того, чтобы хоть чем-то огорчить вас. Хотя я мог бы арестовать вас за то, что вы живете под вымышленным именем.
– Какой вы страшный, плохой агент ФБР, – поддразнила его Ребекка. – Вам что, нечем больше заняться?
– О, я занят. Сейчас я расследую странный случай, произошедший в штате Юта. До этого я занимался странным происшествием в Уичита-Фоллс, штат Техас, которое до этого дня не имеет объяснения. Первое происшествие, которое привлекло мое внимание, имело место в Кентукки.
Ее лицо превратилось в маску.
– Что вам известно о футбольном тренере из Солт-Лейк-Сити?
– Он, случайно, не мормон?
– Нет. Он переехал туда из Виргинии.
– Разве в Виргинии нет мормонов?
– Как по-вашему, что могло заставить тренера по футболу накануне игры в чемпионате взять бейсбольную биту и вдребезги разнести себе бедренную кость? Во всяком случае, он заявляет, что сам нанес себе травму.
Джек дал ей возможность осознать сказанное. Ребекка промолчала.
– И что еще странно, – продолжал он, – можно было бы подумать, что его команда тринадцатилетних мальчишек, их родители и жители общины встревожены произошедшим. Но никто из тех, кто его знает, не сожалеет о его вынужденной отставке. Его команда добивалась побед, но многие задавались вопросами по поводу тех методов, с помощью которых он мотивировал своих игроков.
Ходили слухи, что он внушал страх. Унижал любого ребенка, совершившего ошибку. Я говорю, слухи, потому что сами дети молчали о том, что происходило во время тренировок и после проигранной игры. Один из отцов сказал мне, что его сын как будто боится проговориться.
В вечер происшествия тренер сказал бригаде «Скорой помощи», своей жене, полиции, священнику и всем, кому только смог, что он сам себя искалечил. Потом он замолчал. Ни деталей. Ни причины. Ничего. Не далее как вчера он все еще отказывался говорить о том, что произошло тем вечером, – Джек многозначительно посмотрел на собеседницу. – Вы видите в этом иронию?
– Как же я могла это пропустить? Вы практически написали все большими буквами на стене. История интересная, но я не понимаю, какое она имеет отношение ко мне.
– Хотите, чтобы я и это разжевал для вас?
– Если вы полагаете, что я в чем-то виновата, то почему вы не арестуете меня?
– Я не хочу арестовывать вас.
– Тогда какие у вас оправдания для того, что вы прятались вчера вечером в кустах и сегодня весь день следовали за мной по пятам?
– Мне не доставляет удовольствия шпионить за вами.
– Тогда прекратите.
– Обязательно. Скажите мне, где ваш брат, и…
– Я не знаю.
– Ребекка…
– Грейс.
– Неважно, – Джек в ответ тоже повысил голос. – Вы ждете, что я поверю в то, будто у вас не было никаких контактов с вашим братом за четыре года?
– Я этого не говорила. Я сказала, что не знаю, где он, и я действительно не знаю.
– Значит, вы все-таки контактируете с ним. Как часто вы общаетесь? Раз в год, раз в месяц, дважды в неделю? Как он выходит с вами на связь?
Женщина вытянула вперед руки ладонями вниз.
– Доставайте ваши бамбуковые палки. Или вы предпочитаете окунать меня головой в воду?
Выведенный из себя Джек встал, обошел свое кресло, положил ладони на его спинку и слегка наклонился. Он попытался заставить Ребекку опустить глаза, но тщетно. У женщины была такая же манера смотреть сквозь человека, как и у ее брата. Отвернувшись, Джек пробормотал:
– Проклятая семейная черта.
– Что?
– Ваши глаза.
– Вы не первый, кто говорит об этом. Когда мы были детьми… – она не договорила.
Джек обошел кресло и снова сел в него.
– Что же случилось, когда вы были детьми?
– Ничего.
– Бросьте! Расскажите мне хоть что-то, чего бы я не знал. Хотя бы капельку информации.
– Каждое воскресенье мама готовила жаркое.
– У всех мамы готовят по воскресеньям жаркое. Расскажите мне что-нибудь о вашем брате.
– Вы и так уже все знаете.
– Удивите меня.
– Брат любит тыкву. Или любил. Я думаю, что он все еще ее любит.
Джек наблюдал, как мысли Ребекки помимо ее воли возвращаются к прошлому. К более счастливым временам. Жалобным голосом женщина сказала:
– Брат всегда защищал меня. Я двумя годами младше, и он серьезно относился к роли старшего брата. Насколько я могу вспомнить, он всегда за мной присматривал. Он бы никому не позволил обидеть меня.
– При таком телохранителе вас мог попытаться обидеть только полный дурак.
– Я и сама себя защищала.
Джек усмехнулся.
– Не сомневаюсь. И как же?
– Я посылала всех обидчиков.
Он сам на это напросился. Пожалуй, даже в какой-то мере сделал это специально. Усмешка исчезла с лица Джека. Он повернулся к окну. Это было все равно что смотреть сквозь водопад. Джек наблюдал за потоками дождевой воды, ручьями стекавшими по стеклу.
Потом он снова повернулся к Ребекке и негромко сказал:
– Я не пытаюсь обидеть вас, Ребекка. Я бы пошел на это, если бы считал, что от этого будет хоть какой-то прок. Но я не думаю, что бамбуковые палки заставят вас раскрыть его местонахождение.
– Не заставят, потому что я этого не знаю.
– Подумайте о близких жертв, – это был удар ниже пояса, но Джек был готов воспользоваться любыми средствами. – Знаете ли, они все время остаются со мной на связи. Звонки. Электронные письма. Все это разрывающее сердце дерьмо. И я знаю, что это слово не заставит вас поморщиться. Вы знаете, что эти люди хотят и заслуживают…
– Хватит!
Ребекка стремительно сорвалась с дивана и с грацией черной кошки метнулась из комнаты. Джек понял, что женщина открыла входную дверь, потому что он почувствовал поток сырого воздуха. Он неохотно встал и вышел в прихожую следом за хозяйкой дома. Она держала входную дверь открытой и смотрела в пол между своими босыми ступнями. Ее тело напряглось.
Когда Джек оказался рядом с ней, Ребекка подняла голову и свирепо посмотрела на него своими прозрачными глазами.
– Я создала здесь хорошую жизнь для себя и для Сары. Но я брошу все в мгновение ока. Я снова исчезну. Продолжайте преследовать меня, и я это сделаю. Вы знаете, что я на это способна.
– И вы знаете, что я буду искать вашего брата, пока я его не найду.
– Потеряете время. Он никогда не позволит, чтобы вы его нашли.
– Вы уверены? Вам никогда не приходило в голову, что для него это будет облегчением?
Женщина горько рассмеялась.
– Бросьте! Или вы скажете, что для него это будет наилучшим выходом?
– А разве не так?
Ребекка какое-то время выдерживала его взгляд, потом отвернулась. Увидев маленькую трещинку в ее доспехах, Джек этим воспользовался.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
