Росс испуганно посмотрел на нее, затем рассмеялся:
– Пейдж, дорогая, мы с тобой выписались из больницы всего два дня назад. Хочешь верь, хочешь нет, но я не держу записную книжку с адресами женщин про запас. Нет у меня и гарема одалисок, ожидающих лишь одного моего кивка. Нет, не было у меня ни с кем свиданий, если не считать сегодняшней встречи с тобой. Более того. Я не собираюсь встречаться ни с кем, кроме тебя. И это невыносимое возбуждение я испытываю только из-за тебя.
Он коротко, едва ли не безразлично поцеловал ее, но и от этого легкого прикосновения его губ у нее едва не подкосились ноги, а голова поплыла, но теперь уже не под влиянием винных паров. Пейдж попыталась думать о чем-то постороннем, попробовала вспомнить несколько веских, убедительных доводов, призванных удержать их от этого последнего опрометчивого шага, однако серое вещество совершенно не подчинялось ей.
– Могу я тебя кое о чем спросить? – прошептал Росс. Его губы находились по-прежнему на уровне ее губ.
– Да.
– Ты испытывала в последние несколько дней какую-то непонятную пустоту? – спросил Росс, положив ладонь ей на нижнюю часть живота. – Вот здесь?
Это прикосновение пробудило ее от летаргии, вызванной мыслями о нем. Пейдж слегка отпрянула.
– Да! Именно здесь! Откуда тебе это известно?
– Я испытываю точно такое же.
– А что это? Ты знаешь?
– Это неудовлетворенность.
– Какая? От чего?
– От того, что мы с тобой не занимались любовью.
– Но мы же занимались... Разве нет?
– Нет. Мы доставляли друг другу удовольствие, но любовью не занимались.
– Так ты хочешь сказать... – она положила руку на его ладонь, которая все еще оставалась у нее на животе, – что это ощущение никуда не денется до тех пор, пока мы не займемся любовью?
– Я не могу утверждать это с уверенностью эксперта, но подозреваю, что мы столкнулись с неизбежностью довести дело до конца.
– Ты уверен, что это не уловка? Может, ты специально все придумал, чтобы заманить меня к себе в постель? – все же нашла в себе силы подозрительно осведомиться Пейдж, хотя его прикосновение по-прежнему сводило ее с ума.
– Да как ты только можешь думать об этом! – возмутился Росс.
Если он имитирует негодование, то делает это весьма искусно, решила она.
Рука Росса принялась скользить по ее животу, и при каждом ее движении Пейдж казалось, что он ласкает ее лоно изнутри. По всему ее телу разливалась приятная истома. Она еле сдержалась, чтобы не застонать от удовольствия.
– Я не заставлял тебя испытывать эту пустоту, Пейдж.
– Нет, наверное, это все из-за того, что мне ужасно хочется тебя, но я ведь фактически тебя не знаю.
Росс медленно покачал головой.
– Если бы дело обстояло именно так, то пустота должна быть вот здесь, – сказал он, прикоснувшись к ее груди там, где бьется сердце. – А здесь и здесь, – он прикоснулся затем к ее виску и снова к животу, – осталось бы неудовлетворенное желание.
В его словах был смысл.
– А одного раза хватит? – спросила Пейдж.
– Чтобы избавиться от муки, что терзает нас?
– Да.
– Нужно попробовать хотя бы раз, чтобы понять, как мы будем жить дальше. Тогда и решим.
– А что, если это окажется большой ошибкой?
Росс провел рукой по ее шелковистым волосам.
– Я совершу еще большую ошибку, если проживу жизнь, так и не изведав, каково это, оказаться внутри тебя.
На эти его слова в ту же секунду отозвалась именно та часть ее тела, которую он и подразумевал.
– О Росс, – прошептала она, чувствуя, что уже готова на все.
– Тебе тоже хочется?
– Боже милосердный, да. Но мы же не любим друг друга.
Пейдж показалось, будто она заметила, как в его глазах промелькнула и стремительно исчезла обида.
– Мы нравимся друг другу. По крайней мере ты мне нравишься.
– Неужели?
– Очень. Очень нравишься. Более того, я тебя уважаю.
– В самом деле?
– Очень. Я говорю совершенно серьезно, Пейдж. Это будет кульминация тех ночей, что мы провели вместе. Нет, мне, конечно, известно, у тебя в твоем прошлом далеко не все безоблачно, но ты должна знать: я никогда не стану заниматься любовью с женщиной, которую не уважаю. И я не собираюсь никого заманивать в постель.
Она поверила ему. Не зная почему, но поверила. Он был прохиндей-адвокат, ну пусть и не совсем прохиндей, но все-таки... он был мужчиной. Неужели они не способны быть искренними? И что бы там ни говорила Рейчел, он все-таки инфицирован этим жутким вирусом, который заставляет его жаждать секса.
Впрочем, она тоже больна, и хочется ей того же, что и ему.
– О чем ты задумалась, Пейдж?
– Если это окажется величайшей ошибкой моей жизни, то сделай, пожалуйста, так, чтобы она осталась лучшей ошибкой моей жизни. Хорошо?
Он улыбнулся, взял в ладони ее лицо и поцеловал.
– Изо всех сил постараюсь.
Пейдж почувствовала, как гормоны с бешеной скоростью сотрясают ее тело. Настоящая гормональная буря! Сейчас она будет заниматься любовью с самым красивым и соблазнительным мужчиной за всю свою жизнь. И он хочет ее. Только ее.
Пейдж задумалась, где же это произойдет. Прямо здесь? В спальне? На обеденном столе? Какое бы решение он ни принял, она согласна на все. Пейдж лишь надеялась, что он не сделает ей больно, а, наоборот, приложит все силы к тому, чтобы доставить ей удовольствие.
Ей тут же пришла в голову ужасная мысль.
– О Боже! У меня же опять нет с собой противозачаточных средств!
– А ты не хранишь их дома? – спросил Росс, слегка нахмурившись.
– А с какой стати мне хранить их дома? У меня ни с кем не было близости со студенческих лет! – Произнеся это, Пейдж покраснела. – Ну, почти не было. – Росс нежно поцеловал ее.
– Боже, как чудно пахнет твоя кожа! – Погладив ее по щеке, он добавил: – Успокойся! Все в порядке.
– О чем ты?
– Я кое-что захватил с собой.
– Что именно?
– То, о чем ты так беспокоилась.
– О Господи! Ты так был уверен, что пришел во всеоружии?
– Я был полон надежды и поэтому пришел во всеоружии. Если на то пошло, то, думаю, тебе вряд ли захотелось бы тратить время на беготню в ближайший магазинчик.
Пейдж ужасно хотелось разозлиться на него за его предусмотрительность. Честное слово, хотелось. Она даже знала, что сказала бы и что сделала. Бесполезно. Бессмысленно, когда он смотрит на нее с такой тревогой во взгляде. Она схватила Росса за галстук и притянула к себе.
– Одобряю твой поступок! Готова поспорить, что ты был хорошим бойскаутом!
Тревога на лице Росса моментально сменилась улыбкой, способной зарядить энергией даже давно вышедшие из строя батарейки.
– Я с радостью сделаю все, чтобы заслужить еще одну твою похвалу!
