Кого они там призывали помнишь?
— Э-э-э... Урода с осьминогом на лице? Причем тут это? Ты же сам говорил, что они только дырку от бублика понапризывали.
— Дырку-то дырку, но порой и ради дырки постараться можно. Мало ли на свете простуженных? Голову жопой защемит и знай себе бедокурят...
Я уже собирался напомнить деду про маразм и посоветовать выпить какие-нибудь таблетки, но осекся, уставившись на кипу рисунков, сложенных на лавке возле отстегнутого протеза.
Вид монструозных клешней и отвратительных отверстий на теле одного из демонов отозвался резкой болью в раненной руке.
Странное ощущение испытанное мной при знакомстве с князем вновь напомнило о себе. На мгновение все встало на свои места, но тут же треснуло и рассыпалось обратно на бесчисленные осколки бессвязной мозаики, оставляя лишь отдельные фрагменты.
А что если предположить, что барон такой же олух, как стюард, сотник или Грисби? Что если его тоже развели? В конце концов, идеальный союзник, это враг, который не знает, что он подельник.
Если уж предполагать непредполагаемое и впихивать не впихуемое, то почему не представить на секунду, что Аллерии не просто повезло? Что рыцарше «позволили» выкрасть герцогиню и притащить в Грисби? Если так, то нафига? Зачем устраивать этот цирк с осадой, если кровососам пофиг на политику? Зачем помогать барону устроить войну?
— А за тем же, зачем и травили городские припасы.
Сотник недоуменно уставился на деда, но тот лишь неопределенно пожал плечами и приложился к фляге:
— Привыкнешь. Он всегда такой. Хоть стой, хоть падай.
— Да нет, вы погодите! Я серьезно — если предположить, что если причину со следствием поменять?
Почему появился писюкастый демон? Я не экстрасенс и не охотник на нечисть, но даже мне очевидна параллель с первым штурмом города. Когда князь ненароком запек до хруста целую кучу гражданских, попутно угробив половину своего войска. Почему вылезла та тварь в озерной деревушке? Хрен ее разберет, но факт детоубийства в виде утопления собственного чада в озере со стороны родителей налицо. Очень сомневаюсь, что Киара здесь обманула.
Как там дед про ведьму сказал? «Ест страдания и трахает смерть»? Может я совсем балдой поехал, но по-моему это наш случай. То есть... Если предположить, что главной задачей войны стояла не жажда наживы или власти, а банальное смертоубийство, то действия кровососов приобретают хоть какой-то смысл. Как и половина иных событий, в которых мне не посчастливилось поучаствовать.
— Погоди, кукушонок… Оно все звучит-то складно, но вот тебе ложку дегтя по всей харе — на кой ляд-то с месяц выжидали? Чегож они воду не траванули, али еще чего? То бишь... — великан наморщил покрытый шрамами лоб, усиленно скрипя извилинами. — Ежели ты говоришь, что им эта самая боль да смерти для колдовства надобны, чегож по подворотням людей не резали? Отчего месяц ждали, пока ты водоросли принесешь?
Недоверчиво посмотрев на сотника, я едва удержался, чтобы не перекрестится. В памяти сразу всплыл бешенный взгляд шести пар глаз на лошадиной голове и нездоровый интерес одной маленькой, но очень мертвой девочки.
Походу, этот придурок первый раз в жизни сказал что-то дельное. Может это последствия недосыпа, а может я окончательно сбрендил, но у меня такое ощущение, что ждали они именно меня. Знать бы только — нафига?
Посмотрев кипу рисунков с разномастными уродцами — дальними родственниками писюкастого демона, я твердо решил, что не желаю этого знать.
Порывшись в кармане, я высыпал на стол пару мелких кристалликов. Помнится, помимо трубы в салоне и моих берцев, кристаллики светились еще и в переулке у пекарни. И, сдается мне, там не просто так нарисовали тот дебильный символ с то ли крыльями, то ли перьями.
Смутно представляю, что все это значит, но... Не просто же так мне их Киара сунула, верно?
— Это чего за колдовство такое? Отчего это они у тебя в руках сияют?
— Это, мой слабоумный друг, первая радиопеленгация в истории вашего ненормального мирка! Тащи сюда мужиков, сейчас будем угол засечки определять! Давай-давай, нехрен такое историческое событие откладывать!
Шиза шизой, но если выбирать между отправкой десятка бородачей тыкать кристалликами в переулки и вероятностью встречи с новой потусторонней сранью — я выбираю переулки. Пусть даже если все они окажутся между булок.
Грузный топот скрывающегося за дверью сотника сопровождался новым приступом боли в прокушенном языке. В голову пришла неприятная мысль, что, возможно, кровососы уже получили то, что хотели.
Оставшись наедине с одноногим хрычом, я не выдержал:
— Слышь... Вся эта хрень хоть когда-нибудь закончится? Или я на всю жизнь здесь застрял?
— Оно как с бабами. Сумел начать, сумеешь и кончать.
Вырвав флягу из его рук и опалив язык высокоградусной дрянью на можжевельнике, я хотел сказать что-нибудь едкое и оскорбительное по поводу его скабрезностей, но вместо этого вернулся к столу, принимаясь хлопать ящиками в поисках карты или плана города. В чем-то этот маразматик прав. Оно действительно как с женщинами — хочешь не хочешь, а придется.
Глава 20: Обратный отсчет.
Откопанное в кабинете сотника истертое полотно из тонкой, но прочной кожи являло кривую и нескладную схему города. Ни обозначенных зданий, ни постов или маршрутов патрулей. Только ленивый контур стены, навскидку очерченные районы, да несколько улыбающихся человечков, подрисованных возле городских ворот и очевидно символизирующие гарнизон.
Ни в какое сравнение с гильдейской... И как с таким отношением к службе, в городе поддерживается хоть какой-то порядок? Вот оно, настоящее колдовство и тайна.
— Да складно я рисую, чего ты заладил? — разобиделся рыжий, в очередной раз оскорбившись моей оценкой его профессиональной пригодности. — Сам-то как курица лапой карябаешь... Уж вторую карту испохабил!
Я лишь отмахнулся и, положив больную руку поудобнее, продолжил скрипеть карандашом, мельком сверяясь с отчетами патрулей. Из-за криворукости сотника и малограмотности стражников точность оставляла желать лучшего, однако я пробыл в Грисби достаточно долго чтобы, компенсировать чужое скудоумие собственным воображением.
— Говоришь, вот в этих местах бирюльки не светятся? — обгрызенный карандаш перечеркнул несколько кружочков на карте.
— Та я-то ничего не говорю — то мужики сказали. Чего рогача за яйца тянем? — толстый палец ткнулся в центр схемы с надписью «гильдия авантюристов». — Вот она, клоака городская! Дырка, с которой на наши головы дерьмо так и льется! Полно уже лучины переводить, коли и так все известно! Али ты карандаш до огрызка извести собрался?
Рыжий недовольно зыркнул на
