как к ребёнку⁈ Что вы делаете с муглами? Куда они исчезают? Как работает сердце Лапуты? Почему я недостойна этих ответов⁈
На что Илум спокойно отвечает.
— Потому что ты к ним не готова.
— И из-за этого вы играете во все эти шпионские игры? Скрываете правду, лжёте, увиливаете, не доверяете! Разве так ведут себя маги по отношению друг к другу? — распаляется Руна.
— Я не стану с тобой спорить, — вздыхает Илум, — Это не моя обязанность. Если вы пройдёте со мной к Драгану…
— Нет, я устала от того, что вы ни во что меня не ставите! Я вам не девочка на побегушках! — ударяет каблуком по каменному полу Руна, — Я узнаю ответы, хотите вы того или нет!
— Я предупреждаю тебя, Руна…
— Я. Тебя. Не слышу! — рявкает блондинка и мощный воздушный резак срубает выстроенные колья.
Осколки летят во все стороны, но Илум укрывается за каменным щитом. После чего взмахивает ладонью и одна из стен выпускает стальные цепи.
Он намеревается связать нас и доставить к Драгану!
На этот раз вмешиваюсь уже я, выставив телекинетический купол и заблокировав эту попытку.
Руна моментально подстраивается под меня и волной ветра распыляет их в ничто.
— Как утомительно, — слышу я голос Илума, когда весь коридор вздрагивает.
Чтобы уже через секунду начать сужаться. Чёрт, мы же в самом сердце острова!
Каменного острова, который полностью под контролем Илума!
Это и осознаёт и Руна, выстрелив несколько сгустков сжатого воздуха в нашего противника.
Но тот легко выставляет перед собой защиту, даже не заботясь об атаках магессы.
На этот раз приходится задействовать мой козырь. Вслед за всплеском маны за моей спиной материализуется мираж ужаса, который с грохотом ударила когтями в стены и замедляет их сужение.
— Ч-что это за монстр⁈ — ахает Илум, который всё же поддаётся моей усиленной ауре ужаса и на мгновенье замирает.
И, не успевает он выкинуть новый трюк, как волна телекинеза бросает его в стену, о которую он ударяется головой.
В ту же секунду движение стен останавливается.
Руна с ужасом смотрит на меня.
— Ты же не…
— Я просто приложил его башкой о стену, — качаю я головой, — Очень скоро он придёт в себя.
Так-то было бы очень кстати лишить Лапуту столь грозного мага, но… тогда моё доверительное общение с Руной моментально оборвётся.
Сколь бы наши взгляды не были схожими, но смерть одного из друзей определённо не принесёт мне её лояльности. Перешагнув бессознательное тело мага земли, мы приближаемся к тяжёлым двустворчатым дверям.
— Ты уверена, что это то место? — спрашиваю на всякий случай я.
— У нас есть единственный способ проверить это, — вздыхает Руна.
Кивнув друг другу, мы толкаем створки и проходим в лабораторию.
Самое секретное помещение летающего острова.
Глава 22
Тяжёлые двери раскрываются без единого звука, позволяя нам рассмотреть убранство самой защищённой комнаты Лапуты.
А представляет она из себя… нечто невероятное.
Сразу же за дверьми мы оказываемся в просторном зале с высокими потолками, заполненным светом десятков магических светильников. Кажется, что свет идёт сразу со всех сторон и даже непонятен его конкретный источник.
Прямо в центре зала в воздухе застыл непонятный резервуар, то ли с газообразной субстанцией, то ли с мутной голубоватой жидкостью.
Единственное, что я могу сказать наверняка, так это то, что от резервуара так и пышет маной. Это как стоять перед старым, уже износившимся электрогенератором и ощущать, как он натужно гудит, и видеть, как в нём искрят молнии.
А вокруг этого парящего резервуара кругом веером располагаются сотни каменных площадок, на которых лежат неподвижные тела муглов. Головой к центру комнаты и ногами наружу.
Если взглянуть сверху, то картина напоминает огромную ромашку, где каждый человек будет отдельным лепестком.
Некоторые из игроков выглядят совсем свежими, словно они задремали. Другие истощены, как узники концлагеря. А третьи и вовсе больше похожи на мумии.
— Что за ужас здесь творится? — шёпотом спрашивает Руна.
Она касается ближайшего к нам игрока.
Тот никак не реагирует на действия девушки.
Та пробует того растолкать, привести в чувства, даже отвешивает мощную пощёчину, но всё безрезультатно.
Игрок всё так же лежит овощем на каменной площадке.
Тут я как раз обращаю внимание на то, как в шею парня воткнут тонкий стебель, который тянется прямо к резервуару в центре залы.
А в его руку воткнута игла с непонятной капельницей. Внутреннее питание?
Выходит, их принудительно держат в коматозном состоянии?
Я показываю Руне на стебель и не успеваю её остановить. Порывистая магесса судорожно хватает странное приспособление и отрывает его от бессознательного парня.
И тот моментально истлевает во всполохах света, так и не придя в себя. Ушёл на возрождение.
— Они умрут в тот же миг, как только будут отключены от этого устройства, — в ужасе шепчет Руна.
— Эта штука выкачивает из них саму жизнь, — произношу я, хмуро осматривая залу, — И, похоже, именно эта жизненная энергия питает сердце острова.
От резервуара в воздухе тянется толстый стебель куда-то в потолок. Видимо, доходя прямо до Капитолия, где и располагается огромный кристалл.
Даже в мире магии не бывает чудес. Любая энергия, даже магическая не может браться ниоткуда. А чтобы целая гора с городом на ней подобно пушинке переносилась с места на место, такой энергии требуется огромное количество. И теперь я знаю её источник.
Вот тебе и идеальное общество магов… А ведь Драган уже не раз и не два намекал на происходящее в наших разговорах.
«Муглы рождены, чтобы служить нам. Лапута существует за счёт них. Муглы питают остров, даруют ему жизнь. А мы, маги, наслаждаемся этим сладким плодом. Потому что мы достойны», — говорил великий магистр.
Потому что у магов есть сила. Потому что им хватило безумия и создать столь порочную конструкцию!
Драган удивлялся тому, насколько был безумен Пастырь, при этом совершенно не замечая того, что он сам недалеко ушёл от проповедника! А, возможно, значительно его обогнал.
— Что же это вообще такое… — Руна от волнения падает на колени, не зная, что делать с неожиданно страшным открытием, — Нельзя же их просто так оставлять здесь и…
— И вы так и поступите, — произносит новый голос, — Оставите всё как есть, и спокойно покинете этот зал. И тогда никто не пострадает, ни вы,
