— Волков! — Возмутился Серж. — А я думал в Англии живут только лисы и кролики.
— Волки там были. Но там погибло четыре взрослых мужчин и по слепкам зубов, это животное должно было быть размером со льва.
Профессор немного отдышался и продолжил:
— Затем я начал копаться в других досье и обнаружил, что первая жертва остаётся, целой. Я имею ввиду, что сердце у неё не было изъято.
— И что всё это значит?
— Я думаю, что первая жертва всегда случайна, это разминка.
Эльвира и Сергей сидели, развесив уши и открыв рты, внимая ужасающему рассказу профессора.
— Значит, то, что вы говорили мне в кофе…Это происходит сейчас!? В нашем городе!? — Эльвира была бледной как полотно. — Господи! Серж! Тетя Люба! Она была первой! — Эльвира не могла поверить в это. — Аристарх Львович, неужели…
****************************************************************************
В прокуренном затхлом воздухе кабачка витал порок. Из дребезжащих динамиков доносилась грубая музыка без всякого намека на мотив. Кристина подошла к барной стойке и заказала выпить. Через минуту бармен принёс мутный стакан с каким-то пойлом. Кристина выпила всё одним глотком.
— Ещё, — сказала она, не отрывая глаз от грязного стакана.
— А ты не заблудилась, девочка? — Услышала она чей-то неприятный голос.
Кристина перевела отсутствующий взгляд от стакана в сторону и посмотрела прямо в глаза вопрошавшего.
Перед нею стоял здоровенный мужик, с патлатой головой. Он был одет в кожаную куртку на голое тело, его мерзкая рожа была похожа на протухший сырный шар, с длинной бородой. Кристина посмотрела чуть дальше через плечо и увидела сборище таких же патлатых мужиков и безвкусно одетых девиц, которые в упор смотрели на неожиданную посетительницу их точки.
— Отвали, дядя, — спокойно сказала она, и сама удивилась своей дерзости.
— Не понял, — с удивлением сказал здоровяк, — ты чё — то не въезжаешь, детка, это наше место и мы не жалуем тут таких богатеньких сучек как ты.
Он демонстративно вытащил из кармана нож "бабочку" и виртуозно стал вертеть им перед лицом Кристины.
— Да, напитки у вас так же дурны, как и ваше гостеприимство, — Кристина отвернулась от нахала и снова уставилась на свой стакан.
— Во, засада то, не ты это слышал, — обращаясь к бармену сказал сырная морда, — я здесь хозяин и сейчас вышвырну тебя как драную кошку.
— Хотела бы я на это посмотреть, — крикнула сзади одна из девиц.
— Только попробуй ко мне прикоснуться, и я вырву тебе сердце, — сказала Кристина не своим голосом.
****************************************************************************
— Я совершил огромную ошибку. — Прервав Эльвиру на полуслове, сказал Рокшин. — Тогда, когда вы с Кристиной приходили ко мне в первый раз, я дал не верную оценку перстня вашей подруги, я должен был просто вспомнить, но мне так хотелось это забыть…
— Что? О чем вы говорите?
— Этот перстень… У него совсем другое предназначение.
Рокшин достал из кармана флэшкарту, с той самой информацией, что прислала Кара Биндер. Он встал и подошел к компьютерному столику. Пока загружалась программа, профессор, тяжело дыша, не сводил взгляда со столика, на котором лежала картинка из медальона. Наконец информация загрузилась, и на экране монитора появился снимок мертвой женщины. Рокшин выделил небольшой участок снимка и увеличил его на сто процентов. Появилось изображение руки покойной во весь экран, а на безымянном пальце был перстень, точно как у Кристины.
Эльвира почувствовала, как по её спине побежали мурашки.
— Но это не он! Профессор, посмотрите сами, камень не тот! — Эльвира преждевременно почувствовала облегчение.
— Да, — сказал профессор, — камень действительно больше похож на рубин, но…, - он открыл следующий файл.
На нем была изображена та же женщина, но еще полная сил. Профессор вновь повторил процедуру и увеличил изображение руки. Перстень был с зелёным камнем.
— Я не понимаю.
— Всё просто — когда перстень насытиться кровью — изумруд превращается в кровавый рубин.
— Кто эта женщина? — Подал, наконец, голос Сергей.
— Хелен.
— Что? Ваша Хелен? Значит это… — Эльвира ненадолго задумалась. — Значит, она была убийца!?
— Да. — Губы профессора дрогнули. — И всё началось с неё, — Рокшин повернулся и указал пальцем на женщину изображенную на картине.
****************************************************************************
На мгновение всё вокруг замерло. Кристина и здоровяк молча смотрели друг на друга, а все присутствующие с нетерпением ждали развязки.
Всё произошло быстро. Сырная морда даже не успел вскрикнуть.
Кристина одним молниеносным движением вывернула ему пальцы той самой руки, которой он пытался схватить её за шиворот. Кости хрустнули как сухое печенье. Последнее, что видел здоровяк — было его собственное сердце с исходившим от него паром. Оно ещё продолжало сокращаться, когда бедолага замертво рухнул на пол.
Кристина повернулась и, оскалившись, спокойно спросила:
— Ну, кто следующий?
Заглушая музыку, в зале раздались душераздирающие крики и вопли. Народ в ужасе, сбивая друг друга с ног, покидал забегаловку.
Кристина какое-то время стояла и просто смотрела на кусок мяса у себя в руке. Затем она повернулась к зеркальной стене позади бара и посмотрела на своё отражение. Из зеркала на неё смотрело чудовище с искаженными надбровными дугами, сильно выдающейся вперёд челюстью и глазами, горящими желтым пламенем. Повертев головой из стороны в сторону, она впилась зубами в кусок человеческой плоти, затем облизала кровавые, искорёженные пальцы и, поправив причёску, достала из кармана помаду. Когда она поднесла её к своим губам, в зеркале отражалось уже лицо Кристины.
*****************************************************************************
— Значит это Кристина? Эльвира спросила это машинально. — Это она? Значит она оборотень?
— Нет, — ответил профессор, — она ликантроп.
— Но я не понимаю!!! — Эльвира вскочила со своего места и стала метаться по комнате. — Профессор, я знаю её много лет, она милейший человек. Да она даже мухи не обидит! Ведь это означает, что это она убила тетю Любу. Нет, я отказываюсь в это верить! — Эльвира села и, закрыв лицо руками, заплакала. — Вы, — всхлипывала она, — вы не понимаете, она любила её как родную мать.
Первая жертва всегда случайна, — тихо сказал Аристарх Львович, — она не владела собой.
Рокшин подошел к Эльвире и погладил её по плечу.
— Ликонтроп, тихо продолжил он, — это волк, рожденный человеком. Если бы она не надела "дыхание зверя", то так бы и прожила до самой старости в человеческом обличии и ни чего бы не было.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
