Ну, что, отдохнули от учёбы? — раздался жизнерадостный голос Здеца в голове Грина, когда они сели отдохнуть и перекусить вонючим мясом в одном и тупиковых отнорков. — Давайте в позу!
Парень с тоской посмотрел на друзей и те без слов всё поняли. Даже Милиона стягивала рваные шортики без особой радости, пока Пак равнодушно смотрел на появляющуюся красоту.
Но стоило начать, как сила юности взяла верх и вот они уже в учебном классе, внутри сознания Грина…
— Вы уже достаточно пользуетесь новыми силами, чтобы понять, что они привязаны лишь к вашей воле и жесты, как и слова-активаторы, лишь помогают сконцентрироваться! — озвучил Здец-старец то, что они и так уже поняли, прочувствовав всё в полной мере. — Теперь я объясню, сам процесс и вы увидите, что всё ограниченно лишь вашим сознанием и сопротивлением энергоканалов!
Едва остывшие мозги вновь начали кипеть и, спустя непонятно сколько времени, их снова отпустили на перерыв в реальный мир.
И снова бесконечные пещеры со злыми бёрами. И снова обучение. И снова пещеры...
А где-то, у подножия Энга, группа охотников закончила предрассветные сборы и теперь готовилась войти сеть пещер, чтобы поохотиться на бёров, с самого края их территории.
— Мас, не лезь вперёд как в прошлый раз! То́ри, Го́ри, ещё раз перепроверьте амулеты. Найла, усиление только на меня, остальных потом будешь лечить если что! — Траф оглядел свою небольшую группу.
Все были готовы. Их глаза излучали уверенность в собственных силах и лёгкую насмешку. Это далеко не первая их охота, но, практически отеческая, забота Трафа всегда вызывала улыбку — они все маги второй категории и если всё делать правильно, то четыре, а то и пять взрослых бёров не проблема!
Тут нужна выдержка и особый склад характера. Выскочки, будь они трижды сильны, не выстоят против сильных и хитрых зверей, которые, к тому же, могут объединяться в группы до десяти особей и тогда никакая тактика не спасёт в узких, извилистых пещерах.
— Пошли! — скомандовал Траф, закончив проверку тяжелого рунострела, похожего на большую корягу. — Слушаем и смотрим!
Отряд синхронно кивнул именно в тот момент, когда из зева пещеры раздался жуткий, громогласный рёв.
Траф замер, а по его спине скатились капли холодного пота – слишком громкий рык с отчётливым стальным дребезжанием говорил о том, что зверь его издавший просто огромен! Это царь бёров?! Но что он делает на краю пещер?!
Он не успел ничего приказать остолбеневшим членам отряда, но, благо, что они не стояли напротив входа в пещеру, когда оттуда вырвался ревущий исполин в два человеческих роста. Он до мяса ободрал шкуру об острые скалы и помчался прочь, вопя, как ни странно, от ужаса!
Однако, едва он совершил первый длинный прыжок под открытым небом, как просто лопнул кровавым фонтаном и заляпал своими внутренностями всю округу, вместе с охотниками.
Лишённые дара речи маги наблюдали, как следом за «царём» вышла довольно крупная, лысая самка, но, вела она себя крайне странно – окинула охотников усталым взглядом и просто села возле пещеры.
Трафу показалось, что в её глазах блестят слёзы, что само по себе было невозможно, поскольку слёзы бёра относились к легендарным материалам и больше напоминали сказку.
Но ещё больший шок охотники испытали тогда, когда вслед за монстром из пещеры вышли два тощих пацана с тугими, сочащимися кровью и слизью рюкзаками, а также очень измученная девушка.
Охотники заметили в глазах перемазанной кровью троицы странное опустошение, словно те побывали на границе бездны и лишились души. Группа Трафа замерла, не зная что предпринять или сказать.
— Свободна… — прошептал тощий парень в рванье, на обожжёной голове которого виднелась чудом уцелевшая прядка белых волос.
Судя по всему, эти слова предназначались лысой самке бёра, поскольку она выдохнула, встала, и, внезапно, с огромной силой начала биться головой о скалу, пока толстая кость не треснула, заливая кровью единственный чистый пятачок. Подрыгав лапами, она затихла с выражением крайнего облегчения на морде.
Группе магов показалось, что в безжизненных глазах троицы промелькнула зависть к судьбе монстра, но вот, белобрысый вздрогнул и сухо прошептал:
— Уходим.
Они молча прошествовали мимо охотников и бесцеремонно открыли двери внедорожного руномобиля Трафа, закидывая рюкзаки внутрь.
— Эй, вы что удумали?! — начал было долговязый Мас, но три пары глаз та́к посмотрели на него, что он мгновенно заткнулся.
Когда транспорт скрылся за поворотом горной тропы, Траф с досадой обернулся и посмотрел на вход в пещеры – оттуда медленно вытекала тёмная кровь, скрывающая под собой камни на всю, двухметровую ширину.
Охотник переборол оцепенение и сделал несколько десятков шагов внутрь, подсвечивая дорогу амулетом.
Повсюду виднелись останки бёров. Чем дальше он заходил, тем сложнее становилось дышать от смрада и охватившего его отвращения, вкупе с гнетущей тишиной. Под ногами противно хлюпало и чавкало. На него упала часть какого-то внутреннего органа и, подняв глаза вверх, он не смог сдержать рвотный позыв.
Выбежав и отдышавшись, Траф, меж тем, возликовал – странная троица оставила множество трофеев и они с лихвой перекроют не только угнанный руномобиль, но и смогут позволить себе новенький грузовой рунолёт!
— Тори, Гори, — потирая руки произнёс Траф, — молнией в город за транспортом! Найла усиль их, мы наконец-то сорвали куш!
А вот Грин с товарищами не радовался совершенно и они спешили забыть тот опыт, когда Здец показывал им, что любое существо не только разумно, но и сгодиться как участник оргии, внутри сознания парня. Правда, это было до того, как они устроили геноцид бёров разными способами. Или после? Но, в любом случае, они порешили никогда об этом не вспоминать.
Не вспоминали и то, как Пак делал из уже мёртвых зверей марионеток посредством рун, как Милиона сшивала вместе несколько трупов и оживляла их, а потом ещё и устраивали с ними оргии… Это было безумие, но Здец заставлял их и они не могли противиться!
Все трое были сломлены морально и физически, но тело можно излечить очень быстро, в отличие от души…
Дорога немного помогла привести мысли в порядок и оценить результаты этих дней, хотя, по личным ощущениям каждого, прошло не меньше месяца. Месяц кошмара наяву…
К вечеру они уже были в городе и решили заночевать у Пака, заодно отдав на реализацию зрачки бёров и несколько склянок с их слезами.
Когда дед тощего толстяка полез с расспросами, Пак лишь качнул головой и их оставили в покое, отправив отдыхать,
