— Правда? — удивился я, повернувшись к Люпус. — Ты так думала?
— Нет. Но всё равно, зачем тебе рабы?
— Лишние руки за сто серебряных. Дома у нас есть, еда тоже, пусть работают. А через пять лет сами выкупят себя и помогут нашему демографическому росту. Одни плюсы. Слушай, а у тебя специалисты есть?
— Люди с талантом? Есть, но там ценник от двух тысяч. На них цена не падала. Их всегда мало.
— От двух тысяч⁈
— Это на простых самых. У меня есть раб за шесть тысяч.
— Шесть тысяч? Я могу за это шестьдесят мужиков купить. Что это за талант вообще?
— В смысле? Вы откуда вообще свалились? Талант он и есть талант. Один из двухсот с ним рождается. Редкий дар, а раба такого ещё пойди найди. За них же борются все, вон, недавно Владыка Аинз увёз более ста талантливых к себе в гробницу. Рабов таких тоже с руками отрывают.
Ну да, вроде что-то такое мне кто-то рассказывал. Или это я читал в отчётах Лиры. Так или иначе рабовладелец не врал. Таланты действительно существовали и были чем-то вроде… врождённого бафа. Так например почти все авантюристы имели наступательные виды талантов. Все высшие чины в армии тоже имели что-то подобное. В гражданской сфере все ведущие посты занимали люди с талантом.
Что уж там, был даже талант, который позволял ускорить время созревания урожая или просто банально ускорял изучение магии. Полезные штуки, благодаря которым человек или нелюдь мог продвинуться существенно дальше на пути, чем другие. Вроде как раз Энфри, алхимик Момонги, тоже имел талант.
Но денег у меня было не очень-то и много.
— Ладно, показывай своих талантливых.
— Сначала деньги покажи.
— Деньги есть, показывай давай, — рыкнул я, после чего работорговец примирительно поднял руки, окончательно поняв что лохов здесь нет.
Клетки стояли вдоль улицы, среди разнёсшихся трущоб, однако лучший товар хранился внутри. Там же находились уже клетки для групп рабов. Гадюшник был ещё тот, всё засрано, кормили рабов как скот из корыта, мыли просто обливанием водой. Некоторые явно были больны, но и цена за них была меньшей.
— Вот, эльфийка с третьим размером груди. Прямиком из Теократии. Её талант в том, что она своим ртом…
— Так, давай проясним. Я хочу купить того, кто принесёт мне прибыль. Рабыни для утех мне не нужны.
— Она может стать лучшей наложницей. Будете сдавать ей по часам или откроете бордель. Кроме того… — увидев мой взгляд работорговец прокашлялся и быстро сменил тему. — Ладно, понял. Как насчёт… этого?
— Что это?
— Это оборотень, он станет отличным… защитником вашего двора. Цепь в подарок.
— Дальше.
— Этот дед предсказывает погоду с точность в пятьдесят три процента.
— Дальше.
— Пловец. Его крайне тяжело утопить и плавает быстрее…
— Есть полезные таланты? — прямо спросил я, остановившись у очередной клетки.
— М-м-м… есть ещё справочник…
— Справочник?
— Да, он очень хорошо структурирует информацию. Вот, смотрите, — работорговец прошёл вперёд меня на три клетки и начал стучать по железным прутьям своей тростью. — ГЛУМ, ПРОСНИСЬ!!!
— Я не сплю! Я работаю! — огрызнулся раб, который казалось действительно спит.
— И как ты работаешь, если сидишь в клетке? — спросил я, оглядывая место обитания раба.
Так как Глум по всей видимости был более ценным товаром, то в его клетке было сухо, имелась постель и в целом он был неплохо так одет. Правда рабочего стола и инструментов у него не было.
— Он сам себя продал. Семье помочь хотел, — пояснил работорговец, ведь одежда раба была явно… своя, а не вот эти картофельные мешки, в которые одевали других рабов, как правило захваченных на войне.
— И сколько он стоит?
— Девять тысяч.
— Слушай, ты ничего не путаешь? Ты мне там про раба за шесть тысяч задвигал… готов поклясться, что речь шла о той эльфийке. И она у тебя самая дорогая. С чего бы это тут ты мне этого со справочником за девять решил впарить?
— Он образован, здоров, молод, кроме того служил мажордомом у важного аристократа. Он грамотен и обучен бухгалтерии, как и в целом идеально подходит на роль помощника дворянина. И вы, как я вижу, должно быть тот самый Вильгельм Де Ромар. Он вам пригодится, деньги у вас есть.
— Чем это он мне пригодится? — усмехнулся я, ведь ничего другого мне и не оставалось: у рабовладельца был нюх на выгоду и всё он говорил правильно.
— Я могу оптимизировать расходы казны, могу управлять вашими служанками, могу улучшить торговый климат вашей провинции. Не хочу хвастаться, но с цифрами я на ты и память у меня практически абсолютна. Характером я не доминантный, готов исполнить любой приказ. Верность моя не знает границ, как и отчётность каждого действия я виду на отдельной странице своего справочника, который позволяет мне…
— Так, я понял, процент с твоей продажи уйдёт твоей семье, — вздохнул я, глядя на Глума и пытаясь понять где мне врут, а где нет. — Ладно, давай так, если ты реально можешь быть мне полезен, то я помогу твоей семье дополнительно к твоей покупке. А если ты мне соврёшь… я убью тебя, а затем найдут твою семью и она ответит за каждую твою ложь. Как тебе такой расклад?
— Хорошо. Но в целом я нигде не соврал. Я хорошо обращаюсь с цифрами, кроме того умею красиво говорить.
— Для чего тебя использовал твой господин? Тот который аристократ?
— В основном я занимался общением с его торговыми партнёрами. Продавал всякое…
— Всякое?
— То что запрещено продавать, то в чём очень нуждается дворянство. Своего рода амброзия.
— Ты наркотой торговал?
— Не-е-ет, — протянул Глум, после чего тут прокашлялся, вспомнив о раскладе. — Кхм… ладно, да, продавал. Но ни разу не был пойман, всегда мог найти общий язык со стражей.
— Он вам точно пригодится, — снова встрял работорговец, оскалившись своими золотыми цыганскими зубами. — А со своим справочником и структурой информации… он действительно справится и с казной, и с торговлей, и менеджментом персонала. Хотя использовать его будет лучше для чего-то одного.
— Ну… в теории как бы да, но его ещё обучать надо будет. И окупаться он будет долго… не знаю, давай… за две тысячи.
— Какие две тысячи, брат? — возмутился работорговец, в котором теперь не только цыганские нотки проскакивали, но и еврейские, и ещё какие-то из-за которых он уже побратался со мной. — Да он тебе за год сто тысяч принесёт.
— Сто тысяч чего?
— Денег.
— Сто тысяч денег… просто превосходного, — вздохнул я, глядя на Глума. — Ладно, две с половиной.
— Я его семьи столько должен.
— Ну тогда три. Разницу себе оставишь.
— Ещё косарь за крышу.
— Хорошо, четыре…
— Пять сотен на взятки.
— Угу…
— И ещё полторы на налоги… А ещё у меня сорок голодных детей дома ждут. Понимаешь, тяжело нам, предпринимателям, работать.
В конечном итоге разули меня по полной, забрав даже рубаху. Вернее, кольчугу, но не суть. Но зато я купил Глума, который обещал отбить свою стоимость в течение года или даже быстрее.
Глава 31
— Деньги делают деньги, понимаешь? — сидя рядом со мной в повозке, повторял Глум.
— Господи… кого я купил? Зачем я во всё это поверил?
— МММ.
— Что?
— Пирамиды.
— Откуда ты знаешь про МММ?
Этот вопрос так и останется для меня загадкой до конца моей жизни. Но гениальными идеями Глум был действительно полон, как и имел целый список планов, которые он хотел осуществить ещё при жизни своего господина. Но революция порешала большинство дворян, власть сменилась, а сам Глум остался без работы и в конечном итоге жизненная ситуация вынудила его быстро искать деньги… и он продал себя в рабство. Хотя за такие деньги… в эквиваленте одна серебряная монета была где-то в районе двадцати евро-рублей. А на один евро-рубль можно купить одну баночку популярной во всём мире добро-колы.
В любом случае, деньги эти легко пришли ко мне и легко ушли. Как и часть снаряжения, которое судя по всему в конечном итоге окажется у Демиурга на столе. Тот меч, которым сражался Гигант Востока, был реально мощным. Мне он не подходил, но на рынке за него торги начались. Так что удалось купить и Глума, и пару десятков рабов, и алхимическое барахло для Лиры. Ну и ещё осталось даже, с учётом продажи другого барахла.
