– А что нам-то делать? – спросил Александров.
– У нас есть несколько вариантов действий. То, что "Пантере" удалось скрытно сесть на хвост "Риковеру", дает нам некоторое преимущество. И теперь нам пора воспользоваться им, чтобы исправить положение.
Валерьян остановился, задумчиво погладил подбородок, затем снова заговорил:
– Насколько я помню, командир "Пантеры" всегда считался искусным тактиком, а его замполит Борис Добрынин – хитрая лиса. Думаю, вместе они смогут урезонить американцев.
– И каким образом они это сделают? Торпедным залпом? – спросил старший лейтенант.
– Вижу, вы никогда не служили на подлодках, товарищ старший лейтенант, – с хитрой усмешкой заметил адмирал. – "Холодная" война научила нас по-разному избавляться от чрезмерно любознательных друзей в море. Один из моих любимых – гидроакустический удар. Наконец, зарвавшегося наглеца всегда можно легонько боднуть или клюнуть. Просто удивительно, сколько неприятностей может причинить "Пантера" ничего не подозревающему американскому кораблю! "Риковер" очень скоро поковыляет на свою базу, но самое смешное – они никогда не узнают, кто их обидчик!
* * *
Забыв об опасностях, таившихся в морских глубинах, обитатели комплекса "Мир" с легкомысленной наивностью продолжали свои повседневные дела. Для пятерых акванавтов весь огромный мир сжался до размеров их подводного городка. Они и думать забыли о возможных враждебных происках внешнего мира. Дух наивности с особой очевидностью витал на камбузе "Звезды", где Лайза Тэннер с характерной для нее изобретательностью обдумывала предстоящий ужин. В честь осеннего равноденствия она решила приготовить нечто особенное, устроить своим друзьям настоящий праздник. У нее на родине, в Новой Зеландии, это событие было принято отмечать свежей дичью или рыбными блюдами. Так как на комплексе трудно было похвастаться изобилием продовольствия, ей пришлось дать волю фантазии. Лайза остановила свой выбор на жарком из филе оранжевого тунца, специально припасенного ею для особого случая, консервированных устрицах и запеканке из риса со спаржей и клюквенным соусом – любимом мамином блюде. Традиционный мясной пирог заменят пирожные из тыквы, которые хорошо пойдут с чаем.
Во второй половине дня с ней неотлучно находился только Альдж. Остальные обитатели комплекса были заняты делами за пределами главного корпуса. Даже Дядя Альберт покинул ее, отлучившись со своего обычного поста у иллюминатора камбуза. Лайза не сомневалась, что барракуда вернется к ужину, поэтому спокойно занялась приготовлением пищи. Она обваляла в кукурузной муке размороженные кусочки рыбного филе, затем занялась горшочками.
Она почувствовала головную боль, когда готовила рисовый пудинг. Сначала заломило в висках, но скоро уже вся голова разламывалась от боли. Ей стало дурно, и она решила выпить пару таблеток тиленола, который хранился в ванной комнате. Выйдя из камбуза, она заметила маленький зеленый комок на полу у обеденного стола. Из-за сильной головной боли она не сразу сообразила, что это, но как только склонилась над ним, все поняла.
– Боже мой, Альдж!
После этих слов тяжело дышавший попугай широко открыл глаза, мелко задрожал и через несколько секунд испустил дух. Лайза инстинктивно продолжала поглаживать тельце птицы, будто своей лаской хотела вернуть ее к жизни. Но вдруг ее осенило. Ведь Альдж был на "Звезде" не ради компании, он тоже являлся участником эксперимента! Она и сама вдруг начала задыхаться. Но теперь ей стало понятно, что погубило попугая. Что-то случилось с воздухом!
Каждый второй день комендант Ланклю устраивал для акванавтов неожиданные тренажи. То он вдруг объявлял о пожаре, то об отказе системы жизнеобеспечения. Француз очень серьезно относился к этим тренировкам сам и требовал не менее серьезного отношения к ним своих товарищей. Такие тренировки повторялись многократно и действия акванавтов отрабатывались до автоматизма.
Тренажи не пропали даром, и, несмотря на ужасную боль, сковывавшую движения, Лайзе удалось добраться до тамбура. Задыхаясь, она сняла с полки акваланг и, взяв загубник в рот, открыла кран редуктора. Она мгновенно почувствовала облегчение. Дыхание восстановилось, даже головная боль улеглась.
Вновь обретя ясность мысли, девушка надела гидрокостюм, застегнула ремни акваланга и ушла под воду.
Четверых акванавтов она нашла за работой у рыбных контейнеров. Лайза взяла у Петровой белую пластмассовую дощечку и фломастером с водоустойчивыми чернилами написала: "Отказала воздушная система!!! Альдж мертв!!!"
Это страшное известие вызвало немедленную реакцию. Француз первый двинулся к первому блоку. Воздушные баллоны стояли на месте, и они вошли внутрь, чтобы проверить компрессор. Тот оказался совершенно исправным, а это могло означать только одно: все дело в самой воздушной смеси!
Карл-Ивар и Томо вернулись в хранилище, чтобы на месте решить, что можно предпринять для исправления катастрофического положения. Ланклю же схватил дощечку и быстро написал:
"Соберите все запасные баллоны для аквалангов. Возвращаюсь на "Звезду", подать сигнал SOS".
Лайза в знак понимания подняла большой палец вверх и озабоченным взглядом проводила француза.
* * *
Томас Мур был приятно удивлен тем, с какой легкостью им удалось обнаружить под водой кабели. Они нашли их с помощью активного гидролокатора на глубине в двести пятьдесят футов прямо под "Академиком Петровским". С помощью видеокамеры, установленной на носу "Авалона", они засняли находку на пленку и двинулись вдоль кабелей в черное глубоководье.
На четырехстах двадцати семи футах "Авалон" вдруг остановился, и Нед Барнс высказал предположение, что они наткнулись на термоклин. Заработали водяные помпы, добирая балласт, и ГСА продолжил погружение. Когда стрелка указателя глубины перевалила за пятьсот футов, система звукоподводной связи взорвалась шумом статических помех, затем послышался твердый мужской голос:
– "Альфа-Омега-Браво", я "Дельта-Зулу-Фокстрот". Как меня слышите? Прием.
Барнс поправил микрофон и ответил:
– "Дельта-Зулу-Фокстрот", я – "Альфа-Омега-Браво". Слышу вас громко и отчетливо. Чем могу помочь?
– "Альфа-Омега-Браво", немедленно прервите текущую операцию и следуйте в точку с координатами 3501. Мы только что получили сообщение об аварии на комплексе "Мир", срочно требуется ваше вмешательство.
– "Дельта-Зулу-Фокстрот", вас понял. Сообщите им, что кавалерия уже спешит на помощь.
– Нет худа без добра, – добавил Барнс, отодвинув микрофон. – Ребятам повезло, что мы вышли на охоту.
Он резко потянул ручку управления на себя. "Авалон" прекратил погружение и стал задирать нос.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
