Руди Джулиани, лидер опросов зимой-весной 2007 года, не имеет опыта на поле внешней политики. Его сильнейшая сторона — управление в кризисных ситуациях и борьба с нарушителями порядка: до управления Нью-Йорком (1993–2001) Джулиани занимал должность генерального прокурора в Южном округе города и прославился как победитель нью-йоркской мафии, наркоторговли, организованной преступности, коррупции и корпоративных преступлений. Из 4152 обвинений, вынесенных им, только 25 были отменены — рекорд в судебной практике США. Уникальные способности Джулиани в системе правопорядка несколько настораживают: такого президента хорошо иметь в кризисное время, но как бы он не начал создавать кризисы для того лишь, чтобы продемонстрировать свои силовые таланты (хотя многие американцы согласятся, что страна в глубоком кризисе). Консервативные американцы также не приемлют его социальный либерализм: толерантное отношение к абортам — лакмусовой бумажке ценностей консерваторов, несогласие с законом о ношении оружия и его нестабильную (три брака) личную жизнь.
Хиллари Клинтон — прима американской политики, а также человек, вызывающий самые острые разногласия в оценках — «поляризующая», говорят о ней. Сенатор Клинтон, бывшая самой активной первой леди и рядом с супругом участвовавшая в разработке государственной политики (неудачно, особенно в отношении системы медицинского страхования), обладает богатейшим послужным списком и добротной репутацией. Либералы ее любят всей душой; консерваторы ее от души ненавидят, и ничто не заставит их принять госпожу Клинтон в качестве главнокомандующего. Искушенный и тонкий политик, она, тем не менее, не обладает уникальной способностью покорять массы людей, какой обладал Билл Клинтон, один из самых любимых президентов США. Складывается впечатление, верное или ошибочное, что она не любит людей, а в Америке, лишенной иерархических структур вплоть до панибратства, избиратели такого не прощают.
Сорокапятилетний афроамериканец, сенатор Барак Обама, самое новое и успешное лицо на американской политической сцене, в опросах общественного мнения отстает от опытной Хиллари Клинтон лишь на пару процентов. Более того, опросы показывают, что в схватке с главным претендентом от республиканцев Руди Джулиани Обама имеет более высокие шансы выиграть выборы, чем Клинтон. Все говорит в пользу молодого сенатора — его харизма, его «неиспорченность» вашингтонской политикой, возможность стать первым чернокожим президентом Америки в доказательство высшей победы прав человека, которую хотело бы продемонстрировать и белое население США. Только молодость и отсутствие опыта выступают против сенатора Обамы — сенатором он пробыл лишь два года. Член высшей палаты законодательного собрания штата Иллинойс, никому не известный Барак Обама в 2004 году выступил с речью на Национальном съезде Демократической партии и к концу своего выступления стал всеобщим любимцем и знаменитостью. В ноябре того же года он был избран в сенат с почти советским единодушием в 70 % голосов.
Американская предвыборная кампания непредсказуема — за 18 месяцев до выборов может произойти что угодно. Демократ Альберт Гор, уступивший Джорджу Бушу в острой схватке в 2000 году и за последние годы ставший лидером борьбы против глобального потепления, весьма заботящего американцев, еще не объявил о своем решении баллотироваться, но уже набирает около 15 % голосов. Со стороны республиканцев по-прежнему ожидается появление новых кандидатов, которые смогли бы представить правых консерваторов; еще одним кандидатом от Республиканской партии может стать Ньют Гингрич, спикер палаты представителей в 1995–1999 годах, набирающий около 10 % голосов без вынесения своей кандидатуры.
В действительности, с точки зрения России, вопрос о том, кто станет президентом, не имеет принципиальной важности. Демократ или республиканец, он (или она) будут продвигать национальные интересы и ценности убежденно и эффективно, в полном согласии с американской традицией, постоянство и преемственность которой снижают ее зависимость от личностей. Прав министр иностранных дел Сергей Лавров, когда говорит, что «в отношениях с США мы должны опираться не на оценку тех или иных персоналий, которые в данный момент оказались у уха президента и определяют политику, а на значение нашего партнерства в глобальной перспективе».
России лучше сконцентрироваться на том, что зависит от нее.
Заключение
ЧТО МОЖЕТ СДЕЛАТЬ РОССИЯ
А зависит от самой России многое. Прежде всего страна должна сформулировать российское кредо, понятное и привлекательное для других наций — и СНГ, и Запада, и Востока, и Юга. Российское кредо утвердит духовное единство народа, станет базой для суверенитета России, задаст стратегическое направление развития нации. На внешнеполитической арене российское кредо сможет внятно позиционировать страну, заполнив существующий идейный вакуум, создаст понимание российских действий за рубежом и увеличит доверие к стране.
Российское кредо обязательно должно основываться на онтологических ценностях нации и включать несколько составляющих: моральные и нравственные ориентиры, политические принципы и экономические позиции. Сочетание этих трех групп элементов обеспечит полноту национального мировоззрения, устойчивость конструкции и позволит примкнуть к ней наиболее широким кругам. Разработка его обязательно должна происходить при участии народа: люди искренне разделят идею только в том случае, если она была выношена ими, а не навязана сверху. Российская национальная идея должна уделить достойное внимание и азиатской части страны: ведь зауральская часть России играет важнейшую геостратегическую роль связующего звена между Европой и Азией, заключая в себе огромный резерв духовной силы России.
Наконец, важнейшее требование при формулировании российской национальной идеи состоит в том, чтобы она определяла народ не как инструмент достижения величия государства, а как творца этого величия, пользующегося его плодами. Российское и советское государство в своей истории неоднократно добивалось величайших свершений, но делалось это за счет народа, в ущерб ему, ценой миллионов людских жизней — от возведения Санкт-Петербурга до победы в Великой Отечественной войне, в которой советский народ победил не благодаря действиям своего лидера, а вопреки им.
Моральные и нравственные принципы новой России, с тех пор как канул в Лету «моральный кодекс строителя коммунизма», так и не получили какой-либо внятной формулировки. Православные идеалы лишь частично исполняют эту роль, так что общая система нравственных ориентиров должна получить более четкую формулировку, которая давала бы ответы на вопросы, примеры, образцы, интегрируя ценности других религий.
Политические ценности российского кредо должны основываться на идеалах демократии. Российская адаптация демократии должна исходить из традиционного российского понимания свободы и справедливости в общественных отношениях. Помимо утверждения демократических институтов и процедур она должна помочь людям в самом главном — в обретении собственного достоинства, того уважения к себе, что является первичным источником демократии.
Экономические элементы национальной идеи должны использовать все имеющиеся у страны конкурентные преимущества. «Энергетическая сверхдержава» — лишь одна из ее экономических составляющих. Другая важнейшая экономическая составляющая — человеческий потенциал. Это «серое вещество» превосходит по ценности любое черное золото. Фундаментальные и прикладные исследования, высоко-технологические производства составят базис устойчивого развития страны, которое, в свою очередь, станет фактором политического могущества в мире.
Российское кредо поможет излечить слишком чувствительное и уязвимое национальное эго. Сверхчувствительность к критике, эмоциональность и автоматизм реакций на американские оценки в России удручают. Непроизвольно или намеренно, российские средства массовой информации с пристрастием выискивают все дурное, сказанное о России кем бы то ни было. Выискивают и передают — на первых страницах газет и в заголовках новостных программ. Так, недавно российские СМИ муссировали новость о внесении законопроекта об учреждении воинской награды за участие в холодной войне с СССР в палаты конгресса. Это предложение кандидата в президенты Хиллари Клинтон могло сыграть какую-то роль в рамках предвыборной кампании, но его не заметили в Америке ни одно издание, ни один телеканал. Следовательно, и обращать на него публичное внимание незачем — оно того не заслуживает.
Пока российская публика с мазохистским наслаждением заходится в праведном гневе, никто в Америке и духом не ведает ни о собственных «враждебных» высказываниях, ни о возмущенных реакциях на них. Российские журналисты либо должны сами понять и объяснить аудитории, что критика — это основная гражданская деятельность в Америке, либо перестать выдергивать из контекста и раздувать мелкие критические замечания американцев о России. Игра на болевых точках национального эго и на провоцировании враждебности к кому бы то ни было приносит национальному сознанию один только вред.
