Читаем без скачивания Семья на заказ - Нора Робертс

– Это точно. Где бы он ни был и что бы ни придумал, этим вечером мы его не найдем и не остановим.

– Значит, вы сделаете это завтра. Или все Управление полиции и безопасности города Нью-Йорка ошиблось в вас обоих? – Она взяла их за руки. – Мы привезли из Ирландии подарки и страсть как хотим их вам вручить.

– Что ж, – сделать уже ничего было нельзя, хотя это бессилие застревало у нее в горле, жгло грудь.

Уходя, она выключила монитор с данными расследования и закрыла дверь кабинета.

Джо пришел в себя не так быстро, как предполагал Рейнхолд. Он нанес старому другу удар от души – сильнее, чем следовало бы, не справившись с приступом ярости.

Вообще-то он предпочел бы, чтобы Джо бодрствовал, когда дроид перетаскивал его в кресло.

Дроид уже застелил кресло пластиком из рулона. Кресло было шикарное, кожаное, богатого шоколадного цвета, не хотелось его пачкать.

Главное, у кресла менялся наклон спинки – Рейнхолд считал это своей гениальной находкой. Можно было обрабатывать Джо сидячего, лежачего. Выбор позиций манил множеством вариантов.

Он прозвал этот станок «Креслом-убийцей» и решил, что каждый, кого он заманит в свой дом, милый дом, отведает этого креслица.

Ему не терпелось начать, как только Джо будет надежно обмотан веревкой и клейкой лентой, но он не сообразил, что понадобятся дополнительные капсулы чудодейственного средства для пробуждения. Сначала он думал послать за ними дроида, но дроид был нужен, чтобы приготовить ему ужин, после чего его планировалось отключить. Так он сможет поесть, а потом без помех приступить к работе.

Он сожрал двойной говяжий бургер с жареной картошечкой – вкуснятина! – и решил, что никогда еще не пробовал такого деликатеса. За едой он смотрел в качестве учебного пособия видео о пользовании ножом. Когда началось самое интересное, он как раз приступил к шоколадному мороженому. Но тут его гость издал стон.

С десертом можно подождать. Ему очень хотелось начать задуманное.

Он не заклеил Джо рот, потому что сам проверял звукоизоляцию своей квартиры, врубив на полную мощность музыку и выйдя в вестибюль – и не услышав ни звука.

Он запустил зубодробительный рок, но не очень громко. Им с Джо предстоял разговор.

Джо продолжал стонать, приоткрыв остекленевшие глаза. Струйка крови из левого уха успела засохнуть. Кровь в волосах запеклась, немного испачкав пластиковое покрытие кресла.

– Хватит дрыхнуть, говнюк! – Рейнхолд сопроводил крик двумя пощечинами, от которых голова Джо дернулась сначала вправо, потом влево. Непонимающе повращав глазами, он наконец уставился на Рейнхолда.

– Джерри? Что происходит, Джерри? Боже, голова! Как болит голова.

– Хочешь болеутоляющего?

– Не хочу. Не могу шевельнуть рукой, не могу… – До него медленно доходило его положение, и понимание сопровождалось ужасом. – Что ты делаешь, Джерри? Где я?

– В моей новой квартире. Как она тебе? Высший класс! Полюбуйся! – Он грубо крутанул кресло и остановил его, когда Джо оказался лицом к стене из стекла.

– Отпусти меня, Джерри. Подурил, и будет. Мне больно!

– Думаешь, это боль? – Сильно взбудораженный – даже сильнее, чем в прошлые разы, – Джерри схватился за ручки кресла и жадно уставился на перекошенное страхом лицо друга. – Мы еще не начинали.

– Брось, Джерри, это же я, Джо! Мы друзья!

– ДРУЗЬЯ? – Наклонившись, Рейнход схватил кусок шланга и хлестнул Джо по груди, как бичом, заставив его тонко взвизгнуть. – Друзья, говоришь?

Новый удар шлангом, исторгнувший из груди Джо хриплый вопль.

– А были мы друзьями, когда ты подначивал меня таскать у Шумахера сладости? Ты заставлял меня воровать, гадина!

– Прости! Прости! Мы были детьми!

– А помнишь, как ты подсказывал мне неправильные ответы на экзамене по истории, чтобы я провалился? А как трахнул Эйприл Гарднер, хотя знал, что на нее заглядывался я?

Он наносил удар за ударом, с каждым разом все больше свирепея и наслаждаясь криками Джо, мольбами о прощении и пощаде.

Умаявшись, он прервал избиение, чтобы отдышаться. Джо ерзал и обливался слезами. Он уже обмочился – еще одна причина для удовольствия.

– Прошу тебя, прошу, прошу!

– Пошел ты, Джо, понял? Ты смеялся надо мной все лето, когда мне пришлось повторять «компьютерные технологии», только и делал, что тыкал меня в это носом. Как потом после Вегаса и после Лори, когда она меня выгнала.

– Я не хотел! – выкрикнул Джо, захлебнувшись слезами. – Я просто дурачился.

– Вот и я дурачусь. – Новый удар шлангом пришелся по мошонке, и звук, изданный Джо, был для Рейнхолда как музыка.

Отбросив шланг, он отправился за пивом. И за дубинкой.

Мертвенно-бледный, даже зеленый, с прокушенной до крови губой, Джо уставился на дубинку. Его отбитая грудная клетка судорожно вздымалась.

– Не надо, пожалуйста. Я тебя выгораживал, Джерри. Тебя уже обложили копы, один я был на твоей стороне. Мэл и Дейв все выкладывают этой стерве из полиции и трясутся под крылышком у своих мамочек. А я за тебя, Джерри. Хоть кого спроси. Пожалуйста!

– Неужели? – проговорил Рейнхолд, постукивая дубинкой по ладони.

– Богом клянусь! Можешь сам посмотреть, возьми мой коммуникатор. Она все время мне названивает, эта Даллас, а я даже не отвечаю. Потому что я на твоей стороне.

Изображая интерес, Рейнхолд взял коммуникатор Джо с полки, куда сам его положил, и проверил содержимое.

– Какая активность! Болтовня с Мэлом, Дейвом, вызовы от копов. Кто такая Марджори Мэнсфилд? Новая шлюха?

– Нет, репортер. Хочет написать репортаж про тебя, про все, что происходит. Вот и вышла на меня.

– Вот оно как! – Рейнхолд широко улыбнулся. – Что же ты ей сказал?

– Ничего! Я бы никогда тебя не заложил, никогда! – Говоря, он трясся от боли и страха. – Я сказал ей, что ты не виноват, что никого не убивал. Тебя подставили – вот что я ей сказал.

Рейнхолд взмахнул дубинкой и испытал наслаждение от хруста костей и зубов.

– Ответ неверный. – И он размахнулся снова.

Полностью противореча своему обычному подходу к этой теме, Ева благословила разницу во времени, принудившую большую часть ирландского контингента отправиться на боковую в разумный, пусть и не ранний, час. Первыми сдались дети и младенцы; некоторых родителям пришлось уносить спящими на плече или на руках. За ними понемногу потянулись остальные, хотя она подозревала, что дети постарше баррикадируются в игровой комнате.

В ту минуту, когда это показалось ей возможным, она ринулась наверх, к себе в кабинет.

Не сказать, что ей пришлась по вкусу долгая шумная трапеза и ее участники. Семейство Рорка было таким симпатичным, таким забавным, так умело веселиться, что считать это время потерянным попросту непорядочно.

Но все же Еве не терпелось засесть за свой компьютер и проверить, нет ли чего нового. Обнаружилось много свежих сообщений, но почти ничего весомого или позволяющего взглянуть на ситуацию под новым углом. Правда, изучая присланные Пибоди поправки к своей карте, она про себя нахваливала напарницу.

Она так увлеклась, что вздрогнула при появлении Рорка.

– За этот вечер я перед тобой в неоплатном долгу, – начал он.

– Перестань. Визиты родни учтены в правилах нашего брака, а главное, они мне нравятся. И потом, благодаря им всем у меня, может быть, отдохнули мозговые клетки. Посмотрим, будет ли от этого толк.

– Все равно спасибо. – Он подошел и чмокнул ее в макушку. – Я еще повожусь в лаборатории, вдруг снизойдет озарение.

– Сообщай мне о любом, даже самом плюгавом озарении.

– Обязательно. Завтра я тоже постараюсь уделить время этой работе. Гляди-ка, – он уже собрался уходить, но карта на экране заставила его помедлить. – Ты кое-что изменила.

– Не я, а Пибоди. Надо проверить, но, сдается мне, она хуже не сделает.

Он, склонив голову набок, подступил к самому экрану.

– Как я погляжу, некоторые из этих жилых комплексов – моя собственность.

– Чья же еще? – Она обреченно вздохнула. – Глупые мозговые клетки! Надо было сразу попросить тебя связаться с менеджерами, у которых есть списки жильцов.

– Это можно, но потребует времени. Праздник, моя милая. Офисы уже закрыты и завтра не откроются. Некоторые менеджеры укатили за город, поэтому до них будет нелегко достучаться. Я могу и сам, только назови мне имя, иначе я не знаю, о ком спрашивать.

– О новом жильце. Первое убийство не планировалось. Он не мог приступить к поискам жилья, тем более такого, раньше пятницы. Возможно, он начал поиски даже позже этого. Примем за точку отсчета пятницу. Новый жилец, одинокий мужчина. Так годится?

– Более-менее. Я пошел. Только мне нужна в лаборатории улучшенная карта, чтобы одновременно можно было запустить другую программу. Не знаю, сколько всего у меня собственности в этом околотке, но я легко могу узнать. Не вся собственность там моя, но я могу попробовать запросить по тем же критериям списки жильцов и в чужих комплексах.