— А вы уверены, что директор вернется?
— Я уже ни в чем не уверена. Но думаю, что если бандиты решили заработать денег и требовали их у меня, то точно так же они могли требовать их у Галины. Не напрасно же она продала свою квартиру так спешно. Наверняка хотела с ними рассчитаться…
— А вам не кажутся странными ее действия? Ведь Галина Семеновна прекрасно знала, у кого она брала деньги, и могла связаться с нами напрямую, — возразил ей Вадим Петрович.
— Я думаю, ее шантажировали, ей угрожали, да мало ли как можно повлиять на человека. — Марина пыталась отстаивать свою точку зрения. — Она ведь сама мне говорила о давлении на нее и требовании отступного. Разумеется, она знала, что вы ни в коем случае поступать так не будете, и искала тех, кто неоднократно пытался ее заставить уйти из рекламного бизнеса. — Марина все еще пыталась оправдать Галину.
— И что, ее попытки увенчались успехом? Я имею в виду поиски вымогателей и шантажистов. Уж не знаю, как их назвать, — ехидно заметил Питченков.
— Представьте себе, увенчались. И я даже знаю, кто стоит за теми негодяями, с которыми столь профессионально справились ваши ребята, — уверенно заявила Марина.
— Тогда, может, вы назовете мне имя, а я постараюсь объяснить человеку его место? — предложил свои услуги Вадим Петрович.
— Нет! — Марина испугалась. Она не хотела никого вмешивать, собираясь сама разобраться с Сергеем. Да и стыдно ей было за мужа, разве могла она предположить, что он когда-нибудь опустится до такого. — Я пока сама попытаюсь… своими силами.
— Что ж, не буду настаивать и разубеждать вас. Время все расставит по местам, — согласился Вадим Петрович. — А сейчас я должен с вами попрощаться. Но ненадолго. В ближайшее время мы встретимся с вами вновь…
— Буду рада встрече, — искренне сказала Марина. Питченков производил самое приятное впечатление. И если бы ее сердце было свободно, то, возможно, она даже более внимательно пригляделась бы к нему как к мужчине, но на данный момент ей и так хватало проблем с сильным полом. Куда уж, третьего она никак не потянет.
Когда Вадим Петрович покидал пустой офис, Марина остановила его:
— Да, но что мне делать? Я уволена? — задала она вопрос, который волновал ее на протяжении всей беседы.
— Почему вы так решили? Работайте как работали. А о дальнейших наших планах я сообщу вам немного позже, — улыбнулся на прощание Вадим Петрович.
Легко сказать работайте, когда над твоей шеей навис топор, и неизвестно, в какой момент он упадет. Она понимала, что шансов остаться здесь — пятьдесят на пятьдесят. И повлиять на решения нового руководства Марина ни в какой степени не может. Если они наблюдали за ней, как сказал Питченков, то вполне могли сделать соответствующие выводы и до их сегодняшнего разговора. Теперь понятно, почему он узнал Марину в ресторане. Она не удивится, если они и справки о ней навели. Кто, откуда, где живет, с кем жила. Узнают, что замужем, но живет отдельно. И посчитают ее поступок инфантильным и необдуманным. Они же мужчины, откуда им знать, что чувствует и думает женщина? С их колокольни ее уход от мужа расценивается как глупость, а не как попытка доказать свою самостоятельность, свое право на жизнь, в конце концов.
Марина тяжело вздохнула. Ей очень не хотелось уходить из рекламного агентства, а еще больше не хотелось расставаться с коллективом, где ей дали снова ощутить себя личностью.
ГЛАВА 19
В компьютере высветилось сообщение:
— Проверка связи? — Муж интересовался, не ушла ли еще Марина домой.
Она посмотрела на часы. Девять вечера. А не слишком ли поздно он проверяет связь, да и сам-то чего домой не идет? Хотя об этом легко спросить.
— Я еще на работе, — написала Марина.
— О! Я тоже вот засиделся. Мои подопечные давно разошлись.
— Чего домой не идешь?
— Никто не ждет, — отрезал Сергей.
— А почему? — Вот сейчас он и расскажет ей правду о своей жизни. Что, дорогой, наконец-то решил признаться, что тебя бросила жена? Интересно, как ты преподнесешь сей грустный факт? Марина замерла.
— Потому что оказался никому не нужным. Знакомиться с девочкой на один вечер уже как-то несолидно, да и неинтересно. А заводить серьезные отношения пока не решаюсь…
— А почему никому не нужен?
— Сложно сказать. Думаю, человек меня просто не оценил по достоинству. Знаешь, как в пословице: «Что имеем, не храним, потерявши — плачем».
— Но ты же говорил, что женат? — не удержалась от язвительного замечания Марина.
— Я и сейчас женат. Пока… — двусмысленно ответил он.
Что значит «пока»? Он что, подумывает о разводе или пытается разжалобить и заинтересовать собеседницу Машу? Вот, мол, посмотри, я скоро буду свободен, не провести ли нам вместе вечерок, а лучше два, если ты окажешься смазливой и неглупой девушкой. Зачем условности, о которых мы договорились вначале, теперь ничто не может остановить нас, преграда устранена. Да в принципе жена, по большому счету, и не являлась преградой. Вот, муженек, вот и ты запел песенку большинства мужчин. Как неприятно мне слышать это «пока».
— Так тебя бросила жена? — в лоб спросила Маша-Марина.
— Бросила? Ну, не будем кидаться такими словами. Я бы сказал — просто ушла… — Сергей пытался смягчить горькую правду. — Но уверен, что она сейчас несказанно жалеет о своем поступке и готова просить прощения.
— Хочешь сказать, что та, которая тебя оставила, сейчас кусает локти и жаждет к тебе вернуться? — спросила Марина, чтобы окончательно убедиться — мужа поняла правильно.
— Что-то вроде того… — тут же пришел ответ.
Марина как раз отпивала холодный кофе из чашки — и даже поперхнулась. Какая наглость! Какая самоуверенность! Впрочем, он всегда считал себя очень умным, очень красивым, очень-очень… Но как можно так нагло врать! С чего это он взял, что сейчас она заливается слезами и жалеет, что ушла от него? Впрочем, а ведь плачет же… Нет, плакала, поправила себя Марина. И неизвестно, позови он ее теперь обратно, пошла бы она. Совсем не уверена! Особенно после столь высокомерных заявлений. Да-а, вот бы сейчас открыться и сказать Сергею, с кем он общается на самом деле. И посмотреть, как у него отвалится челюсть. Но еще рано. Не пришло время…
