Конечно, он догадывался, что рано или поздно ему предложат контракт, но не думал, что это случится так скоро.
– Эту метку передавали в моей семье из поколения в поколение, – задумчиво обронил лорд Леверин, почесывая пальцами рыжую бородку. – В какой-то момент и относится к ней стали, как к занятной безделушке.
– Эта безделушка обрекает человека на смерть, – мрачно ответил Эйден, беря монету в руки. Серебро тут же обожгло ладонь холодком. Метка была настоящей.
– Не человека, а животное, – поморщился лорд Леверин. Он нервно постучал пальцами по столу и снова вздохнул, пытаясь подобрать подходящие слова. – Император на последнем приеме был необычайно щедр на подарки. На подарки, которыми он, увы, не владеет и не имеет права распоряжаться.
– Ближе к делу, милорд, – вздохнул Эйден. – Меня ждет дорога и другие дела.
– Вы не можете отказаться от контракта, – вспылил мужчина, однако стушевался, наткнувшись на ледяной взгляд Белой маски.
– Я чту принесенную клятву, – от металла в голосе Эйдена лорд Леверин вздрогнул.
– Прошу извинить мою вспыльчивость. Речь об очень дорогом для меня человеке. Моя дочь… Она только расцвела. Как нежный, прекрасный цветок, а её пообещали этому… этому… борову! Я планировал заключить союз с лордом Шейердом, одним из семи лордов Эмпеи, а прием императора перечеркнул все мои планы. Я знаю, что Белым маскам по силам убить любого, милорд…
– Эйден. И я не милорд.
– Чувство такта так просто не изгонишь, милорд Эйден. Я знаю, что вам по силам убить любого, а от смерти этого зверя выиграют все.
– О ком речь? – спросил Эйден, рассматривая метку Тоса. Для простых жителей империи эта серебряная монетка стоила целое состояние.
– Барон Одит, – тихо сказал лорд Леверин. – Его владения начинаются за лесом.
– Контракт заключен, – кивнул мужчина, убирая метку в нагрудный карман. – Барон будет убит в течение восьми дней. Такова воля Владыки.
– Благодарю, милорд. Принимаются ли особые пожелания?
– Если у вас есть еще одна метка.
– Я буду безмерно счастлив, если перед смертью вы скажете этой свинье, кто обрек его на смерть. Моя благодарность будет безграничной, – ответил он.
– Думаю, небольшую скидку сделать можно, – паскудно улыбнулся Эйден, внимательно смотря на эмпейского лорда. – Есть ли что-то, что я должен знать?
– Эта свинья… Простите, простите. Барон редко покидает фамильный замок. Рабов для утех ему привозят раз в полнолуние, еда и питье прибывает каждодневно. Насколько я знаю, он питает страсть к театральным представлениям.
– Охрана? – коротко спросил Эйден.
– Барон не пользуется особой любовью, – чуть подумав, ответил лорд Леверин. – В последнее время его повсюду сопровождает один или два каграда. Бронзовые сабли, милорд, если вам это о чем-то говорит.
– Говорит, – кивнул мужчина. Он откинулся на стуле и взял в руки кружку с водой. Сделал глоток и задумчиво прищурился, вспоминая карту Эренвальда, заученную на занятиях у Эогена Лурье. – В трех днях пути от замка барона есть деревенька. Островилье. Там находится трактир «Гусье гузно». Вы или ваш слуга будете ожидать меня там…
– Прошу меня извинить, милорд, – лукаво улыбнулся лорд Леверин. – Но я всецело доверяю слугам Тоса. Как только барон умрет, весть об этом долетит и до гор Эмпеи, уж поверьте. Мне будет достаточно, если вы оставите отличительный знак.
– Как вам будет угодно, – ответил Эйден. Лорд поднялся со стула и, коротко поклонившись, отправился к выходу.
Упавший на плечи контракт не расстроил Эйдена. Ему все равно нужно было пересечь лес, чтобы найти Эрика и лагерь циркачей, да и задержка будет минимальной. Конечно, можно вернуться в Ларах, найти поверенного Белых масок и запросить у него чертежи замка барона Одита. Но это лишняя трата времени. Вздохнув, Эйден повернулся к стоящему у эркера Миклофу и поднял руку, подзывая мальчишку к себе.
– Подготовь коня и скажи отцу, что комната не нужна.
– Да, господин, – кивнул Миклоф и умчался выполнять приказания. Эйден задумчиво поковырял ложкой в остывшей бобовой каше, отодвинул тарелку в сторону и встал из-за стола. Контракт получен и нет смысла откладывать его исполнение. Барон должен умереть. И чем быстрее, тем лучше.
Через лес пришлось ехать всю ночь и часть утра. К счастью дорога была широкой и удобной. Видно, что трактом часто пользовались, но за ночь Эйден встретил только одного всадника. Он промчался мимо на бешеной скорости и скрылся во тьме. То ли гонец, то ли обычный человек, спешащий домой к теплому очагу и горячему женскому боку. Путник не заметил стоящего в кустах черного коня и черного всадника. Наставники давно вбили мудрую мысль в головы далтэ, что лишнее внимание никогда не стоит привлекать. Эйден дождался, когда стихнет шум копыт, и только тогда отправился дальше.
Из леса он выбрался утром. Помятый и уставший с непривычки. Остановился на опушке и, достав из мешка кусок вяленого мяса, сунул его в рот. Затем смочил губы холодной водой из фляги и протянул морковку коню, который бессонной ночи даже не заметил. Впереди раскинулись бескрайние поля с пожелтевшей травой, а на горизонте Эйден увидел крохотный замок. Жилище барона Одита.
Рядом с замком нашлась только одна деревушка, но когда Эйден въехал через главные ворота и медленно двинулся по узкой улочке, то невольно удивился. В деревне не звучал детский смех, не слышалось мычания коров или кудахтанья куриц. Да и жители ему тоже не попадались. Лишь раз он увидел древнего старика, сидящего на пеньке рядом с покосившимся домиком.
– Где все люди? – спросил Эйден, поравнявшись с пеньком. Старик вздрогнул и поднял голову. Одного глаза у него недоставало, а второй закрывала мутная белая пленка. Слепой.
– Известно где. В замке твари энтой, – сварливо ответил слепец. – Один я тут остался, а они все на полях его спины гнут, а ночами от похоти спасаются.
– Благодарю, – хмыкнул Эйден и задумчиво посмотрел на видневшийся вдали замок.
– А ты кто таков? Не пахнешь ничем, а холодом от тебя могильным веет.
– Не бойся, старик. Не по твою душу, – криво улыбнулся мужчина.
– Да я и не надеюсь, – вздохнул тот и поджал губы. – Не к барону ли нашему путь держишь?
– Мимо еду. На восток, – соврал Эйден.
– Так езжай быстрее, пока тебя с башен-то не увидели. Ежели нет у тебя печати ампараторской, то как все и закончишь. В подвалах барона, чтоб его Тос побрал. А если смазливый ты, то…
– Благодарю, – перебил его Эйден и, чуть подумав, вытащил из кармана медную монетку, которую бросил на землю перед стариком. Но старик не пошевелился. Только поджал губы и покачал головой.
– Езжай, езжай. Езжай подальше и забудь земли эти, – проворчал он, вжимая
