– Минутная готовность! Ключ на старт!
– Десять, девять, восемь, семь, шесть, пять, четыре, три, два, один. Пуск!
Смотрю в зенитный перископ: из-под ракеты вырывается пламя, стоит на месте, отходит мачта: ракета «встала» и пошла! Пошла! Пошла…
– Десять секунд, полёт нормальный, параметры в норме.
– Сто секунд, проходим зону возможных автоколебаний. Есть колебания, затухают! Полёт нормальный!
– Есть отделение первой ступени, полёт нормальный!
Королёв поворачивается ко мне:
– Сейчас самое сложное!
В бункере тишина полнейшая, только звуки из радиостанции из центра телеметрии.
– Остановка двигателей второй ступени, пиропатрон разделения сработал штатно.
– Есть давление в двигателях третьей ступени, есть зажигание. Полет нормальный.
– Есть сброс обтекателей третьей ступени.
– Триста четырнадцатая секунда. Есть штатная остановка двигателя. Есть срабатывание пиропатрона. Спутник на орбите! Есть сигнал со спутника!
Из динамиков послышалось: бип-бип-бип…
Снимаю ВЧ-связь и докладываю Сталину:
– Товарищ Сталин! Первый в мире искусственный спутник Земли на орбите!
– Передайте мои поздравления товарищам Королёву и Брауну. Они оба представлены к званиям Героев Социалистического Труда и к Сталинской премии этого года.
Я не успел дослушать до конца Сталина, как из микрофонов донеслось:
«Внимание, внимание! Говорит Москва! Работают все радиостанции Советского Союза! Передаём важное сообщение Правительства СССР! ТАСС уполномочен заявить: сегодня в 11 часов 12 минут московского времени в Советском Союзе был произведён успешный запуск первого в мире искусственного спутника Земли. Поздравляем всё человечество с началом космической эры! Началось освоение околоземного космического пространства. Весь мир может прослушать позывные первого советского спутника Земли на двух частотах 20,005 и 40,002 мегагерц…»
Кто-то, по-моему Челомей, вытащил из портфеля несколько бутылок коньяка. На космодроме жесточайший сухой закон! Но у всех, кроме меня и Королёва, нашлись стаканы и бутерброды, шоколад и лимоны. Все подготовились, а мы – нет, стояли и вытирали слёзы. До последней секунды мы боялись сглазить. Девять лет мы шли к этой цели. Через взрывы, неудачные пуски, гибель людей на стартовых площадках, десант и штурм Пенемюнде, строительство заводов, испытательных стендов, шахт. Но сегодня мы слышим первый спутник Земли.
– Сергей Павлович, говори!
– Нет, пусть он говорит! – Королёв показал на меня. – Он руководитель проекта, меня к нему в наручниках привезли.
– Нет, Сергей Павлович, говорить будешь ты. Ты – генеральный конструктор, это – твой успех! Говори!
– Друзья! Что могу сказать… У нас получилось! Всё прошло штатно. Отклонения – меньше полсекунды. Я не зря вспомнил 1941 год. Меня прямо из камеры, не сказав ни слова, привезли в Академию Жуковского к какому-то мальчишке в генеральской форме. И он прямо в лоб мне заявил: «Принято решение о начале разработки нового оружия, атомного. Нужны средства его доставки. Авиационные я взял на себя и буду курировать разработку нового тяжёлого бомбардировщика, а ракетные средства поручаю вам. По сути вам предстоит создать новую отрасль промышленности, товарищ Королёв». Прошло девять лет, и мы запустили первый спутник. За успех нашего, совсем не бесполезного дела! И за вас, Андрей Дмитриевич. За то, что пас нас всё это время, за то, что никому не давал сунуться сюда, за то, что Вернера и Вальтера сюда приволок. Вы – отличный руководитель!
– Через полтора месяца посмотрим!
Все засмеялись и дружно чокнулись. Браун и Тиль не отставали. Они уже вошли в дружный коллектив и обрусели. Я им сообщил о просьбе Германии войти в состав СССР.
– А мы оба уже граждане СССР, но это хорошо, можно будет на родину съездить, – ответил Вальтер.
– Когда это произойдёт? – спросил фон Браун.
– Точно сказать не могу, в следующем году, наверное, сейчас подсчитываем, во сколько это выльется дополнительно, и надо подготовить к этому наших союзников. Хотя о проведении референдума на эту тему они знают. Пока никаких возражений не было. Только американцы против.
– Америке это совсем не выгодно. А что у них в этом вопросе?
– По сообщениям Судоплатова, в конце 1945 года в NACA – National Advisory Committee for Aeronautics – создана Секция управляемых ракет (MRS NACA). В качестве двигателя используют импульсно-воздушные прямоточные двигатели. Скорость – около 550 километров в час. Прямое управление отсутствует. Работает либо на прием сигналов широковещательной радиостанции, либо по площадям. Точность – плюс-минус четыре-пять километров.
– То есть они начали с нашей ФАУ-1?
– Нет, сами додумались до этого. Но на вооружение у них пока ничего не принято. Сообщений об успехах пока нет. Не совсем понятно, ведутся какие-либо работы или нет. Их подтолкнула ракета Челомея – Х-10, которую мы применили по аргентинским судам. Но ситуация с экономикой у них выровнялась, поэтому скорее всего какие-то работы ведутся. Посмотрим, как они среагируют на этот старт и будущие испытания.
Через полтора месяца мы провели успешное испытание термоядерной боеголовки в космосе над Тихим океаном. Мощность оценили в полторы мегатонны тротилового эквивалента. Пуск ещё одной ракеты и проведённая телеметрия спускаемой части боеголовки показали исполнение всех команд и сохранение температурного режима в пределах нормы. Отклонение составило пятнадцать километров, что было признано удовлетворительным для стратегических ракет. Было предложено начать разработки по повышению точности, а конструкторам самой боеголовки поставлена задача снизить вес устройства. Немедленно после объявления об испытаниях в Москву прилетел Черчилль. И главный вопрос, который его интересовал, был, естественно, об атомном оружии. Слукавить у него не получилось, мы знали, что Англия ещё в сорок четвертом году начала исследования в этой области, но испытанное ими ядерное устройство было нетранспортабельным. Их учёные доказали, что осуществить взрыв возможно, но добиться уменьшения веса им пока не удалось.
– Господин премьер! Мы испытали не урановую бомбу, а водородную, поэтому такая мощность! – ответил Сталин на вопрос, откуда такая мощность заряда. – Она использует такую же реакцию, какая идёт на Солнце. Урановые бомбы и такие, как у вас, устройства дают мощность двадцать килотонн, чуть больше или чуть меньше. Эта боеголовка развивает мощность полтора миллиона тонн. Мы можем доставить её в любую точку планеты.
Для этого разработали специальный класс тяжёлых ракет и создали ракетные войска стратегического назначения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
