— Так, товарищи, бодрее, — призвал подполковник. — Многие из нас Прыгали, многие неоднократно, вполне себе возвращались. Да, порой в слегка потрепанном виде. Вон — товарищ Земляков как-то нас припер вообще бессознательных «трехсотых», чуть прямиком в больницу не сгрузил, правда, стороной забора ошибся.
— Я же все-таки легкоатлет, а вы весомые люди, — напомнил Евгений. — С забором слегка запутался, не отрицаю. Но все кончилось хорошо. И все ж вы, товарищи, там на экологически чистые продукты не особо налегайте, не толстейте, нужно держать себя в форме.
Бойцы засмеялись.
— Отставить юмор! — скомандовал подполковник Коваленко. — Вот еще товарищ Мезина жаждет довести оперативную информацию.
— Так точно. По поводу старшего лейтенанта Нероды. Многие товарищи его знали, и уж точно весь личный состав фото на памятной доске видел, — Катерина показала наверх, где в кабинете начальника Отдела висели фото погибших и пропавших без вести офицеров «К». — Докладываю: наш пропавший офицер найден живым и здоровым, связь установлена. На месте нынешнего пребывания начал агентурную работу, втянулся…
Личный состав разом заговорил, многоголосо задавая вопросы и высказывая одобрение.
Катерина вскинула руку:
— Нет-нет, я там сама не была. Случайно наши союзники наткнулись, весьма удачное стечение обстоятельств. Это довольно далеко от нас, условия пребывания непростые, связь сложная, но жив наш человек. Шлет привет, жаждет постоянной связи и технической помощи. Шифровку зачитывать не будем по понятным причинам. Суть в том, что даже неудачный Прыжок бывает удачным. Но лучше, конечно, соблюдать аккуратность, возвращаться вот сюда. Хороший же стенд, запоминающийся.
Огласили еще несколько ценных указаний, распустили строй. До старта первой группы оставалось два часа.
В оперативный отдел заглянула Катерина:
— Товарищ Земляков, можно тебя на минуту или пять?
В коридоре прошептала:
— У тебя как? Рассосалось малость?
— Да когда оно рассосется? Но ничего такого неотложного. А что?
— Пошли символически дисциплину нарушать. На удачу.
Бутыль Евгений вынес под гимнастеркой — бывшая начальница даже в полевой форме была слишком стройной для контрабанды.
Спустились в подвал служебного тира. Прапор Сергеич улыбался:
— Не забыли традицию?
— Я суеверная стала, прямо жуть, — призналась бывшая начальница и вручила прапору глиняную бутыль. — Сорок четыре градуса, продукт проверенный. Будет выходной, примите за нас по пятьдесят грамм.
— Женя с остальными вернется, продегустируем, — Сергеич ловко спрятал бутыль. — Пока оздоровительное?
Откупорили бутылочки безалкогольного пива. Катерина раскритиковала вкус пива, потом рассказывала о чужедальних морях и тамошней рыбалке. Хорошие такие получились десять минут, прямо напряжение и усталость ощутимо спали. Но тут застучали по лестнице сапоги — начальство.
— Думаете, очень конспиративно засели? — сумрачно осведомился Коваленко.
— Сугубо безалкогольно, — заверил Евгений.
— Это понятно. А начальство — не люди?
Катерина протянула бутылку:
— Вот, почти полная. Не побрезгуете?
— Еще чего. Горло промыть, это святое. Только иди-ка сюда, товарищ Мезина. На тест профпригодности. Сергеич, давай два шпалера.
— Не поздновато перепроверять? — улыбнулась Катерина.
Они встали к стойке — в руках по ТТ.
— Твой Кох, — скомандовал Коваленко. — Мой Ляш.
— Есть!
Короткий грохот выстрелов…
Подъехали издырявленные мишени-портреты.
— М-да, ничья, — с некоторым огорчением констатировал подполковник. — Вот как у тебя получается? Ты же не тренируешься.
— Как сказать. Не так давно «9-мм парабеллум» порядком пожгли. Правда, стволы специфические.
— Это на «том берегу»? — Коваленко покачал головой. — Понятно. Ладно, подлые подозрения снимаю, руку не изнежила, глаз цепок.
— Это вы еще мою старшенькую не видели — вот где глаз-алмаз, — вздохнула Катерина.
Трое мужчин смотрели на нее, не очень веря.
— Как? Уже? — изумился Евгений.
— Не то слово. И Динка, и Рич. Карма у нас.
— Ладно. За успех той стороны, ну, и за наш, — подполковник глотнул пива, на чем бутылка и кончилась. — Женя, жвачка-то есть?
Земляков вытащил пачку «Мятной».
— Вот, хоть лингвистическо-штабной сектор у нас всегда к бою готов, — похвалило начальство.
* * *
Шагалось на «стартовую» спокойно. Ну, если не считать утяжеленности двумя полевыми сумками и чемоданчиком, для надежности обвязанного веревкой. Первой группой уходили начальство и техники — двенадцать человек. Все без оружия и лишнего груза, только проклятая документация, которая, хоть куда Прыгай, непременно прилипнет.
— Ни пуха, ни пера! — пожелал динамик технической группы.
— К чертям прыгучим!
— Отсчет пошел. Десять, девять…
Да нормально прошло. Учитывая специфику и подготовку, иначе и не могло быть.
…Тот же подвал. Стартовая, которая сейчас финишная. Правда, ограждение собрано не из нержавейки, а сварено из обычных труб, которым, наверное, мирная водопроводная судьба готовилась. Спускались командировочные товарищи по гулким ступенькам, встречающие козыряли с некоторой торжественностью. И те и другие в одинаковой форме, но если присмотреться — разные. Потом кто-то из местных ехидно поинтересовался:
— Жека, а чемоданчик-то от вокзала увел?
— Ну, дак руки-то помнят, — прокряхтел товарищ Земляков. — Помогли бы, что ли, веревка ослабла.
Торжественность и натянутость разрядилась, мигом пошла обычная работа, размещение и утряска.
— Странное ощущение, — отметила Катерина. — Почти там же находимся, но сдвиг электровыключателей и иные ручки на дверях вызывают подсознательно раздражение. Умом понимаешь, что не на что злиться, но все равно.
— Это да. Кабинеты еще ничего, быстро привыкаешь. Я каждый раз как двором подхожу, начинаю электронный пропуск нашаривать. Торможу перед дверью как дурак, — проворчал товарищ Земляков, открывая дверь.
Командировочной гостье отвели тот же закуток-кабинет, и здесь так же стояли стеллажи с папками-«делами», правда, не скоросшиватели, а обычные-завязочные. Но тоже много.
— Традиция? — подняла перечеркнутую шрамиком бровь Катерина.
— Должна быть определенная преемственность. Но матрац приготовлен. Новый!
— Благодарю. Это ты молодец.
— Опыт. Но не уверен, что ты здесь ночевать будешь. График-то того, плотный.
Насчет графика товарищ Земляков угадал: почти сразу прибыла вторая партия командировочных, плавно перешли к текущим делам и урегулированиям следующего уровня. А товарища Мезину немедля увезли на черном тихом автомобиле, но не туда, куда в сериалах возят, а на личную встречу- собеседование. Собственно, Евгения тоже вызвали и увезли, но в другом направлении, по профилю.
…— Диверсия планировалась довольно дерзкая, — рассказывал в машине старый знакомый Артур Пыжов, генеральский адъютант. — Среди белого дня подогнали к штабу «Линды» грузовики с взрывчаткой, часовые механизмы, всё как положено. Правда, часовые вовремя спохватились, подрыв удалось предотвратить, специалистов там много. Но взрывать саперное подразделение — не наглость ли?
— «Кукушка» знает, что штурмовые саперы с нами плотно работают, а вычислить их проще. Вот и принимают контрмеры. Что-то подобное мы и предполагали. Но на «Линду» прыгать, это действительно…. Что в итоге?
— К итогу и едем, — заверил Артур. — Васюк сориентировался, немедля организовал облаву, взяли группу диверсов. Двух исполнителей — агенты из власовцев, эти отпетые. Ну и немцев прихватили, хозяев явки. От первых сволочей особого толку нет, просто исполнители, рассказали о технической части и непосредственных командирах, насчет остального видимо, действительно не знают. Немка — истеричка, пустышка. А вот ее муж внезапно интересное показал. Вкратце: ему пообещали эвакуацию. По смутным намекам — похоже на наш вариант.
