их первая прогулка в Хогсмид, — кивнул Поттер, напряжённо смотря на Гермиону.
— У тебя блеск размазался, — намекнула Джинни.
— Ой, — смутилась девушка, аккуратно поправляясь.
— Вы, видимо, с Малфоем каждый день идёте какими-то обходными путями в Большой Зал. Потому как выходите раньше всех, но на завтрак всё равно приходите последними, — хмуро пробубнил Поттер, поправляя очки на переносице.
«Он нервничает. Сколько же ещё ему нужно будет времени, чтобы привыкнуть?»
— Невилл, ты идёшь в Хогсмид с Луной? — решила разрядить обстановку младшая Уизли.
— Нет, — парень был явно расстроен.
— Что случилось, Невилл? — обеспокоено спросила Гермиона.
— Ничего. Просто я и Луна — друзья. Оказывается. Странно, почему я этого раньше не понял, — ответил Лонгботтом. — Она пойдёт с нами. Со всеми. Со своими друзьями, — хмуро добавил он.
— О, мне так жаль… — Джинни похлопала его по плечу.
— Не расстраивайся… Дружба однажды может перерасти в любовь, — неожиданно заверил его Гарри, мельком кидая взгляд на Гермиону. — Но, я думаю, хорошо, что Луна прямо сказала тебе об этом, не вводя в заблуждение.
«Ты думаешь, что я ввожу Рона в заблуждение? Думаешь, я пудрю ему мозги?»
«Я же просто не хочу в письме говорить о том, что происходит между мной и Малфоем».
«Да я сама пока не могу точно понять, что между нами происходит. Мы просто наслаждаемся друг другом. Не говорим о завтрашнем дне, о семье, крови, войне, каком-либо будущем».
«Но то, что я к нему чувствую… Это… Что-то большее, чем то, что можно изложить в письме».
«И он тоже что-то чувствует, но будто останавливает себя. От чего мне кажется, будто
он и я
— это временно».
«И это сводит с ума».
Гермиона подняла глаза и посмотрела на стол Слизерина. Драко, будто почувствовав её взгляд, убрал чашку кофе и хищно улыбнулся. Она чуть поёрзала на стуле. Ощущения были очень непривычными и незнакомыми.
«О, Мерлин! Я ведь никогда не ходила без нижнего белья».
Малфой, неотрывно смотря на неё, медленно провёл языком по нижней губе, от чего дыхание девушки остановилось, и в голове пронеслись их уроки по самоконтролю.
«Этот его язык… и эти губы. Чёрт!»
Кровь прилила к лицу, и низ живота свело сладкой истомой желания. Слизеринец довольно ухмыльнулся.
«Издевается? Вот дьявол!»
Она опустила смущённый взгляд и нервно отпила какао.
«Он думает, что всегда может меня соблазнить. Но это не так… Не так ведь?»
«Я тоже могу».
Выдохнув воздух и собрав всю смелость, она подняла на него карие глаза. Он заинтересованно смотрел на неё, одним ухом слушая, что говорит Блейз Забини.
Гермиона закусила нижнюю губу, плавно подняла руки и убрала каштановые кудри на один бок, оголяя шею. Тонкие пальчики скользнули на рубашку, неторопливо расстегивая пуговицу за пуговицей. Она остановилась на середине, так что стала видна майка, которая плотно обтягивала грудь. Взгляд слизеринца жадно поедал каждый сантиметр её тела.
«Я сведу тебя с ума, Малфой»
— довольно ликовала Грейнджер, мягко проведя рукой от шеи до груди.
Губы Драко дрогнули в лёгкой улыбке, а глаза будто потемнели. Настала его очередь нервно отпить из чашки кофе.
«Один-один, Малфой»
Блейз перестал что-то говорить, понимая, что друг его не слушает. Перевёл взгляд на Грейнджер, потом снова на Малфоя и демонстративно закатил глаза.
Всю дорогу в Хогсмид друзья обсуждали квиддич и тренировки. Гарри взял разрешение тренировать первокурсника Джо Томаса. Малой очень хотел стать ловцом, и Избранному было только в радость потренировать парня себе на замену. Ведь этот год в Хогвартсе был последним для Поттера и его друзей.
Гермиона чувствовала на своей спине прожигающий взгляд слизеринца, и от того нагота под её юбкой не давала девушке забыть об игре, которую они ведут.
Друзья закупили все необходимые школьные принадлежности и решили зайти за сладостями.
Ученики толпились в «Сладком королевстве» в желании закупиться на месяц. Гермиона же стояла ближе к выходу и ждала Гарри с Джинни, которые были уже почти у самой кассы, как вдруг холодные пальцы скользнули под юбку. Она чуть не вскрикнула от удивления.
— Тшш, — зашипел Малфой. — Не привлекайте внимания, мисс Грейнджер.
— Убери руки. Ты что, совсем с ума сошёл? — зашептала она.
— Не этого ли ты добивалась? — промурлыкал он в самое ухо Гермионы.
Мурашки побежали по телу от горячего дыхания, и низ живота снова потянуло.
— Ну, не здесь же, — возмутилась она. — То есть, подожди. Ты сдаёшься?
Секунда, и его холодные пальцы выскользнули из-под юбки, торопливо разгладили ткань её мантии и исчезли в кармане пальто.
Гермиона обернулась. Слизеринец стоял рядом. На платиновых волосах были ещё нерастаявшие снежинки, а нос слегка покраснел.
«У него холодные руки. Почему он так легко оделся?»
— Замёрз? — спросила Гермиона, кладя свои тёплые ладони на фарфоровое лицо.
Парень удивлённо моргнул от этого жеста, но не отступил. Хоть в лавке было много людей, никто, казалось бы, не обращал на них внимания.
— Что это, Грейнджер? — почему-то грустно спросил Малфой. — Ты переживаешь за меня?
— Да, — спокойно ответила она. — Почему ты не пошёл со всеми в «Три метлы»?
— Захотел прогуляться, — хмыкнул он.
«Ложь».
— Сегодня пошёл первый снег, — добавил он.
— Рождество уже близко, — кивнула Гермиона, и до неё дошло.
«Суд Люциуса Малфоя назначен на сочельник. Так жестоко. На праздник семьи назначать суд. Наверно, он думал об этом»
— Хочешь, прогуляемся вместе? — спросила она.
— А как же день с друзьями в Хогсмиде? Ты ведь так хотела, — недоверчиво спросил он.
— Мне кажется, я сейчас нужнее в другом месте, — ответила она, осторожно заглядывая в его глаза.
«Я ведь нужна тебе?»
Малфой молча кивнул.
Гермиона сняла с себя шарф и аккуратно обернула его вокруг шеи слизеринца. Он не оттолкнул её, но светлые брови нахмурились.
— А то простынешь, — оправдывалась Грейнджер.
Их отношения складывались совсем не так, как представляла себе гриффиндорка. Парень каждый раз закрывался и отдалялся, когда девушка прикасалась к его душе. Не позволял ей даже представлять их будущее, отводя тему и отшучиваясь. Она честно пыталась не давить на него, но это стало трудной ношей для человека, так любящего стабильность и порядок.
— Ты правда думаешь, что я буду расхаживать в шарфе Гриффиндора? Гермиона, я думал, ты умнее… —
