Информация, содержавшаяся в рапорте Беккера, в принципе соответствовала действительности (разве что она была изложена в свойственной Беккеру резкой форме). И это вызвало тем большее раздражение Генриха Гиммлера, который не хотел признавать факта, что его деятельность полностью расходится с его же собственными заявлениями и намерениями. Как обычно, Гиммлер предпочел сделать вид, что проблемы просто не существует, и вообще запретил командирам войск СС подавать рапорты, в которых обсуждались бы действия Главного управления СС, как «не касавшиеся» полевых командиров.
Так совпало, что именно в это время рейхсфюрер СС инспирировал служебное расследование в отношении штандартенфюрера СС Гельмута Беккера. Некоторые авторы прямо связывают это событие с рапортом Беккера, считая действия Гиммлера местью. В принципе, подобные поступки были свойственны рейхсфюреру и это вполне могло бы быть правдой. Обвинения Беккера были довольно серьезными, причем именно с точки зрения расовой политики СС (хотя и с точки зрения обычного военнослужащего они не красили человека). Беккеру были поставлены в виду сексуальные отклонения и некомпетентность как командира полка. Чарлз Синдор в книге «Солдаты разрушения» (Syndor, Charls. Soldiers of Destruction. New York, 1977) в том числе упоминает обвинения, предъявленные Беккеру: постоянное появление на службе в состоянии алкогольного опьянения; изнасилование советских женщин (что было серьезным проступком с точки зрения расы); содержание на командном пункте проституток; а также то, что он до смерти загнал лошадь в офицерском клубе во Франции в 1942 году, в то время как офицеры его штаба занимались сексом с проститутками прямо на столах. Позже его также обвинили в том, что в апреле 1943 года, празднуя день рождения фюрера, пьяный Беккер приказал произвести салют из всех орудий починенной ему части. Десять минут канонады привели к большому и бессмысленному расходу боеприпасов.
Расследование обвинений не подтвердило и никаких последствий для Беккера не имело. Возможно, определенное влияние на прекращение следствия оказало то, что к Беккеру, и вообще к солдатам «Мертвой головы», хорошо относился Гитлер, высоко оценивший действия дивизии под Демянском. А Гиммлер никогда не делал того, что могло вызвать нарекания фюрера. Как бы то ни было, официально обвинения были с Беккера сняты, хотя определенные сомнения остались – дыма без огня не бывает, и было бы странным, если бы обвинения были от первого до последнего слова вымыслом. Конечно же отношения между Беккером и рейхсфюрером СС это не улучшило: они и раньше были прохладными, а теперь стали совсем плохими, причем Беккер стал позволять себе довольно презрительные высказывания в отношении Генриха Гиммлера. Наверное, ни одна из дивизий СС не доставляла рейхсфюреру СС столько хлопот и треволнений, как «Мертвая голова»!
В первой половине февраля 1943 года 6-й моторизованный полк, вместе со всей дивизией, вернулся на советско-германский фронт, но теперь на южный участок – дивизия вошла в состав Танкового корпуса СС, дислоцированного в районе Харькова. Еще до прибытия дивизии на фронт командир корпуса обергруппенфюрер СС и генерал войск СС Пауль Хауссер сдал Харьков, чем вызвал большое недовольство Гитлера. Однако сдачу Харькова генерал-фельдмаршал Манштейн рассматривал лишь как временную, и предполагалось, что корпус, получивший еще и дивизию «Мертвая голова», проведет операцию по возвращению города. 22 февраля дивизия СС (вместе с дивизией «Рейх») начала наступление на Павлоград. С боями под Харьковом связано и очередное изменение названия полка, которым командовал Беккер. 26 февраля 1943 года погиб бессменный командир дивизии Теодор Эйке, а на следующий день Гитлер приказал присвоить полку его имя; с этого момента полк Беккера стал именоваться 6-м моторизованным полком СС «Теодор Эйке» (SS Panzer-Grenadier-Regiment 6 «Theodor Eicke»). В марте полк Беккера форсировал Донец и в рядах дивизии с боем взял Чугуев. В ходе ожесточенного сражения эсэсовцам удалось нанести поражение советским войскам и 14 марта взять Харьков обратно. В мае 1943 года дивизия была отведена в тыл, в Большую Даниловку, где занималась получением и обучением пополнения – бои под Харьковом имели своим следствием значительные потери. Затем она вернулась в состав своего корпуса – который теперь именовался II танковым корпусом СС – и была переброшена на южный фас Курского выступа, северо-западнее Белгорода. Во время Курской битвы танковые части дивизии, при поддержке моторизованных полков, форсировали реку Псёл и приняли участие в бою под Прохоровкой. В этот период Беккер командовал одной из двух передовых боевых групп своей дивизии.
После провала операции «Цидатель» дивизия была снята с этого участка и срочно переброшена на Миусский фронт, где войскам Южного фронта генерал-полковника Ф.И. Толбухина удалось вклиниться в оборону 6-й немецкой армии на 5–6 километров и захватить плацдарм в районе Степановка – Мариновка. 30 июля эсэсовцы нанесли мощный контрудар и к 2 августа отбросили противника на исходные позиции. В боях на «Миус-фронте» особенно отличился 6-й моторизованный полк СС. Заслуги полка были отмечены многочисленными наградами, причем в числе награжденных на этот раз был и Беккер – 7 сентября 1943 года он был награжден Рыцарским крестом Железного креста.
В сентябре дивизия обеспечивала отход немецких войск за Днепр, а с середины октября вела тяжелые бои, отбив несколько попыток советского наступления на Кривой Рог. Но к моменту, когда 15 ноября советские войска перешли в наступление, Беккера в Кривом Роге уже не было – еще 9 ноября он сдал командование оберштурмбаннфюреру СС Карлу Уллриху[67] и был отправлен на Балканы. Как оказалось «расставание» Беккера с родной дивизией было недолгим.
Новым местом назначения Беккера стал город Лайбах (Любляны), на территории Словении. Здесь на базе штурмовой бригады «Рейхсфюрер СС» полным ходом шло формирование новой дивизии – 16-й моторизованной дивизии СС «Рейхсфюрер СС» (16. SS-Panzergrenadier-Division «Reichsführer SS») под командованием группенфюрера СС и генерал-лейтенант войск СС Макса Симона. Симон хорошо знал Беккера еще по боям под Демянском, а последнее время до назначения в Лайбах возглавлял всю дивизию СС «Мертвая голова», поэтому при выборе командиров подчиненных ему полков он остановился на кандидатуре Беккера. Таким образом 13 ноября 1943 года штандартенфюрер СС Беккер вступил в командование 36-м моторизованным полком СС. Однако фактически как воинской части полка еще не существовало и именно Беккер возглавил все мероприятия по его формированию.
В марте 1944 года полк Беккера в составе дивизии принял участие в операции «Маргарита» – оккупации немецкими войсками Венгрии, где и оставался в течение двух месяцев, выполняя функции оккупационных войск и не имея боевых столкновений. В середине мая 1944 года части дивизии начали перебрасываться в район Лука – Пиза: ситуация в Италии резко обострилась и там настоятельно требовались резервы. Однако еще до того, как дивизия была окончательно переформирована, часть ее солдат была отправлена на советско-германский фронт, где они были влиты в качестве пополнения в потрепанную в боях дивизию СС «Мертвая голова». В числе тех, кому вместо солнечной Италии предстояло отправиться в Россию был и штандартенфюрер СС Гельмут Беккер.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
