себя примерным исполнителем.
На второй год войны, в 1915-м, Туркин был приглашен заведовать литературной частью кинофирмы Ханжонкова. Как раз в это время Ханжонков с супругой начали издавать знаменитый ежемесячник «Пегас», и Туркин стал редактором этого журнала. В том же году он написал свой первый киносценарий — «Убийство балерины Пламеневой». Этот социально-уголовный кинороман поставил у Ханжонкова знаменитый режиссер Евгений Бауэр. В 1916-м Туркин начал сам выступать как кинорежиссер. Это были три полнометражные мелодрамы — две из них по сценариям его близкой подруги Зои Баранцевич (она же играла в обеих главные роли).
После Февральской революции Туркин на некоторое время сосредоточился на злободневной теме царской охранки, выпустив в апреле 1917-го у Ханжонкова два фильма — «Провокатор» («Тайны русской охранки») и «Карьера жандармского ротмистра Поземкова». В последнем он выступил как режиссер и сценарист.
22–24 августа 1917-го он принял участие во Всероссийском совещании кинодеятелей — я уже касался этого события. Совещание постановило организовать новый орган — Совет кинематографических союзов и съездов, в который вошли представители всех кинообъединений, кроме рабочих и киномехаников. На том же заседании Туркин был избран заместителем Ханжонкова, ставшего председателем Союза. Через полгода он уходит от Ханжонкова в крупную кинофирму «Нептун» и в дальнейшем сотрудничает только с этим киноателье. Тогда же он в партнерстве с той же Зоей Баранцевич выпускает в «Нептуне» драму «Распятая любовь». Это была его последняя работа в старом формате криминально-развлекательного характера.
1918 год Туркин посвящает экспериментам. Вначале появляется его первая психологическая драма «Аня Краева» с Ольгой Чеховой в главной роли, вслед за этим — лента по его сценарию «Последние приключения Арсена Люпена», а в мае в московском кинотеатре «Модерн» в присутствии наркома просвещения Луначарского состоялся премьерный показ футуристического фильма Туркина по сценарию Маяковского. «Не для денег родившейся» — значилось на афише. И еще пространная реклама: «Бродяга Иван Нов — поэт величественных переживаний Владимир Маяковский. Огромный художник — отец русского футуризма Давид Бурлюк. Режиссер Никандр Туркин». Пиком футуристических исканий Туркина могла бы стать лента «Закованная фильмой», которую он снимал (и не доснял) также по сценарию Маяковского. Как мы уже говорили, сам же Маяковский не стал доводить фильм до конца.
В августе 1918 года в Москве открылась учебная киностудия «Творчество». Никандр Туркин, окончательно вставший к тому времени на сторону советской власти, был среди первых ее преподавателей, а за постановку фильма «Смельчак» по сценарию Луначарского взялись два режиссера: Туркин и Михаил Нароков. Фильм рисовал эпизод Гражданской войны: акробат Ваня Баев организует побег большевиков из белогвардейских застенков. Ленту сняли за 18 дней, ровно к годовщине Октябрьской революции. В рамках того же пропагандистского мегапроекта Туркин ухитрился снять еще три (!) фильма, но всерьез приступить со своими коллегами к «пролетаризации» русского кино он не успел.
Никандр Васильевич Туркин умер 30 сентября 1919 года. Это было грустно не только само по себе, но и потому, что он горел в то время активнейшей творческой энергией.
Теперь назову одного из самых ярких, хотя и чуть припозднившихся актеров в русском немом кинематографе. Его имя — Григорий Михайлович Хмара. То, что написал о его театральной карьере умнейший критик Павел Марков, вполне относится к кино: «Хмара умел на сцене передать остроту мысли и мрак глубокого чувства. Это был актер глубокого и сосредоточенного пессимизма».
Григорий Хмара родился в 1878 году в Полтаве, учился актерскому мастерству в Киеве, а в 1910-м был принят (по конкурсу) в Московский Художественный театр. В 1915 году он дебютировал в кино в фильмах Б. Сушкевича, А. Уральского и В. Туржанского. Но самой коронной и показательной его ролью на экране можно считать «Мысль» по пьесе Леонида Андреева, который назвал ее «современной трагедией». В ней гениальный доктор Керженцев, изучающий душевные недуги, решает убить своего друга, писателя Савелова. А чтобы его не осудили, симулирует сумасшествие, уверяя, что болен мономанией — навязчивой одержимостью единственной идеей. Но выдуманная им болезнь оказывается реальностью и постепенно подчиняет героя себе. Григорий Хмара, как никто, вписался в эту роль и был блестящ в своей неповторимости. Жаль, что этот шедевр немого кино не сохранился.
После этого Хмара снялся почти в двух десятках фильмов, самый известный из которых — «Королева экрана» (1916), где его партнерами были уже знаменитые Витольд Полонский и Вера Юренева. Успешно играл и в театре, готовясь к главной роли в громкой постановке «Короля Лира», которую готовила Первая студия МХТ. Поэтому все любители театра и кино так огорчились, когда узнали в начале 1922 года, что их любимый актер решил покинуть страну. Газета «Экран» (№ 2 за 1922 год) с огорчением констатировала: «Еще одна убыль для нашего кинематографа. Уехал Г. М. Хмара, один из наиболее глубоких и изысканных исполнителей в психологическом репертуаре русского экрана».
Хмара продолжил успешно сниматься и в Германии, сыграв главную роль в фильме знаменитого немецкого режиссера Роберто Вине «Раскольников». В 1923 году женился на знаменитой датской кинозвезде Асте Нильсен, в дуэте с которой продолжал работу в кино. В 1925-м он сообщил о своем и Асты желании приехать в Россию: «Я до сумасшествия скучаю по России, по Москве… Душа рвется каждый день на родину. Если бы для меня и моей жены нашлась бы работа настоящая, то мы могли бы приехать. Здесь в кино царит одна тусклость и пошлость…» («Советский экран», № 34 за 1925 год).
Но он не вернулся. Очень похоже, что помешала его (или их) приезду именно советская сторона, но почему, можно только гадать. Возможно, сказалась его почти нескрываемая капризность — его все время раздражали и злили то семейные неурядицы (он женился четыре раза), то пошлая актерская среда, то плохая работа коллег. По той же причине он все время откладывал или вовсе отменял свой приезд в СССР — письменное обращение на сей счет он направил в Москву только в 1931 году, когда вернуться в Союз (а тем более уехать из него) было уже совсем непросто.
Семь лет он жил и играл с Астой Нильсен — со спектаклем «Дама с камелиями» они объездили много стран и везде имели громкий успех. Хмара много снимался в Германии и Франции — последний раз в том же «Преступлении и наказании» уже в 1970 году, незадолго до смерти. Последняя жена, кинокритик Вера Вольман, написала о нем очень неплохую, очень нежную и остроумную книгу «Григорий
