— Спокойной ночи, — сказала она.
Грей кивнул и проводил Беркли взглядом. На мгновение ему почудилось, что она хочет позвать его с собой. «Глупо», — сказал он себе. Долгие семь дней Беркли держала неприступную оборону, если, конечно, это была оборона. Может быть, Беркли попросту не любит его.
— Я отнесу ей выпить, Сэм. — Грей повернулся к бару. — Подай-ка мне бутылку.
Нат вышел на улицу с ведром с кухонными отбросами. Сквозь закрытую дверь он услышал голос Энни Джек:
— Отнеси их подальше! Энни не хочет, чтобы у ее кухни шныряли собаки!
Нат деловито спустился с крыльца и пересек двор. Он уже собирался вытряхнуть мусор, когда кто-то выхватил у него ведро и потянул мальчика кверху за воротник.
— Сюда, — сказали ему на ухо. — Сейчас ты нам кое-что объяснишь.
Беркли проходила через кухню, когда Энни, распахнув дверь, позвала Ната и велела ему вынести второе ведро.
— Ох уж этот сорванец! — воскликнула она. — Не может и двух шагов пройти, не заблудившись. Куда он запропастился?
— Я могу чем-нибудь вам помочь? — спросила Беркли. Энни оглядела ее платье цвета слоновой кости и туфельки, подобранные в тон ему.
— Забавно было бы посмотреть, как вы ковыляете по двору в этом наряде вот с этими огрызками.
Беркли взяла у нее ведро.
— Да, забавно, — отозвалась она и вышла на крыльцо. — Нат! Ты забыл… — Беркли умолкла, услышав шорох и приглушенный крик, донесшиеся со стороны конюшен. — Нат! Что случилось? Ты не один?
— Иду! — отозвался мальчик.
Энни что-то сказала за ее спиной, но Беркли взмахом руки велела ей умолкнуть. Прищурившись, она вглядывалась в тень у стены конюшни. Девушка уже собиралась спуститься с крыльца, когда от стены отделился Нат и бросился к ней. Беркли вновь посмотрела на конюшню. Темное пятно исчезло.
Нат протянул руку к ведру:
— Я вынесу его, мисс Шоу. Беркли покачала головой:
— Пусть Энни пошлет кого-нибудь другого. А ты пойдешь со мной. — Она схватила его за руку. — Сейчас же.
Подходя к своим апартаментам, Грей заметил свет, проникающий из-под двери. Ему казалось, что он, уходя, погасил лампу, но, как видно, забыл это сделать. То, что в его комнатах может кто-то оказаться, ему и в голову не пришло.
Беркли, накинув на плечи шаль, свернулась клубочком в большом кресле у камина. Нат лежал на софе, одна его нога в носке свисала, другую он перекинул через подлокотник. Беркли и Нат крепко спали.
Грея заинтересовало, кто из них открыл замок. Потом он решил, что они справились с запором общими усилиями. Во всяком случае, так они ему скажут — ни Беркли, ни Нат нипочем не станут взваливать вину друг на друга. Грей удивленно покачал головой и, сев на корточки возле Беркли, положил ладонь ей на колено. Он несколько раз шепотом окликнул ее, прежде чем она очнулась.
— Ох… — сказала Беркли. — Ты вернулся.
Ее чуть сонная, милая улыбка на мгновение лишила Грея дара речи. И все же он спросил:
— Что ты здесь делаешь?
Все тот же сонный взгляд Беркли скользнул по лежащему на софе мальчику.
— Не отнесешь ли Ната в его комнату? Он ждал твоего возвращения и хотел сам поговорить с тобой, но уж очень устал. — Беркли зевнула. — Я тебе все объясню. — Перехватив настороженный взгляд Грея, она добавила:
— Обещаю, на сей раз ты все поймешь.
— Так и быть. Идем со мной. Ты откроешь его дверь.
Грей вынул из кармана Ната ключ от его комнаты и поднял мальчика с софы. Узнай Нат о том, что его таскали на руках, как младенца, он счел бы это оскорблением. Однако мальчик не проснулся даже тогда, когда его раздели до нижнего белья и уложили в постель. Беркли поцеловала мальчика и погасила лампу.
— Ты заменила ему мать, — сказал Грей, когда они с Беркли вышли из комнаты Ната. — Он зовет тебя мисс Шоу, но думает о тебе как о родной матери.
— Знаю. — Беркли бросила взгляд на Грея. — Надеюсь, ты не против?
— Нет. А что?
— А то, что мои отношения с Натом накладывают определенные обязанности и на тебя.
— Я понял это в тот самый день, когда ты привела его в «Феникс». — Грей открыл дверь в свои апартаменты и жестом пригласил Беркли войти. — А знаешь, он вполне мог бы оказаться нашим сыном. Он очень похож на тебя волосами и овалом лица. Зато глаза у него — мои.
— И ум! — Беркли порывисто обернулась к Грею. Она была очень серьезна, глаза блестели, а голос слегка дрожал. — Ты смог бы полюбить его, Грей? Как родного сына? Смог бы ты простить его, сделай он что-нибудь, грозящее…
— Беркли! — Грей схватил ее за руки. — В чем дело? Что случилось? — Он повел девушку к софе. — Хочешь что-нибудь выпить?
Она покачала головой и села.
— Сможешь ли ты простить меня?
Грей взял Беркли за подбородок и приподнял ее лицо.
— Что все это значит?
— Из-за нас с Натом тебе грозит опасность. Кто-то узнал о тебе и о Грэме Денисоне. О человеке, которого ты убил. Кто-то узнал о нем.
Грей отпустил подбородок девушки и вздохнул. Он видел, что Беркли взволнована, но не разделял ее тревогу.
— Кто? — осведомился он. — Кто узнал о нем?
— Декер и Колин Торны.
— Понятно, — произнес Грей, хотя, конечно же, ничего не понимал. — А кто это такие?
Беркли положила руку на кулон, висевший у нее на шее, прикоснулась пальцем к золотой капельке.
— Это те люди, которые дали мне серьгу. Это они заплатили мне и моему отцу, чтобы мы отправились в Сан-Франциско. Мы должны были найти Грэма Денисона. Но их деньги пропали впустую. Замысел моего отца с самого начала был чистым мошенничеством. — Беркли отвела взгляд. — Впрочем, нет. Не совсем так. Я была с ним, помогала ему все это устроить. Я не меньше Андерсона виновата в том, что мы оказались здесь.
У Грея сжалось сердце. Беркли говорила о том, в чем не хотела признаться еще неделю назад. Теперь же, накануне свадьбы, она открыла это ему, решив, будто у нее нет иного выбора.
— Продолжай, — невольно сказал он, хотя ему хотелось остановить Беркли. — Что за аферу вы придумали?
— Мне неизвестно, откуда мой… отец узнал о Торнах. Он умел находить тех, кому могут понадобиться его услуги. Андерсон никогда не полагался на волю случая. Еще до того, как Торны пригласили нас в свой дом в Бостоне, мой отец знал о них больше, чем они предполагали. В этом и заключалась наша хитрость — предложить свои услуги и убедить людей в том, что мы способны выполнить некое задание. Талант моего отца состоял в. том, чтобы заставить клиентов считать, будто замысел принадлежит им. А мой дар… — Умолкнув, Беркли насмешливо и печально улыбнулась. — Ты сам знаешь о моих способностях, хотя не веришь в над до конца.
— Да. Не до конца. — Грей встал, подошел к буфету и налил себе полбокала виски. — В чем конкретно заключались ваши обязанности?
