плечами. А мне стало так жалко мальчиков, не любимых собственной матерью…
— А отцы? Мой отец делал всё, чтобы я ни в чём не нуждалась.
— Не нуждались, — произнёс он задумчиво. — Это такое размытое понятие. В большинстве это значит не нуждаться материально, но…
— Мне жаль, что вам не хватило родительской любви.
— У всех есть свои недостатки, — усмехнулся он грустно. — И не надо меня жалеть. Мне много лет. И возможно, я даже понимаю её. В конце концов, невозможно заставить любить. И если она нас с братом не любила, что ж поделать?
— А знаете, я читала об этом когда-то очень давно. И вы с братом ни в чём не виноваты. Да вообще не в вас или ваших отцах дело. Иногда женщины полностью или частично лишены материнского инстинкта, нет в них этого, и всё тут. Она может любить одного или нескольких мужчин, но дети для неё никогда не станут по-настоящему любимыми. Есть много случаев, когда между любимым мужчиной и ребёнком женщина выбирала мужчину. Мне не понять этого, — пожала я плечами, а тем временем мы подошли к беседке в парке. — Своих детей у меня пока нет, поэтому не могу с уверенностью сказать, что буду хорошей мамой, но я очень постараюсь.
На последних словах я развернулась к нему и поймала взгляд. Так странно это прозвучало, будто обещание. Несколько секунд мы молча смотрели друг другу в глаза. Это странное мгновение прервал веселый смех приближающейся компании.
— Ой, а тут уже занято, — прозвучал кокетливый голосок графини Цулако, который отрезвил раскисшую меня лучше любого ледяного душа.
— В парке множество свободных беседок, — ледяным голосом произнёс Фрост. Конечно, личность графини для него не осталась тайной.
— Не переживайте, — очнулась я, пытаясь мило улыбнуться, а не расплакаться от собственной дурости. — Мне уже пора.
— Вас проводить? — в его голосе чувствовалось сожаление, но я решила отмести это.
— Раз девушка не хочет, некрасиво навязываться, — влезла Цулако, смотря Фросту в глаза. Вот же тварь! Сама-то она не в компании мужей.
— А может быть, красавица незнакомка к нам присоединится? — вдруг предложил один из её трёх сопровождающих. Вот куда ей столько мужчин? Коллекционирует она их, что ли?
— А знаете, пожалуй, не откажусь от сопровождающего, — проговорила я, подхватывая Фроста под руку и буквально вытаскивая оттуда. Вот даже интересно, если бы он знал, кто я, пошёл бы так просто?
— По-моему, меня сейчас хотели убить одним лишь взглядом, — попыталась я пошутить.
— Вполне возможно, — серьёзно ответил Фрост, — вы просто не знаете, как она может мстить.
— Она вас шантажирует? — задохнулась я от такой возможности.
— Она? Нет, — усмехнулся Фрост.
— Просто нужно быть разборчивее в связях. Вы её любите?
Почему бы не задать открыто такой вопрос, если он так разоткровенничался с незнакомкой. Вот даже интересно, он прикидывается или реально считает, что может скрыть свою яркую внешность за маской?
Я задержала дыхание в ожидании, даже не до конца осознавая, насколько его ответ важен для меня.
— Когда-то думал, что люблю, потом она сама пришла ко мне, когда все отвергали, сейчас стала обузой, но…
— Нельзя просто прекратить ваше общение? Вы же не женаты, — типа удивилась я, проглатывая ком, вставший в горле.
— Есть свои трудности, — поджал он губы. — Вы слишком много расспрашиваете.
— Простите, — повинилась я, опустив глаза. — Вы приятный мужчина, и… Мне стало любопытно. Извините, если я перешла границы.
— Вам так кажется, — грустно усмехнулся он. — Стоит мне открыть лицо, и ваше мнение изменится.
— Вы очень влиятельный мужчина и я должна буду упасть к вашим ногам? — Не переборщить бы с кокетством.
— Влияние не всё, — вздохнул он в очередной раз. Мне как-то надоело слушать эти вздохи, особенно учитывая, что я предполагала их причину. Чем бы его отвлечь?
— Смотря в чём. В любви влияние вообще не имеет значения. В делах государственной важности определённо оно необходимо.
— Хотите сказать, что между влиятельным и любимым вы выберете нищего? — Ехидный взгляд золотистых глаз давал чётко понять, что мой ответ его не убедит.
Что нашло на меня в тот момент? Понятия не имею. Просто вдруг захотелось доказать, что он неправ. Поэтому я быстро, буквально в два шага, преодолела расстояние, разделявшее нас, встала на цыпочки и поцеловала его в подбородок. Ну просто не могла дотянуться выше самостоятельно.
— Вы прекрасны, мой король, — прошептала я и, вдруг испугавшись собственной смелости или глупости, подхватила юбки и дала дёру по извилистым дорожкам дворцового парка.
— Стой, — неслось мне вслед. Только остановить меня сейчас уже ничто не было способно.
27
Я бежала, не замечая любопытных взглядов, а в голове опять билась мысль, что Золушка из меня вышла бы отличная. Хорошо, что расслабилась не совсем, успела среагировать, когда меня перехватил Ифор.
— Что случилось? На вас напали? Вы ранены? Вас…
— Всё нормально, — смеялась я. — Просто кое-кто сегодня сделал глупость, — вздохнула, прерывая смех. Только улыбке это не мешало.
— Я вас не понимаю, — нахмурился Ифор.
— И не нужно. Главное, я в порядке, на меня никто не нападал и всё прочее.
Окольными путями мы прошли в мои комнаты. Ююка уже не требовала рассказа о маскараде, поняла, что я не любитель балов, ещё в новогодние балы. Зато Ифор вошёл в комнату, сложил руки на груди.
— Что случилось?
— Ты не отстанешь, — вздохнула я, не спрашивая.
— Нет. Я должен понять, что вас так напугало.
И вот я, как королева, могла ему ничего не объяснять, но ведь он уже был не просто подчинённый. Этот мужчина принял за меня стрелу,
