Читаем без скачивания Царство (огрызок 37 глав из ?) - CTEPX

дух! — Авраам усмехнулся и встал в боксёрскую стойку.

Котар вздохнул. Организм не скажет ему "спасибо", но и уклоняться от схватки не в его правилах.

6

— В итоге кампания свелась к избиению. Они ничего не могли нам противопоставить. Мы жгли их на поле боя. Мы жгли их на кострах аутодафе, — произнёс Ловчий.

Котар слушал неторопливую речь скитария и одновременно видел картины, оставшиеся в памяти этого измученного войной человека. И не убитых еретиков — неважно, женщин или мужчин, стариков или детей — Котару было жаль. Они заслужили страдания, предав Бога-Императора. Котару было жаль собеседника, навечно заключенного в тюрьму искусственной оболочки.

Ловчий даже имя своё — Ачиль — постарался забыть, чтобы как можно быстрее привыкнуть к жизни здесь и сейчас. Ловчий постарался забыть, а Котар, не зная, потревожил старые раны.

И всё же Котар ощутил некоторую гордость за то, что после стольких лет ещё способен на сострадание. Вот и главное отличие. Ни того, ни другого уже нельзя назвать обыкновенным человеком, но первый ещё цеплялся за прошлое, а второй смирился с изменениями.

— Будет интересно посмотреть, как они отнесутся к нашему возвращению, — продолжал Ловчий. — Смогут ли они без дрожи смотреть на коронованного ястреба, на капитана… вообще на любого члена нашей компании.

Врата на капитанский мостик открылись. Помяни чёрта, — появился Георг со свитой.

Котар слегка поклонился перед Ловчим и произнёс:

— Спасибо за беседу. Знай, я уважаю твою жертву и считаю тебя настоящим героем.

— Ага, — отозвался Ловчий и вздохнул. — Героем…

Котар перевёл взгляд на настоящего вольного торговца, на настоящих советников по финансам, настоящих бухгалтеров, на фальшивку из Караула Смерти и такого же дутого инквизитора.

Манрикетта Мурцатто, правая рука Георга, теперь играла роль инквизитора Ordo Xenos Гулы Энлил.

Выбор был сделан неслучайно.

Котар успел узнать, что, во-первых, госпожа Мурцатто немного похожа на инквизитора Энлил. Особенно в характерном для Гулы никабе.

Во-вторых, за время работы на инквизицию Георг собрал много материалов о своих нанимателях и даже завладел их архивом. Госпоже Мурцатто не нужно было ничего придумывать.

В-третьих, что самое важное, все представители инквизиции, с которыми имел дело Георг, погибли на Мордвиге-Прайм, и в нынешних обстоятельствах вряд ли кто знал об этом факте. Инквизиция перенесла свою штаб-квартиру в соседний сектор, не в силах что-либо поделать с ухудшающейся обстановкой.

— Приветствую, уважаемый Котар, — поздоровался Георг.

Авраам кивнул, Мурцатто и остальные люди из свиты вольного торговца сотворили знамения аквилы. Котар поклонился в ответ, а потом произнёс:

— Здравствуйте, капитан. Прежде, чем мы отправимся на встречу, хотел бы выразить протест. Всё это мероприятие оскорбляет инквизицию и власть Империума вообще. Я не могу не упомянуть это событие в своём докладе магистру.

Георг поморщился, вздохнул. Котар не стал читать его мысли, все чувства отразились у Георга на лице.

Несмотря на недовольство, Георг сказал:

— Мы с вами, уважаемый, относимся к разным мирам, с разными обязательствами и возможностями. К моему великому сожалению, Classis Libera не обладает авторитетом капитула первого основания. Мне приходится действовать хитрее, тоньше… наглее, да! Но делаю я это не только ради собственной выгоды, но и на благо всего человечества.

Котар хмыкнул, усмешка едва-едва отразилась на его лице.

— Ложь во спасение?

Георг бросил взгляд исподлобья и ответил:

— Называйте, как хотите. Вы, я смотрю, тоже решили поучаствовать, что странно для такого высокоморального сверхчеловека.

— Я действую инкогнито. Запомните это. Репутация Саламандр на кону. Я воспользовался вашим гостеприимством, — Котар провёл ладонью по своему облачению, — и об этом тоже упомяну в докладе, уже в положительном ключе. Вижу, вы готовы к сотрудничеству. Нужно ли это сотрудничество моему магистру, — вот в чём вопрос.

Котар снял с магнитной зацепки на поясе шлем и водрузил его на голову. Теперь никто посторонний и не догадается, кто перед ним. Никаких особых примет воина капитула Саламандр: на доспехах ни драконов, ни пламени; цвета не зелёные и не чёрные, а красные и синие, оружие не богато украшенное, а будто бы только с конвейера.

— Рад, что вы подобрали в арсенале что-то по плечу, — произнёс Георг без тени радости на лице. — А теперь, раз все участники в сборе, то пора за работу. Лас, что там у них с противокосмической обороной? Они в нас целятся?

— Нет, Георг, — ответил Лас Руиз с нависающей над мостиком площадки. — Высаживайся. Желаю удачи.

Георг повёл людей за собой, а Котар напоследок бросил взгляд в иллюминатор.

Глация напоминала снежный ком с ледяной шапкой и такими же замёрзшими горными хребтами, опоясывающими планету, разделяющими её невообразимые просторы грязно-серых пустынь. То тут, то там Котар подмечал чёрные точки, — обломки космических кораблей и орбитальных платформ, если верить рассказу Ловчего.

За Глацией пряталась старая звезда. Можно даже не жмуриться, Флайрант едва светился. Не пройдёт и десятка миллиардов лет перед тем, как этот белый карлик остынет и окончательно угаснет. Жизнь в звёздной системе исчезнет, даже если война или иное бедствие не покончит с ней раньше.

— Ну… ты идёшь? — спросил Авраам.

Котар кивнул.

Процессия отправилась в десантный отсек.

Было непривычно пользоваться чужим оружием и доспехами, а поэтому Котар спросил Авраама:

— Слушай, а почему Дух Машины считает тебя целью? Я всё пытаюсь убрать прицельную сетку, но доспехи, похоже, себе на уме.

Авраам усмехнулся и ответил:

— Покопайся в настройках, глянь, чьё производство. Именно по этой причине я и не пользуюсь техникой Исповедников. Их Духи считают себя больно умными.

— Исповедников?

— Ага. Капитул Стальных Исповедников. Как-то сцепились с ними, в кровь разбились. Кое-что из их имущества осталось на память, хотя и следовало это кое-что разобрать на запчасти.

— Погоди… Исповедники… это предатели что ли?

Авраам усмехнулся и отозвался:

— Ой… кажется, я наговорил лишнего. Ну ничего, сам бы обо всём узнал. Нет, не предатели, ставленники Марса во время кампании на Скутуме. У нас с ними была одна цель, и никто уступать не собирался.

Котар промолчал. Авраам добавил:

— И об этом тоже напиши в своём докладе. Озаглавь как-нибудь "отвратительный братоубийственный конфликт, ослабивший Империум".

— Это не шутки, — проговорил Котар.

— Поверь, "отвратительный братоубийственный конфликт" — естественное состояние Империума. Я уже со счёта сбился. Только с Георгом прошёл через пару-тройку десятков междоусобиц. Столько же с отцом