Читаем без скачивания Ротвейлер - Рут Ренделл

Ей захотелось наброситься на него, избить его кулаками, исцарапать. Вместо этого она спокойно закончила паковать вещи и, так как он не предложил помочь ей с чемоданами, сама вынесла их за дверь. Она пойдет с ними на работу, а после работы… Хорошо бы девчонки на работе позволили ей перебраться к ним в квартиру, которую они снимают. А если нет, то она вернется к родителям в Харлсден.

– Прощай, Уилл.

Он смотрел утреннюю передачу и даже не взглянул на нее.

– Пока-пока.

Чтобы объявить Джеймсу, что она не хочет его больше видеть, Бекки пришлось напиться. Она уже от Уилла вернулась нетрезвой. Дважды споткнулась на тротуаре, а один раз чуть не врезалась в чью-то машину. Водитель заявил, что она задела бампер, но следов не было. Намного хуже было слово, которым он ее обозвал: «алкоголичка, как тебе не стыдно».

Если бы она не была пьяной, она поняла бы, что навсегда прощаться с любовником по телефону – это неприличный и даже трусливый жест. Но дома ей показалось, что ее уносит приятной волной, которая смыла все ее сомнения. Она позвонила Джеймсу, сообщила, что их отношениям лучше положить конец, и попросила его не пытаться ее увидеть.

– Бекки, сколько ты сегодня выпила?

– Я не знаю. Не так уж много. Немного.

– Вероятно, ты думаешь, что я не замечал твоих торопливых выпивок за моей спиной. Я их очень хорошо замечал.

– Я тебя ненавижу, – сказала она невнятно, как Уилл. – Ты пури… пури… пуританский мора… моралист и зануда, и ханжа.

Она бросила трубку раньше, чем это сделал он. Он и правда был всем тем, что она перечислила, и, кроме того, плохо обращался с Уиллом, был нетерпелив и… многое другое. Что другое, она не вспомнила, потому что заснула.

На следующий день она почувствовала себя больной, позвонила в офис и сказала, что у нее грипп. Ей потребовалось все утро и почти весь день, чтобы с помощью аспирина и «Алка-Зельтцер» прийти в себя. Наступило время стыда и самокритики. К тому же она опасалась, что Ким Битти вчера заметила ее странное поведение. Но ей ведь на самом деле просто необходимо было выпить. Уилл никак не хотел уходить, он канючил, упрашивал ее позволить ему остаться, не заставлять его возвращаться на Стар-стрит. Сообщил, что был так счастлив эти два дня. Что в ее квартире достаточно места, и неправда, что у нее нет второй спальни. Места хватит, ему не нужно много.

Она уже очень давно не слышала, чтобы он так ныл. «Пожалуйста, пожалуйста, можно я останусь? Скажи, что я могу остаться, Бекки. Ну скажи».

– Разве тебе плохо с Ким? Ты ведь не один.

Он посмотрел на нее так, будто пытался вспомнить, кто такая Ким. А она-то надеялась, что у них все хорошо, и даже предполагала, что неизбежное наконец случилось, и они стали любовниками. Она поняла, что ошиблась. Неужели она подсознательно играла в этой истории роль сводни? Ее лицо запылало.

– Я правда хочу остаться с тобой, Бекки, ты ведь не будешь заставлять меня уходить, да?

Еще одна порция джина помогла ей продержаться некоторое время. Уилл угрюмо смотрел телевизор. Она заставила себя снова поднять этот вопрос, подождав, пока он перестанет канючить.

– Ты не можешь остаться здесь жить, Уилл. И не спрашивай меня больше об этом никогда. Сейчас я приготовлю тебе ужин, что-нибудь жареное, как ты любишь, а потом отвезу тебя домой.

Он ничего не ответил.

Кулон пропал. Несмотря на усталость, они долго обыскивали квартиру, спускались по лестнице, выходили на улицу, но все напрасно. Скорее всего, застежка оказалась слабой, и кулон соскользнул на землю, когда они бродили в толпе во время праздника.

Джулитта без конца повторяла, что хотела бы перевести часы назад. Она все отдала бы, лишь бы не надевать эту гадкую штуковину.

– Тебе нечего отдать, – зло проговорил Анвар, хотя знал, что у Джулитты еще осталась ее доля от десяти тысяч.

Он не собирался забирать их в счет кулона.

– Да ладно, уже поздно реветь. Ненавижу ноющих женщин.

Но Джулитта продолжала рыдать.

– Кто-то ведь нашел его, – и, не осознавая иронии, добавила: – Гребаные воры.

Флинт потащил ее домой. Было три ночи. Когда они ушли, Анвар приготовил себе какао и насыпал сверху шоколадной крошки. Напиток помог ему немного расслабиться. Это он, а не Джулитта, нарядившись в черный балахон, ходил на встречу с Квиком. Как он и планировал, скупой рыцарь принял его за девушку. Возможно, стоит и во второй раз сделать все самому. Но, с другой стороны, теперь их очередь…

Теперь пусть Флинт побудет добытчиком, а в третий раз, если повезет, наступит черед Джулитты. Маньяк слишком труслив и потому безопасен. Кифер, который умудрился вколоть себе героин сразу после метадона – очень опасная смесь, – стал заторможенным и совсем перестал говорить. Флинту с Анваром пришлось погрузить его в белый фургон и отвезти ко входу в больницу Святой Марии. Анвар, который временами любил поразглагольствовать сам с собой, подумал: «Вот что случается, когда деньги попадают в руки безмозглых и слабовольных».

Он допил какао, залез под пуховое одеяло и через две минуты уснул. На следующий день они встретились в два часа дня. Для Джулитты это было слишком рано, и она беспрестанно зевала. Она, похоже, оправилась от вчерашнего потрясения, хотя, возможно, и нет – трудно понять это, глядя на ее то и дело открывающийся рот. Они обсудили план второго сбора денег.

Флинту захотелось нарядиться в чалму и джеллабу, но он замолчал, когда Анвар сказал ему, что эти вещи принадлежат к двум разным культурам. Анвар решил, что лучше надеть просто черную куртку с капюшоном и темные очки.

– Я могу купить нос в магазине приколов.

– А у моей мамы есть парик, – вставила Джулитта. – Она носит его, потому что лысеет.

– Эй, шпана, не мешало бы подрасти, – перебил Анвар. – И прекрати зевать, на хрен. Задолбался уже смотреть в твою глотку.

В конце концов Флинт отправился в «Одеон» так, как предложил Анвар: в джинсах, кожаных ботинках, куртке с капюшоном и больших солнцезащитных очках. В карман положил свернутую сумку из универмага «Теско». Убийца должен был войти в кинотеатр в пять минут четвертого, но Флинт не удивился, увидев, как он переходит дорогу у автобусной остановки, с сумкой для ноутбука в руке. А сейчас только без трех минут три. Пусть помается. Все равно не уйдет до трех сорока пяти. Флинт решил пока выпить кофе.

Сидя в четвертом ряду, на крайнем справа месте, Джереми осматривал зал, пытаясь отыскать девушку в черном. Ее не было. Две пожилые дамы, женщина с ребенком лет шести, и несколько мужчин. Целых полчаса шли рекламные ролики и анонсы. Джереми еще раз огляделся, теперь он не был уверен, было ли в зале семь мужчин или меньше? А этот человек в черной куртке с капюшоном пришел позже или сидел с самого начала? Не так уж важно. Кто это, женщина или мужчина? Для мужчины слишком худой, даже для молодого. А руки, главный отличительный признак, скрыты перчатками. Это вполне могла быть та же самая девушка. Рост ее, и фигура такая же. Сдержав бесполезный вздох, он положил сумку под сиденье, встал и вышел.

Флинту, который когда-то мечтал о Голливуде, Болливуде или просто телевидении и все еще иногда воображал себя актером, сейчас представилась возможность сыграть девушку, неспешно покидающую кинозал. У шторы, отделяющей последний ряд от выхода, он задержался и минут пять постоял, глядя на экран. Потом спокойно пересел на место, где сидел Джереми. Наконец начался фильм. Жаль, что нужно уходить, кино ему показалось интересным. Работа есть работа, твердо сказал он себе, вытянул сумку из-под кресла, сунул ее в пакет и вышел. Никто не обратил на него внимания.

На Сент-Майкл-стрит Флинт с Джулиттой решили доверить вскрытие сумки Анвару. Он вынул пачки денег и пересчитал их. Пять тысяч.

На дне сумки лежал листок формата А4 с текстом, набранным на компьютере.

Анвар прочел записку вслух:

«Вы получили с меня уже 15000, и этого достаточно. Если планируете просить больше, подумайте еще раз. Я больше не заплачу вам, грязным воришкам, ни пенни. Угрожайте сколько влезет. Вы вытянули все мои сбережения, и больше у меня ничего нет».

– А что значит «пенни»? – спросила Джулитта.

– Это пенс, корова глупая. Мелкая медная монетка.

– А зачем нам у него ее просить?

– Отвали, а? – сказал Анвар. – Так значит, «подумайте еще раз». Я и думаю, и вот что надумал. Этот урод сделает все, что мы скажем. Между прочим, пока эта дура не потеряла кулон, я собирался завязать с этим маньяком, – он угрожающе посмотрел на Джулитту, которая открыла рот, собираясь просить его расшифровать эти слова. – Но теперь придется вытянуть из него еще пять штук. Он сам напросился – теперь получит. Вернее, мы получим.

– Хорошо подумал, – одобрил Флинт.

Глава 27

Ну конечно, она и правда собирается выйти за него. Инес могла не сомневаться. Разве Инес все еще не получила приглашение? Не получила и не собиралась приходить.