class="title1">
Глава 26 «И треснул мир…»
Чем страсть сильнее, тем печальней бывает у нее конец. (Уильям Шекспир)
Знаете, что человек может умереть изнутри? Он ходит, дышит, ест, но при этом пуст внутри. Именно это случилось с Люси.
К счастью, её никто не трогал во время пар в университете, куда она заставила себя пойти на следующее утро, проведя бессонную ночь. Просто оставаться в квартире оказалось выше её сил. Видимо, отсутствующий взгляд девушки говорил сам за себя. В кафе сегодня была не её смена, что радовало и было на руку. Ей незачем новые расспросы, а не заметить опухшие и покрасневшие глаза мог только слепой.
Ничего не замечая, Люси плелась домой. Вокруг неё шумел Нью-Йорк, куда-то спешили люди, но она ничего не видела и не слышала. Она даже не заметила, когда её несколько раз толкнули. Единственное, что она увидела за всю дорогу – это рабочие в оранжевых костюмах, выносящие вещи из соседней квартиры. Его квартиры.
Стало горько. Она настолько противна ему, что, не теряя времени, он решил переехать подальше. Он бежит от неё, как от чумы.
Часто заморгав, прогоняя новые слёзы, Люси проскользнула к себе, подавив желание узнать, куда перевозят мебель. Теперь ей должно быть всё равно. Однако сердце протестующе сжалось, не желая мириться с потерей.
На мобильный пришло сообщение от Грея, которому она приказала отписываться каждый день, но Люси не стал его читать. Не сейчас. Она просто не может говорить с Греем в таком состоянии, ведь он сразу поймёт, что что-то произошло, а она точно не сдержится и разревётся у него на глазах. Пусть он лучше ничего не знает. Ему и так хватает проблем и волнений, а тут ещё она.
«К тому же он друг Найла, а не твой», – Люси закусила губу, осознавая истину. Если выбирать с кем общаться, Грей явно останется с лучшим другом. И она поймёт его выбор.
Вот так бывает, что чуть познакомишься с человеком поближе и вдруг понимаешь, что мог бы с ним подружиться. Что он стал бы тебе другом, может быть, самым лучшим, всё понимающим другом. Вот только жизнь разводит в разные стороны, не спросив разрешения.
Остановившись у зеркала, Люси взглянула на своё отражение, поправляя волосы. Вроде всё та же, но нет прежнего радостного блеска в глазах. Взгляд остановился на шее. Золотая цепочка занимала привычное место и гордо гласила «Lucy». Она дотронулась пальцами до блестящей на солнце надписи. По щеке покатилась слеза.
Резким движением Люси сорвала с себя цепочку. Решение пришло неожиданно. Выбежав на площадку, она заметила, что рабочие выносят инструменты Найла. Подловив момент, пока один из них отвлёкся, она ловко засунула цепочку в чехол с гитарой. Пусть она возвращается к тому, кто когда-то её подарил и не напоминает лишний раз о потере.
Хотя избавиться от цепочки это всего лишь жалкая попытка стереть частичку воспоминаний о Найле. Но ведь он успел «наследить» и в её квартире, и в кафе, и на улицах Нью-Йорка. Она потеряла его. Он ушёл, но оставил когда-то прекрасные, а теперь болезненные воспоминания. Оставил повсюду.
Люси поспешила вернуться в квартиру. Захлопнув за собой дверь, она остановилась в центре гостиной, не понимая, что теперь делать. Пустым взглядом обвела комнату и опустилась на диван. Осознание всего произошедшего навалилась резко: это не крупная ссора, а конец.
Всё кончено. Действительно кончено! Он больше не придёт, не будет свиданий, объятий, сводящих с ума поцелуев и головокружительных ночей. Теперь они никто друг другу. Люси всхлипнула, обхватывая колени руками и раскачиваясь из стороны в сторону. Резко не осталось злости и обид. На плечи навалилась жгучая боль и отчаяние. Почему она не заметила момент, когда всё изменилось? Будь она внимательнее, то смогла бы спасти их отношения, избежать ссор. Или же всё бесполезно, если он никогда не любил её?
Рыдания заполнили пустую квартиру, и даже Нью-Йорк за окном, казалось, затих, соболезнуя хрупкой девушке и переживая вместе с ней её горе.
***
С расставания прошло два дня, и надежды на то, что это был просто жуткий кошмар, рухнули. Найл не вернётся. Он испарился, оставив после себя разбитую девушку.
Рвано выдохнув, Люси опустилась на свою кровать, забираясь на неё с ногами. Резко стало жутко холодно, словно она забыла закрыть окно, впуская в комнату зимний воздух. Пришлось закутаться в плед, но мерзкое ощущение никуда не пропало. Она замёрзла внутри.
Люси сжала кулак, поднося к тому месту, где должно находиться сердце. Кроме холода и боли она чувствовала кое-что ещё. Одиночество. Жуткое и невыносимое.
Горько это признавать, но она чувствовала себя потерянной пятилетней девочкой, невыносимо нуждающейся в матери. В её любви и заботе. Хотя Люси не отказалась бы от любой поддержки, главное пусть хоть кто-нибудь скажет, что всё будет хорошо. Что раздирающее изнутри чувство пропадёт. Что она опять научится дышать полной грудью.
***
Люси сидела на диване с большой упаковкой шоколадного мороженого, пытаясь отвлечь себя от тяжёлых мыслей сериалом. За последнюю неделю она похудела из-за плохого аппетита, взяла больничный на работе, но продолжала ходить на пары, лишь бы сбежать из квартиры, приносящей боль воспоминаниями.
– После разрыва определенные улицы, места, даже время становятся запрещенными. Город превращается в пустынное поле битвы, заполненное минами воспоминаний. Надо внимательно смотреть, куда наступаешь, иначе тебя разорвет на куски, – Люси усмехнулась, съедая очередную порцию мороженного. За что она всегда любила сериал «Секс в большом городе», так за проницательные мысли Кэрри Брэдшоу. Вот и сейчас она попала в точку.
Ходить по Нью-Йорку стало невыносимо, как и находиться в своей квартире. На улицах она постоянно оглядывалась, ожидая увидеть Найла или замечая его в прохожих, а дома ждёт звонка в дверь и того момента, как он бесцеремонно ворвётся в квартиру, в привычной манере нарушая спокойствие.
Люси вздрогнула и чуть не выронила упаковку, когда в дверь действительно позвонили. Она глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться, но сердце продолжало быстро стучать, отдавая каждый удар в висках.
Люси подавила вздох разочарования, когда в квартиру прошла мрачная Эрза.
– Мы расстались, – Люси вздрогнула от неожиданной фразы подруги. – Мне надоела его ложь.
Эрза уселась на диван, где до недавнего времени сидела сама хозяйка квартиры и схватила упаковку мороженного.
– А ещё есть?
Люси кивнула, доставая из холодильника ещё одну упаковку, но на этот раз с апельсиновым вкусом. Эрза благодарно улыбнулась, внимательно рассматривая обстановку. Увиденное ей не понравилось.
– А у тебя
