Кроме того, негативно сказывается на качестве работы СКП РФ то, что его деятельность оценивают количественными методами. Следователям важно представить статистику: столько-то дел возбудили, столько-то закрыли. Эффективность расследования стоит на последнем месте.
Следователь СКП РФ может открыть дело только при условии, что у него будет достаточно данных, указывающих на признаки преступления. Чтобы отделить «зерна от плевел», следователь проводит доследственную проверку. Но на доследственную проверку выделяют всего три дня, а полномочия следователя во время проверки ограничены. Так, он не может проводить обыски, выемки, следственные эксперименты, допросы, очные ставки и др. Этого недостаточно, чтобы разобраться в деле. Как результат, следователям проще и удобнее вовсе не возбуждать уголовное дело. Ведь, согласно директивам «сверху», любое открытое дело, в котором следствие установит отсутствие состава преступления или невиновность лиц, будет расценено как брак в работе следователей.
Кроме того, у СКП РФ не хватает ресурсов для эффективного расследования дел, связанных с пытками: недостаточно отделений бюро судебно-медицинских и недостаточно компетентных работников.
Если гражданину отказано в возбуждении уголовного дела, максимальное, что он может сделать — обжаловать решение следователя в суде. Однако единственное, что может сделать суд, это постановить устранить допущенные следователем нарушения. Судья не сможет повлиять на ход следствия — это находится вне его компетенции. И все повторится снова. «У меня лично в адвокатской практике многократно случались случаи, доходило до нескольких — до 10 раз — вот этих постановлений об отказе. Преодолеть это очень трудно, — говорит в эфире „Русской службы новостей“ адвокат Джалиль Сирожидинов. — Граждане спрашивают адвокатов: „Как же так? Очевидное ведь преступление, нужно туда обратиться, сюда обратиться“. На самом деле, таких возможностей немного. Этот путь, к сожалению, извилист, тернист. Тут ничего мы не поделаем. Само законодательство таково, что не оставляет нам таких серьезных возможностей, чтобы это все преодолеть».
Фонд «Общественный вердикт» предлагает 5 шагов, которые необходимо сделать государству для повышения эффективности контроля за органами МВД:
• повышение независимости расследования пыток путем организационного разграничения расследования пыток и расследования общеуголовных преступлений;
• корректировку системы оценки следственных органов с целью устранения препятствий для своевременного возбуждения уголовных дел по жалобам на пытки и введению контроля не только за количественными показателями, но и за качеством работы следователей;
• расширение возможностей для своевременного проведения качественных медицинских освидетельствований и экспертиз в рамках проверок и расследования жалоб на пытки, включая необходимое обучение судебно-медицинских экспертов и следователей;
• повышение знаний следователей о методах расследования пыток, включая издание соответствующих методических рекомендаций по расследованию этого вида преступлений;
• корректировку практики судебного контроля за эффективностью расследования жалоб на пытки и качества рассмотрения судами жалоб на пытки, выдвигаемые подсудимыми в процессе судебного рассмотрения предъявляемых им обвинений.
В 2009 году министр внутренних дел Рашид Нургалиев выступил с заявлением, всколыхнувшим общественное мнение. Он напомнил россиянам о праве необходимой самообороны. Это право дает возможность любому гражданину защищаться в случае любого незаконного нападения, в том числе и нападения сотрудника милиции. Министерство внутренних дел пояснило, что дать сдачи сотруднику милиции гражданин может, «если поведение сотрудника милиции выглядит неадекватным, если с его стороны звучат необоснованные угрозы и, тем более, если он применяет насилие», приводит агентство РИА «Новости» слова начальника Управления общественных связей МВД России генерала-майора милиции Валерия Грибакина.
Однако юристы предостерегают от попыток оказать сопротивление милиционеру. Слишком велика вероятность, что такие действия обернутся против защищавшегося. Между тем законодательство предусматривает жесткие меры по отношению к посягнувшим на жизнь сотрудника правоохранительного органа: лишение свободы на срок от 12 до 20 лет, или пожизненное лишение свободы, или смертную казнь.
Неужели от милицейского беспредела у гражданина нет никакой защиты? Если насилия не избежать, то хотя бы бороться за то, чтобы противоправные действия не остались безнаказанными — необходимо. Юрист Анастасия Жукова рассказала Финам. инфо, как нужно действовать, если вы пострадали от милиционеров, злоупотребивших своим положением. По факту избиения сотрудником правоохранительных органов необходимо немедленно зафиксировать все телесные повреждения в ближайшем травмпункте или вызвать «Скорую» в случае, если все произошло на территории участка. Все звонки в отделениях фиксируются — это сыграет вам на руку. Затем обратиться с заявлением о привлечении к уголовной ответственности лиц, злоупотребившим своим положением, в прокуратуру и службу собственной безопасности этого отделения милиции. Заявление пишется в свободной форме на чистом листе бумаги. В шапке необходимо указать: название прокуратуры, адрес, имя заявителя и паспортные данные. К заявлению нужно приложить список свидетелей, если таковые есть. Если вам отказано в возбуждении дела, вы можете обжаловать соответствующее постановление об отказе возбуждения дела в порядке статьи 125 УПК РФ.
В октябре 2009 года начальник ГУВД Москвы Владимир Колокольцев рапортовал, что жалоб о нарушениях закона сотрудниками московской милиции стало меньше. Очень показателен комментарий на эту тему преподавателя Высшей школы экономики Кирилла Мартынова порталу «Актуальные комментарии»: «Счастье начальника ГУВД состоит в том, что наши граждане еще не поняли, что на милицию и на их ежедневный произвол нужно ежедневно же жаловаться, иначе у них просто перестали бы работать канцелярии, ведь им привезли бы такую кипу бумаги со всей Москвы — это если бы все люди, которые сталкиваются с произволом, написали бы по заявлению, что они просто перестали бы работать. Поэтому наша задача состоит в том, чтобы люди просто знали свои права и при встрече с милицией знали, что милиционер может с него потребовать и чего не может, и тогда я думаю, что господину Колокольцеву труднее бы на свете жилось».
