- Я! - Тут же влезла брюнетка, но ей был адресован скептический взгляд в исполнении меня, такой умной, грозной и важной (так, скромнее, Ваше Высочество, скромнее надо быть). И, конечно же, наших дорогих хозяев. Меня, кстати, удостоили сочувствующим, да к тому же ещё и с долей жалости. Обожаю, когда со мной, как с умалишённой обращаются, просто гордость за всех блондинок мира берёт! А, ну ещё самомнение повышается, вместе с желанием возглавить армию себе подобных. Так сказать, Её Величество, Блондинко Первая.
И неповторимая... Ибо судя по смешкам со стороны дверного проёма, все свои мысли я озвучил вслух... Нда, мальчикам надо было кляп притащить с собой. И заткнуть некую чересчур болтливую особу, да так, что бы прожевать затычку она даже при всём своём желании не смогла. Правда, делиться этой умной мыслью я не буду. Оставлю её до лучших и более спокойных времён.
- Лили, я тебя просто обожаю, - нервно хихикнула Касси. - Ты умудрилась одной тирадой высказаться об умственных особенностях светловолосых девушек, намекнуть на собственное честолюбие, а так же заинтересованность в получении власти и насмешить наших друзей.
- Честно говоря, дорогая, я ещё и не закончила, - задумчиво протянул, почесав затылок. Почувствовала, что сломала последний целый ноготь и захотела покусать кого-нибудь. Согласна, даже Охотников погрызть, лишь бы не мне одной было столь печально. А то изображаю тут клоуна... Нет, ну по аплодировали что ли.... Для приличия.
- Алладия, а разве вы не хотите узнать ответ на свой вопрос, м? - Насмешливо протянул Эзариус, приближаясь к нам. Взяв меня за руку, потянул на себя и, как только я поддалась, легко отшвырнул за спину. Понятно дело, что моя бедная тушка преодолела разделяющее меня и Лиардея расстояние и совершенно спокойно рухнула на руки второму Охотнику. На душе заскребли кошки, завыли собаки, волки, зарычали медведи... В общем, собрался весь известный мне зверинец, вместе с пессимизмом нести огромный транспарант, на котором написано "Ты вляпалась!". А то я без них не знаю...
Эзариус склонился к Касси, как-то совершенно бездумно вытащив прядь волос из причёски подруги. Поднеся оную к носу, вдохнул запах (меня передёрнуло, в который раз уже), потёр её между пальцами и чуть потянув, отпустил, что бы тут же вцепиться в подбородок брюнетки. Та с ТАКОЙ "любовью" смотрела на него, что я бы, на его месте, закопалась в ближайшей канаве метров на пять вглубь.
- Знаешь, она ведь не простая девушка. И отнюдь не Хранительница леса. Во всяком случае, она не всегда была таковой, - Лиардей крепко прижимал меня спиной к своей груди, его горячее дыхание обжигало мою кожу. - А знаешь, кем она была по рождению?
- Не смей говорить об этом! - Несколько истерично воскликнула Касси, однако, хлёсткий удар по лицу заставил её замолчать. Только на побледневшем лице выделялись слишком глаза, полные боли и ненависти. И этого в них было столько, что можно утонуть и не заметить этого. - Ублюдки...
- Возможно, - хмыкнул Эзариус и продолжил говорить. - Наша милая Касси последний, оставшийся в живых эльф. Причём не какой-нибудь рядовой эльфёнок, нет наша златокудрая малышка. Перед нами единственный представитель королевской крови и наследник эльфов. Как тебе такой поворот, а, блондинка?
- Сукин сын, - выплюнула брюнетка, но в её голосе не было злости. Утрата, потеря, горечь, это да. И ещё что-то... Непередаваемое... Такое бывает только у тех, кто знает вкус смерти близких.
- Убери свои руки от неё, удод крашенный, - неожиданно для себя самой спокойно, совершенно беспристрастно и равнодушно бросила я.
- Да ты никак свою товарку защищаешь? - Хохотнул Лиардей и вдруг отшвырнул меня снова на Эзариуса. Складывается впечатление, что я что-то вроде снаряда для этих двоих. Наверное, мне стоит быть благодарной за то, что ногами хотя бы не пинают.
Хотя, возможно они просто ещё не дошли до этого способа воздействия на болтливых девушек.
- Она мой друг, - тем же тоном проговорила, с трудом поднимаясь на ноги, так как Охотник даже и не подумал меня ловить. Поэтому бедная девочка в который раз поцеловалась с твёрдой поверхностью. Любит меня земля. И я её люблю. Ну вот, у нас всё по взаимности, оказывается.
Выровняв дыхание, пошатываясь добралась до Касси и упала на колени прямо перед ней. От резких передвижений тела в пространстве, меня замутило, к тому же рана на виске открылась и теперь кровоточила, принося противные ощущения. А про спину лучше молчать, иначе создаётся впечатление, что я на каком-то кругу ада... Бегаю. Форму поддерживаю, мать её...
Нда, если верить зловещему молчанию за моей спиной, мне вообще надо было родиться немой. Как минимум.
- Глупенькая, маленькая девочка, - хохотнул Эзариус и, взяв меня за горло, прижал к стене вяло сопротивляющуюся тушку (я сейчас даже таракана задавить не смогу, сил нет), медленно, но верно лишая мой организм такого необходимого ему воздуха. При этом он смотрел не на меня, как жертву его неправильных наклонностей, а на Касси, повисшую на его руке. Честно говоря, никакой помощи от этого действа не было, только воздуха меньше стало, потому как Охотник рефлекторно сжал пальцы сильнее. Заметив, что жертва начала бледнеть и закатывать глаза, Эзариус презрительно хмыкнул и чуть ослабил захват, позволив мне судорожно вдохнуть воздух. Это немного отрезвило и заставило мозг начать соображать. Ну или хотя бы воспринимать происходящее.
- Отпусти, урод, - прохрипела, царапая его руку остатками маникюра и дёргая не желающими слушаться пальцами рукав шёлковой чёрной рубашки, одетой на этом чёртовом садисте. Они вообще оба предпочитали нам являться в тёмных цветах и изысканных нарядах. У меня сложилось мнение, что они хотят произвести на нас впечатление. Только вот на кой хрен им это надо... Большой такой вопрос, как и то, кто же их нанял.
- Не хами, маленькая, - откликнулся на оскорбление вместо Эзариуса Лиардей. - Хоть заказчик и настаивал на том, что бы мы привезли тебя целой и невредимой, я не думаю, что он сильно расстроиться если мы чуть-чуть подправим твою внешность, для Эз?
- Конечно, Лиар. Всё же мы работаем не только ради денег, но и чисто из эстетического удовольствия. Понимаете, девочки, нам просто нравиться видеть вашу панику, страх и боль, - подтвердил тот, приблизившись к моему лицу и обдав горячим дыханием мне висок. - И ты, Алладия, даже не пытаешься скрывать это, не так ли?
- Я не камень и в отличие от вас умею чувствовать, - прошипела ему в ухо и устав висеть просто так, ударила его ногой в живот.
К собственному удивлению, попала. Причём, хорошо так попала, чувствительно, если посмотреть на то, как прыгает мальчик-зайчик, на пяточках. Неправильно поступает молодой человек. Вот если бы я его по мужскому половому органу ударила, тогда можно и на пяточках, а тут надо просто отдышаться немного. Ну и дать возможность жертве смыться, жаль только вряд ли подобное возможно. Даже теоретически.
Я вжалась спиной в кладку и только сейчас, спустя дня три, если не четыре, умудрилась рассмотреть своих пленителей.
Два парнишки, схожие в своих манерах, жестах, мимике и прочем. Даже в одежде. Только что Эзариус повыше, да волосы у него скорее чёрные, тогда как у Лиардея они каштановые, ближе к коричневому. Глаза узковатые, словно эта парочка всё время щуриться на яркий свет, а уж про их цвет я предпочитаю промолчать. Тёмно-багровый у меня ассоциируется с кровью, и вряд ли я ошибусь, сказав, что разозлив этих двоих окончательно и бесповоротно, моя родная и дарящая жизнь кровушка прольётся на землю.
Хорошо сложены, жилистые и подтянутые. Поджарые, в какой-то степени. Белоснежная кожа, заострённые уши и клыки, обнажаемые в обворожительных улыбках.
И всё для нас двоих, для нас любимых... Судьба, ну не охренела ли ты?!
- Сука, - Лиардей рванул ко мне и со всего маху ударил меня кулаком в живот. Мешком свалившись на пол, сжалась в комок, пытаясь закрыть голову от сыпавшихся градом ударов. Получалось слабо, но лучше хоть что-то, чем совсем ничего. Закрыв глаза, мысленно попыталась абстрагировать от этой ситуации, но когда тебе в тело, то тут, то там, врезается твёрдый, заострённый носок сапога, коему придали приличную скорость и силу... Не получается, это не то слово.
Охотник бил чётко, размеренно. И удары старался наносить так, что бы большей своей частью они попадали по менее защищённым местам и туда, где красивые. Фиолетовые, с синим, и жёлтым синяки не будут заметны для посторонних.
Сознание решило покинуть бренное и несчастное тело, но делало это медленно, словно нехотя. И едва я начала только терять сознание, как раздался возмущённый вопль в исполнении Касси:
