Рэп весь день ничего не ел. Кусок жареного мяса был бы сейчас очень кстати. Но наступил момент, которого он в глубине души боялся больше всего. Запах Клевера увели. Рэп остался на возвышении вместе с Большим Вороном и – Маленьким Цыпленком, по-прежнему сидящим в середине комнаты. Тот знал, что его ждет. Он поднялся и подошел ближе, высоко подняв голову, несмотря на свою наготу. Затем упал на колени перед Рэпом.
– Моя жизнь ничего не стоит, – объявил он, как предписывалось правилами, – и должна быть короткой. Пусть моя смерть будет долгой. – После этого он не мигая уставился на Рэпа.
Рэп глядел на него в изумлении. На месте Маленького Цыпленка он был бы бледным и дрожащим, как студень. Ему что, действительно все равно? Но тут же он увидел едва заметные признаки страха – напряженные мускулы шеи, застывший взгляд, капли пота на лбу. «Только храбрый знает, что такое страх, – часто говаривал сержант Тосолин, – потому что он сумел победить его!» Рэп почувствовал восхищение. Маленькому Цыпленку было страшно, но он сумел победить свой страх.
– Знаешь ли ты наши обычаи? – спросил Большой Ворон.
Даже и без предупреждений загадочной старухи Рэп не собирался причинять какой-либо вред юноше, но он не удержался от небольшой мести за постоянные издевательства.
– Пожалуй, – сказал он, – Маленький Цыпленок подал мне много хороших идей.
Большой Ворон казался довольным.
– Как ты хочешь работать? – спросил он. Видя, что Рэп колеблется, он объяснил, что некоторые предпочитают подвешивать жертву за руки, чтобы зрителям было виднее, другие же растягивают ее на полу, чтобы было удобнее, или на козлах. Выбор был за Рэпом, ведь это было его зрелище.
Рэп нахмурился, как будто бы в раздумье. Затем он обратился к жертве:
– А как ты предпочел бы?
Маленький Цыпленок принял это абсолютно серьезно.
– На полу! – убежденно сказал он. – Длится дольше! Рэп почувствовал укор совести. Дразнить человека в такой ситуации само по себе было пыткой.
– Я не хочу делать этого! – заявил он. Отец и сын были потрясены.
– Ты должен! – закричал Маленький Цыпленок в ужасе. – Я скажу тебе, что делать! Много мучений, много боли!
– Молчи, падаль! – Большой Ворон повернулся к Рэпу. – Кто тогда должен сделать это за тебя? – Возможно, он надеялся, что заменит Рэпа в пытках, как заменил его в женитьбе, чтобы отомстить сыну, опозорившему его и его дом.
Рэп весь покрылся потом, и отнюдь не только от гудящего очага позади. Он подозревал, что если скажет что-то не то, то вполне сам может оказаться на месте жертвы. Но еще хуже было сознание того, что судьба Маленького Цыпленка все равно предопределена. Самое большее, что мог сделать Рэп, это приняться за дело и вызвать быструю смерть жертвы якобы вследствие своей неумелости. Способен ли он на это?
– Что будет, если я не захочу, чтобы кто-то другой это делал?
Маленький Цыпленок взвыл и обхватил ноги Рэпа.
– Нет! – закричал он. – Я делаю прекрасное зрелище! Я умираю долго! Много боли! Долгие мучения!
Невероятно! Рэп смотрел на него, онемев. Что вообще могло быть хуже, чем то, чего он просил?
Большой Ворон побагровел от ярости.
– Ты позоришь наш дом! – зарычал он, свирепо глядя на Рэпа. – Ты разочаровываешь наших гостей!
– У моего народа это не принято! – возразил Рэп, так же яростно сверкая глазами. Он давно обнаружил, что иногда единственным способом переупрямить старого Хононина был такой вот упорный взгляд. На Большого Ворона он, однако, не подействовал.
– Мы твой народ! Род Ворона!
– Но я принадлежу и к другому народу. Вождь просто кипел от гнева.
– Оскорбление! Предатель! Тебе не место в этом доме! Уходи! Бери эту падаль с собой!
Рэп представил арктическую ночь, ожидающую его снаружи. А у него только одежда из оленьей кожи, да и то неизвестно, разрешат ли ему забрать ее с собой.
– Я твой гость, – сказал он твердо. – У меня был прекрасный меховой костюм. Ты прогоняешь гостя, а меха оставляешь себе?
Рэп знал, что случилось с его мехами. Знал это и Большой Ворон, но он не догадывался, что это известно Рэпу. Он нахмурился и огляделся вокруг.
– Твои меха найдут. Ты уйдешь завтра. – Он посмотрел на ползающего на полу Маленького Цыпленка, который выл и мазал себе лицо грязью. – И забирай падаль с собой!
Зрители были явно недовольны и разочарованы, но похоже было, что Рэпу дадут уйти спокойно. Было ясно также, что у него будет спутник, причем такой, который не задумается свернуть ему шею при первом удобном случае.
Но Маленького Цыпленка было гораздо труднее убедить, чем его отца. Он встал на колени и протянул к Рэпу стиснутые руки в последней попытке убедить его.
– Плоский Нос! Не оставляй меня в таком позоре! Я делаю хорошее зрелище! Ни разу не кричу! Долгая, долгая боль!
Его отчаяние было так искренне и так сильно, что Рэп на минуту засомневался. Он определенно схитрил во время поединка, лишив Маленького Цыпленка ожидаемой легкой победы. Было ли честно лишать его и заслуженной смерти, которой он так жаждал? Казалось, что молодой гоблин не сможет спокойно жить после такого позора… Но ведь Рэп тоже хотел жить в ладу со своей совестью, и он был победителем. Он покачал головой.
Тогда здоровый и сильный гоблин откинул голову назад и издал долгий-долгий горестный вопль. После этого он встал и выскользнул из дома, сгибаясь пополам от невыносимого стыда, прикрывая руками свою наготу.
Судя по виду Большого Ворона, Рэп не мог больше находиться на почетном месте. Он собрался уходить, но вдруг увидел лежащие перед ним подарки. Рэп быстро наклонился и взял их, рассчитывая уговорить Маленького Цыпленка их принять. Затем он пошел к выходу. Гоблины расступались, презрительно глядя на него.
Большой Ворон протянул руки к собравшимся.
– Племя Ворона никогда не лишает своих гостей обещанного удовольствия! Больше еды! Больше пива! Чип-Чип, Оперившийся Птенец, быстро сюда!
Колени Рэпа задрожали от страшной догадки – он только что обрек одного из мальчиков на мучения, предназначенные Маленькому Цыпленку. Он подумал, что тот больше заслуживает их, но потом вспомнил, что только его неожиданное появление и предательство Дарада помешало одному из этих двоих занять его место. Так что ничто не изменилось. Это не его вина.
Рэп прошел через толпу зрителей, некоторые из которых все еще бросали на него гневные взгляды, и остановился в смущении. Здесь у него не было друзей, но ночевать в домике мальчиков он больше не мог, так что придется остаться. Вдруг на его плечо легла рука, тяжелая, как падающее дерево. Обернувшись, он оказался лицом к лицу с Маленьким Цыпленком.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
