– Иди, – сказал Дима, вручая бритоголовому бомбу. – Как и договорились, положишь ее за икону.
Дима и Артем спрятались в тени массивного обелиска и наблюдали, как тень шмыгнула к часовне.
– Что-то он долго возится, – заметил Артем.
Дима промолчал, глянул на светящийся циферблат часов. Вернулся Альфред.
– Часовня закрыта на замок, – шепотом сказал он.
– И что ты предпринял?
– Положил бомбу у стены. Не совсем рядом, а поодаль. Там какие-то людишки шастали. Ты же сам сказал… Главное, взрыв.
– Ну и молодец! – неожиданно прореагировал Дима. – Пошли отсюда. Ты дорогу знаешь?
– Знаю, – повеселел Альфред. – Через сколько рванет?
– Минут через двадцать.
– Самый раз. Побежали!
– Да ни к чему особенно спешить.
– Тогда ладно. Доверяю чутью руководства.
Артем фыркнул.
– Ты вот все время ругаешь евреев. Лично тебе они что-то плохое сделали? – с любопытством спросил Дима.
– Евреи-то?.. – Альфред задумался. – Да, честно говоря, нет. Откровенно, у меня и евреев знакомых почти не имеется. Правда, в коммуналке нашей жил один – Рабин, хороший старик, фронтовик. Мы его Соломоном Плешивым звали. Обязательно гостинец на праздник даст, печенье там или шоколадку. А так, близких знакомых, в общем-то, не имел. Попадались… разные, некоторые противные, другие – так себе. Люди как люди. А почему ругаю? Нужно же кого-то ругать. Вот я жидов и поношу. А все почему: с детства меня все тюкали. Жали, гнули… Вот я и озлобился. Мать у меня… несчастная женщина, между нами. Все мужиков меняла… Она, как что, за ремень хваталась или так… рукоприкладствовала… Помню раз, где-то купила коробку конфет шоколадных. Красивая такая коробка. Вся расписная. «Сказки Пушкина». Ну, мы с братцем Пашкой вокруг нее кругами ходили. Я первый не утерпел… Съел несколько штук. А Пашке не сказал. Мать пришла с работы, что-то ей взбрело в голову посмотреть. Открыла коробку, а там недостача. Она Пашку схватила за вихры: «Ты?» Он молчит. И давай его, бедолагу, трепать. А он и вправду был бедолага, через год от дифтерита помер: прививку вовремя не сделали. Отметелила пацана за милую душу. А я так и промолчал. Потом себя корил, особенно после того, как он умер… И до сих пор спокойно вспоминать не могу. – Альфред тяжело вздохнул. – Пригнули душонку… Сколько там до взрыва осталось?
– Пять минут.
– Давайте где-нибудь присядем, послушаем…
– Да хотя бы вот тут, – Артем указал на едва видную в полумраке большую скамью возле какой-то могилы.
Ребята уселись и стали напряженно ждать. Прошло пять минут, потом еще пять…
– Тихо, – наконец вымолвил Артем. – Может, мы прослушали?
– Что за глупости! Если бы взрыв произошел, его бы и покойники услышали. Просто его не было.
– Как же это может получиться? – с неподдельным удивлением в голосе спросил Альфред.
– Не знаю. Может, что с часами? Давайте еще подождем, – предложил Дима.
Ребята безмолвно просидели еще минут десять.
– Все, – наконец сказал Альфред. – Ждать больше не имеет смысла. Что теперь делать?
– Нужно пойти туда и забрать бомбу, – предложил Артем.
– А если ее уже забрали? – металлическим голосом сказал Дима.
– Кто?! – в один голос спросили соратники.
– Мало ли…
– Ты на что это намекаешь?! – с угрозой в голосе спросил Альфред.
– Да, командир, выражайся яснее! – поддержал Артем.
– Я и так выразился предельно ясно, – отчеканил Дима, – взрыва нет, значит, бомбу нашли и обезвредили.
– Стойте тут! – скомандовал Альфред. – Я сейчас туда сбегаю и разберусь. – Он со всех ног бросился по направлению к воротам.
– Что ты обо всем этом думаешь? – осторожно спросил Артем.
Дима молчал. Казалось, он о чем-то напряженно размышлял.
– Если Альфик сейчас не вернется, значит, он стукач, а нас вот-вот арестуют. Что ты все молчишь?! Скажи хоть что-нибудь?!
Вдали послышался шум бегущих ног.
– А вот и он, – произнес Дима.
Вернулся запыхавшийся Альфред.
– Вот она, бомба, – закричал он, потрясая коробкой.
– Ты бы поосторожнее, – испуганно сказал отпрянувший в сторону Артем.
– Цела-целехонька, – радостно сказал Альберт, – так и лежала там, куда я ее положил. Все запчасти на месте, я посмотрел под фонарем. Наверное, неисправна, – весело добавил он.
– Наверное, – равнодушно произнес Дима.
– А я даже рад, что ничего не случилось, – неожиданно заявил Артем. – Как-то это не по-человечески – взрывать христианские святыни, да еще по ночам…
Ровно в десять все участники вчерашнего инцидента на Ваганьковском кладбище присутствовали на квартире у Димы. Он выглядел слегка взволнованным.
– Приказано быть в одиннадцать возле станции метро «Беляево» на Профсоюзной улице. Там нас должен ждать микроавтобус «Рено».
– Куда мы поедем? – тревожно спросил Артем.
– Куратор сказала: «Должны отчитаться».
– Не нравится мне все это, – хмуро заметил Альфред. – Куда-то ехать… Зачем?
– Может, не пойдем? – предложил Артем. – Придумаем отговорку: заболели или еще какая канитель.
– Придется ехать! – твердо произнес Дима. – Раз уж ввязались, нужно иметь мужество ответить.
– За что ответить?! – закричал Артем. – Что бомба оказалась с брачком?! Это не наша вина.
– Поедем, – сказал Альфред, – действительно, как-то не по-мужски. Больными прикидываться – ерунда!
Артему ничего не оставалось, как последовать примеру товарищей. Они вышли из прокуренной квартиры и направились к станции метро. Микроавтобус уже ждал их. Боковая дверь отъехала, в проеме показалось веснушчатое лицо куратора, она махнула ребятам рукой.
В микроавтобусе кроме нее находились еще двое: за рулем мужчина лет тридцати пяти и возле него парень, совсем молодой, с бледным усталым лицом.
– Куда мы должны ехать? – спросил Дима.
– Узнаете, – односложно сказала куратор. – Нужно разобраться, почему вы не выполнили задание.
– Но мы… – начал Альфред. – Бомба неисправна…
– Помолчите пока: приедем на место, все расскажете.
Машина развернулась и понеслась по Профсоюзной улице по направлению к центру. На Обручева она свернула направо и поехала в сторону Зюзино. Некоторое время микроавтобус петлял по улицам, потом въехал во двор какой-то школы и остановился.
– Нам сюда, – куратор указала рукой на неприметную дверь с тыльной стороны здания. Ребята направились за ней следом. Замыкали процессию мужчина и парень. Прошли полутемным коридором и очутились в большом пустом помещении, похоже, школьной мастерской. Бетонный пол, по стенам железные ящики с инструментом, тут же токарный и сверлильный станки, в большом коробе в углу – куча блестящей стружки, несколько верстаков с тисками и прочими слесарными причиндалами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
