– Ромыч, – еле шевеля губами произнес он. – Опять горрилоид вокруг крутится. Что за хрень?
Старшина, все так же смотря в бинокль, ответил:
– Я следы смотрел, там их несколько, но одну пару лап я узнал. По-моему это наш бывший пленный, Бо-хо-жг.
– Да, ну… – удивился Дава.
– Точно тебе говорю. У него один палец на ноге искривлен характерно, как-то боком, что на букву «с» похоже.
– Действительно, я ведь у него в клетке приборку делал, видел же, но думал, что так и должно быть, – Дава привстал. – И, что делать?
– Ну, сходи переговори с ним, ты ведь с ним больше всех общался, а от меня он спрятался.
– Шутишь?
– Нет, вполне серьезно.
– А, была не была, где наша не пропадала, – Дава встал и протянул к Ромычу пустую ладонь. – Давай автопереводчики.
Ромыч молча отдал ему два металлических кружка, и Дава, демонстративно взмахнув пустыми руками, еще раз осмотревшись и не заметив признаков движения, направился вглубь рощи. По еле заметной тропинке покрытой все еще зеленой травой, он двигался прямо и никуда не сворачивая минут пять. Наконец, он вышел на небольшую полянку и остановился на середине. Где-то в кустах раздалось ворчание, треск сучков под тяжелым и массивным телом, и из-за большого поваленного ствола, показалась голова горрилоида. Бо-хо-жг, а это был он, перепрыгнул дерево, и постоянно озираясь, подошел к Даве.
Васька протянул Бо-хо-жгу один автопереводчик, а второй нацепил на себя.
– Ты, Да-ва, – произнес горрилоид свое приветствие.
– Ты, Бо-хо-жг, – ответил ему солдат.
– Зачем вы здесь, люди? Вы хотите поймать изменника, идущего с посланием от Великой Тысячи?
– Нет, мы ищем железные осколки упавших вниз летательных аппаратов.
– Вы должны захватить изменника-эльфа.
– Объясни точнее, Бо-хо-жг.
– Скоро начнется большой прорыв, в бой пойдут три атакующих армады боевых самцов. Самых свирепых, умных и умелых. Их готовили целый год. Мои братья хотят выжить, и я, Бо-хо-жг, этого тоже хочу. Когда зайдет светило, к эльфам прибудет посланец от Камиллы, и укажет, где и когда начнется наступление. Они уйдут, а вы останетесь и все погибнете. Надо перебить эльфов, захватить посланца и бежать через Врата.
– Мы не сможем тебе помочь, нам никто из высоких начальников не поверит. Если вы хотите выжить, то захватите изменника сами.
– Мы убьем этих проклятых эльфов и приведем посланца Камиллы к вам. Взамен, вы спасете нас, – ответил горрилоид после невнятного бурчанья, что означало его раздумья, уж это-то, Дава запомнил во время своего прошлого общения с Бо-хо-жгом.
– Приводи своего эльфа-изменника, мы с ним поговорим, а после этого уже решим, что делать.
Уже поворачиваясь к Даве спиной, горрилоид бросил:
– Не вздумайте нас обмануть и бежать, у нас с вами теперь одна дорога.
Бо-хо-жг ушел, так и не сняв ценный автопереводчик, а Дава вернулся назад, и пересказал весь свой разговор Ромычу. Тот посидел, подумал, и решил, что Дава прав, и надо дождаться пока горрилоиды приволокут изменника, а уже допросив его, принимать решение. Может быть, что кто-то из офицеров выслушает их, и из-за страха за свою жизнь, донесет информацию выше, а кто-то из генералитета, примет мудрое решение, которое спасет солдат. Сомнительно, конечно, но больше надеяться было не на что. Одним с Бортная не сбежать, а если попытаться еще и горрилоидов с собой потянуть, то и пробовать не стоило.
Так они гоняли мыслишки до тех пор, пока не пришла смена. Сдав бесполезное наблюдение за эльфами другой паре, они спустились в небольшую расщелину за холмом, и застали тот момент, когда лейтенант решительно встал, и громко объявил:
– Все, я иду к союзникам.
– Ага, – произнес стоящий позади него сержант Торопов, и обернутой тряпками дубинкой, ударил его по голове.
Лейтенант рухнул как подкошенный, а Торопов, наклонившись к нему, пощупал вену на шее, и радостно произнес:
– Жив летеха, а я то все переживал, что череп ему проломлю. Хороший парень и грамотный, но вот эта его любовь к ушастым и энтузиазм, нас в могилу свести могут, а меня мама дома ждет.
Акулова связали и положили в палатку, а Ромыч, собрал солдат в круг, и рассказал всем присутствующим часть истории про сообразительного мутанта. Реакция была разной, но в итоге сошлись на том, что бежать смысла нет, предупреждать эльфов тоже, и остается, только ждать ночи.
Бой в усадьбе занятой эльфами вспыхнул внезапно, ни предварительных криков, ни сигналов, и только в какой-то момент, все озарилось яркими и короткими вспышками лазерных очередей, бахнуло несколько мощных разрывов, и все. То что произошло, по времени и двух минут не заняло, и солдатам оставалось только занять круговую оборону и гадать, кто же победил.
Все разрешилось минут через сорок, когда из темноты появился раненый Бо-хо-жг, тянущий на себе длинный сверток. Сбросив сверток на землю, окруженный со всех сторон вооруженными людьми, мутант сказал:
– Трое моих братьев погибли, а остальные вам не доверяют, и ушли искать другой путь к спасению. Опасности для вас нет, в доме все убиты. Я остался один и, пойду с вами до конца.
В лощине развели небольшой костерок, к которому и подтащили пленника-эльфа. Бо-хо-жг подсел поближе, и оторвав от брезента, в который был завернут пленник, длинный кусок, стал перематывать себе бок. Торопов, стоящий позади горрилоида с ВСС в руках, чуть приподнял вопросительно подбородок и маякнул глазами на Бо-хо-жга. Ромыч, сидящий напротив мутанта, отрицательно помотал головой, и сержант отвернул от горрилоида ствол.
– Ты благороден, человек, – сказал горрилоид, видимо прочуявший, что сейчас происходило.
– Бывает, – ответил старшина, и повернувшись в сторону палатки, окликнул бойцов: – Парни, давайте лейтенанта сюда, надо ему послушать, что пленник расскажет.
Лейтенанта Акулова, яростно вращавшего глазами, посадили рядом с Ромычем, и тот, перекинул на него автопереводчик, снятый с Бо-хо-жга. Кляп, впрочем, вынимать не стали, так как выслушивать гневные речи молодого офицера про союзнический долг и недопустимость подобного обращения с командиром, желания не было никакого.
Эльф, которого приволок Бо-хо-жг, был каким-то щупленьким и субтильным типчиком с очень испуганным лицом. Однако, не взирая на весь свой ярковыраженный страх, оказался чрезвычайно нахален и криклив. Первым делом он накричал на солдат, что всех их ждет смерть за сотрудничество с мутантом, а потом пообещал походотайствовать перед своим начальником генералом Эсфир-тон-Миранигом об их помиловании, если его немедленно сопроводят в ближайшее эльфийское подразделение. Послушав это, Ромыч знаком попросил Бо-хо-жга посодействовать в получении нужной информации, и горрилоид его понял. Не долго думая, мутант просто оторвал эльфу несколько пальцев на руке, и закинув их в рот, стал пережевывать. Кое-кого из солдат стошнило от такого, эльфа впрочем тоже, и вытирая с лица слюни, он заговорил.
Говорил он долго, а информации выдал столько, что не имевший диктофона Дава, не успевал за ним записывать. Первое и самое главное, что земляне узнали, так это сроки наступления армад, через двое суток. Второе, подтвердилось сотрудничество генерала Эсфир-тон-Миранига, командующего обороной всего Бортная, с принцессой Камиллой, находящейся на территории мутантов. Ну, а в третьих, генерал действительно, был готов бросить миллионы наемников и землян на произвол судьбы и отступить в иной мир.
Почему генерал был готов пойти на измену и предательство, эльф разъяснил подробно. Во время восстания мутантов, в самом его начале, те, кого теперь называют Великой Тысячей, из-за сбоя в программе, уничтожили всех своих создателей, и получили свободу. Однако свобода эта, была относительной, так как заложенную ранее директиву защищать принцессу Камиллу Звезднорожденную и во всем ей подчиняться, перебороть они не могли, так же как и ту, которая велела им окончить свою миссию и свергнуть Толейр-ах-Ашана Светозарного. Семьдесят лет они воевали с императором, отбивая один мир за другим по приказам Камиллы, но не смотря на это, эльфы не сдавались, хотя случалось такое, что кто-то из вельмож, обиженых императором, переходил на другую сторону. И так было до тех пор, пока Эсфир-тон-Мираниг, глава крупнейшего клана Светлых Мечей, не решил переметнуться. Планировалось, что он освободит армадам дорогу, и тем самым серьезно ослабит фронт, а когда все резервы эльфов будут отвлечены, он, во главе войск своего клана, нанесет удар по императорскому дворцу.
Отчего, он готов был пойти на это, так ответ был прост, Эсфир-тон-Мираниг хотел мира любой ценой, и был уверен, что поступает правильно. И мира он хотел не просто так, а по причине того, что был уверен в том, что не мутанты зло империи, а люди, все более набиравшиеся сил и знаний. Именно на людей в первую очередь, планировалось давить всеми массами войск горрилоидов, и ради этого, многие главы кланов были готовы пойти на измену. Ведь по большому счету, нет никакой разницы в том, кто будет править империей, Толейр-ах-Ашан Светозарный или его сестра Камилла Звезднорожденная, кланы все равно будут жить так же, как и всегда.
