Кракен! Проводи гостя на выход.
Привлечённый громким зовом, пират втиснулся в купе, и в нём сразу стало тесно. Рикас поднялся, задыхаясь от крушения надежд, как вдруг услышал последние слова, перевернувшие его мир и разогнавшие беспросветный мрак.
— Но, тей, должна сказать, что благодарна за пылкость. Вряд ли кто желал мне счастья так страстно и бескорыстно как вы.
Глава двадцать седьмая
Минула зима. Южного шторма, обещанного Далматисом, не случилось, но в целом пиратские вылазки стали причинять всё больше и больше беспокойства.
Подданные «Его Императорского Величества» хозяйничали в южных морях, поднимались до северных широт в Ламбрийском океане, практически полностью отбили охоту к плаваниям между Икарией и Кадмусом. Герцогства дружно наложили запрет на заход судов под флагом Терона в свои порты. Тем самым прервалось снабжение островов сырьём и товарами, отсутствующими на юге. Но флибустьеры моментально нашли выход. Они договорились с несколькими ламбрийскими торговыми компаниями, и те взяли на себя перевозки между Икарией и Южной Империей. Взамен пиратские партнёры получили неприкосновенность от разбойничьих абордажей.
Наступило шаткое, нездоровое равновесие. Оно никак не устраивало икарийцев. Поэтому нет ничего удивительного в том, что в начале марта отец и сын Алайны прибыли в Арадейс. Не договорившись с заокеанскими торгашами, ситуацию не переломить.
По окончании гражданской войны власть на восточном побережье Ламбрии захватил выходец из Икарии тей Кирос. Он объявил земли, прилегающие к Арадейсу, собственностью герцогства, поделённого на шесть графств, и беззастенчиво отобрал всё движимое и недвижимое имущество знатных семей из других частей бывшего королевства. Отразив поползновения прежних владельцев вернуть утраченное ценой немалой крови своих подданных, синьор Кирос узаконил приобретения. Герцогство вышло из войны самым сильным из осколков монархии. По сведениям, докатившимся до Алекса, здешнего правителя безмерно раздражала пиратская монополия на морские сообщения. Верфь Теофы способна спускать на воду прекрасные боевые корабли и торговые суда, но в одиночку Арадейс с южанами не справится, а сотрудничать с разбойным сообществом себе дороже.
Чисто внешне, а также манерами и разговором, Кирос напоминал своего дядюшку Теламона, владельца компании «Леонидия», по годам отошедшего от дел. И рабочие апартаменты герцога солидной простотой походили на офис Теламона, памятный ещё по первому визиту Алекса за океан четверть века назад. Синьор Кирос сохранил поджарую фигуру тея-бойца, украшенную головой типичного счетовода с круглыми очками на носу, пронзительным взглядом и недоверчивым выражением лица, на котором застыл извечный вопрос: принёс ли визитёр выгоду либо ненужное беспокойство, грозящее издержками.
— Ваше Высочество, — коротко поклонился князь.
— Ваша Светлость, — вернул приветствие герцог. — С вами, как я понимаю, наследник рода.
— К вашим услугам, синьор, — Рикас стукнул каблуками.
— Помню-помню про услуги… Это же вы около двух лет назад храбро провалили охрану порта?
Жёсткие губы дельца дрогнули в улыбке. Он показал, что не придаёт решающего значения тому промаху, но и забывать не считает нужным.
— Отличный урок моему сыну, как важна репутация и сколь дорого обходятся поражения. Но, полагаю, мы не будем обсуждать сей конфуз? Иначе дойдём до моих подвигов, когда мы с супругой убивали жителей Арадейса на благо Икарийской империи.
— Верно! Присаживайтесь, синьоры! — герцог указал гостям на небольшой столик и пристроился в кресле, точно таком же, как и у Алайнов, не пытаясь занять некое главенствующее положение.
Алекс оценил этот жест. Переговоры на равных. Хотя они с сыном представляют герцогства материка, более могущественные, чем Арадейс.
Лакей разлил лёгкое вино и удалился, оставив переговорщиков втроём.
— Вы прибыли морем, — начал Кирос. — По пути не встретили наших оппонентов?
— Видели, но только издалека. Ваше здоровье! — князь поднял бокал.
— И они не атаковали одиночный корабль?
— Даже не пытались. Видите ли, Ваше Высочество, мы с сыном слишком долго томились у этих негодяев и хорошо изучили их обычаи. Атака на наш корвет, пусть даже превосходящими силами, принесёт не слишком много выгоды, но повлечёт потери. Для них морской разбой — промысел, а не война.
— Вынужденный поднимать хозяйство герцогства, я понимаю людей южного императора. Но мне отвратительны их методы. Когда же у вас будет достаточно сил, чтобы навести порядок на море?
— Чем быстрее нам поможете — тем скорее. В Теофе отличные судостроители, многие из ваших подданных — опытные моряки. Как вы посмотрите, чтобы строить корабли для нас и обучать команды? А также позволить вашим морским волкам вербоваться в наши экипажи?
Герцог блеснул очками. Явная заинтересованность смешалась с опасением продешевить.
— Предложение заманчивое, князь. Но… Немедленный конфликт с пиратами ослабит нас — мы слишком зависим от морских перевозок, а судовые компании не смеют перечить южанам.
— Разделяю ваши опасения. Как их рассеять? Ведь корсары не в состоянии присутствовать на каждой пяди океана?
Герцог задумчиво провёл ладонью по столешнице… Потом взмахнул руками, демонстрируя решительность.
— Нужна очевидная демонстрация, синьоры, что власть юга приходит к концу. Убедительная победа. Кстати… вы слышали о пиратском дирижабле? Нет? Появился зимой и летает, не уходил даже во время сильных ветров и штормов. Говорят, экипажа там мало, оружия нет вообще, зато есть беспроволочный телеграф. Он и наводит пиратские фрегаты.
Отец и сын переглянулись.
— Предлагаете мне тряхнуть стариной и взять его на абордаж? Не скрою, есть такой опыт, но тогда помогла внезапность и неожиданность.
— Не поможет неожиданность, синьор князь. Пираты укрепили люки и иллюминаторы стальными решётками. Как в прошлые войны — разбить стекло и ворваться внутрь — не выйдет.
— Тогда нужно его сжечь! — впервые встрял Рикас. — Вряд ли эта та самая очевидная демонстрация, но с чего-то нужно начать.
— Полностью с вами согласен, синьор офицер, — кивнул герцог. — Поручу оказать вам всемерную помощь в поисках дирижабля.
Они обсудили и другие вопросы, а на прощание Кирос высказал необычное пожелание.
— Многие в Ламбрии склонны оспаривать моё герцогское достоинство. Я из обычного тейского рода и только основал династию. Но Иэрос Мейкдон… вы меня понимаете?
— Конечно, Ваше Высочество, — Алекс улыбнулся своей обычной рубленной улыбкой, часто ставившей в тупик непривычных к его виду людей. — Позвольте дать один совет. Я тоже — первый в династии, пусть и княжеской. Видите ли, если Иэрос посвятит вас в герцоги, это будет означать, что ваш нынешний статус — фальшивый.
Киросу не понравилось. Он слишком много положил сил, чтобы утвердить власть над Арадейсом. Признавать фиктивность своих потуг крайне неосмотрительно.
— … Но есть другой вариант. Введите Арадейс в состав Икарийской империи. Мейкдон практически не ограничивает власть герцогов.
— Так! — тей-счетовод моментально вытеснил бойца, глаза затуманились напряжённым обдумыванием. — Годится. Если герцогство включается в империю, тем фактом коллеги и император признают меня
