— Берегись, хозяин! — воскликнула она. — Это Тамур-душитель, слуга Ананда Мулхара! Он пришел проверить, как я исполнила…
Донн Отна рванулся к двери. В то же мгновение она открылась, и на пороге возникла ужасная, поражающая своими размерами фигура. Тамур был выше и шире, чем кельт; его почти обнаженное тело прикрывала лишь набедренная повязка, под смуглой кожей вздымались и перекатывались могучие мускулы. Его ноги, подобные дубовым стволам, были гибкими и упругими, как у тигра. Его невероятно широкие плечи и толстую короткую шею украшала круглая, будто шар, голова с обезьяньими чертами лица — низким скошенным лбом, хищно раздутыми ноздрями и злобно искривленным ртом. Все говорило о том, что Тамур был прирожденным убийцей. На поясе у него висело орудие его ремесла — тонкий, но прочный шелковый шнур, а в правой руке он держал длинную кривую саблю.
Окинув быстрым взглядом это чудовище, Донн Отна выхватил меч, бросившись в атаку со всей яростью кельта. Но и Тамур не медлил. Оба клинка столкнулись одновременно, издав ужасающий скрежет стали. Кривая сабля, не выдержав силы удара, раскололась, но, прежде чем Донн Отна успел поднять меч еще раз, Тамур-душитель отбросил в сторону обломок оружия и, словно змея, стремительно бросился на своего белокожего врага, мертвой хваткой вцепившись ему в горло.
Британский принц тоже отбросил меч, бесполезный в таком тесном пространстве, и попытался разжать хватку Тамура. Через мгновение он уже понял, что имеет дело с искусным, опытным и жестоким противником. Гладкое обнаженное тело индийца, подобное огромной скользкой змее, трудно было обхватить и сжать, но Донну Огне приходилось бороться с римскими атлетами, и он многому научился у них. Он отразил сильный удар коленом и ответил резким выпадом локтем, затем ему удалось разжать хватку стальных пальцев Тамура и броситься в атаку самому. Тонкий налет цивилизованности, появившийся у кельта после долгого общения с римлянами, теперь исчез без следа. Он вновь стал варваром, таким же диким, как готты и саксонцы. Рыча, словно зверь, он дрался со своим врагом в золотой комнате раджи Нагдрагора.
Через плечо Тамура Донн Отна увидел, как Констанций поднял меч и начал приближаться к ним. Синие глаза кельта грозно блеснули. В ярости он крикнул радже, чтобы тот убирался прочь. Он должен был сам одолеть врага.
Тесно сцепившись, гиганты боролись, кружа по комнате и наклоняясь то в одну, то в другую сторону. Изловчившись, Тамур выдернул руку из тисков кельта и схватил его за лицо, пытаясь большим пальцем выдавить ему глаз. Донн Отна, резко отклонившись, внезапно ударил головой в мощную грудь великана и тут же вцепился ему в горло. Тамур на миг отшатнулся, затем схватил руку Донна Отны и, наверное, переломил бы ее, как тонкую ветвь, если бы кельт вновь не ударил его головой — на сей раз в лицо. Кровь брызнула из носа душителя, и Донн Отна, воспользовавшись мгновением, нанес ему еще один сокрушительный удар. Индиец рухнул на пол, увлекая противника за собой. Кельт навалился на Тамура, пытаясь прижать его к полу, но тому удалось высвободиться и снова железной хваткой вцепиться в шею британца.
Огромными усилиями Донн Отна разжал хватку врага, но тут Тамур со всей своей звериной мощью принялся давить ему коленом на живот. От боли кельт невольно ослабил усилия, и индиец молниеносным движением вытащил свою шелковую веревку. Донн Отна попытался подняться, но от ужасной боли у него закружилась голова. Тут же Тамур-душитель набросил ему на шею удавку.
Донн Отна услышал пронзительный крик девушки и почувствовал, как скользкий прохладный шнурок змейкой обвил его шею. Задыхаясь, он в дикой ярости нанес врагу страшный удар кулаком, попав ему прямо в лицо. Удар оказался подобен удару молота по наковальне, и Тамур рухнул на пол как подкошенный. Мощным усилием Донн Отна разорвал веревку и снова бросился на душителя, который с трудом поднимался на ноги.
Британец начал изо всех сил молотить его своими огромными тяжелыми кулаками, тренированными за годы борьбы с римскими бойцами. К такой атаке Тамур был не готов. Прикрывая разбитое лицо левой рукой, правой он размахнулся и ударил Донна Отну по голове, но не кулаком, а открытой ладонью. Кельт пошатнулся; искры посыпались у него из глаз; на мгновение он ослеп, однако тут же нанес душителю резкий яростный удар в живот. Великан рухнул на колени, корчась и задыхаясь. Из последних сил он схватил противника за ноги и дернул, отчего Донн Отна упал навзничь, и вновь враги сцепились и покатились по полу. Но кельт уже чувствовал, что Тамур слабеет, и, удвоив ярость атаки, как тигр, обезумевший от запаха крови, он придавил его к полу и сжал его горло мертвой хваткой. Железные пальцы британца погружались все глубже и глубже в шею врага, пока он не почувствовал, что жизнь покинула огромное тело душителя.
Тогда Донн Отна поднялся и, вытерев пот и кровь с лица, мрачно улыбнулся ошеломленному радже, который стоял недвижимо, все еще продолжая сжимать в руках меч Александра.
— Ну что ж, Констанций, — сказал Донн Отна, — как видишь, я достоин твоего доверия.
СЛЕД ГУННА (Перевод с англ. Г. Подосокорской)
ПРОЛОГ
Тишина и покой царили на огромном военном корабле, что лениво покачивался на неторопливо бегущих водах бесконечного моря. Ярко блестела на солнце латунная и золоченая отделка палубы и бортов, бесполезные паруса слегка шелестели, обвиснув на мачтах. На высокой корме сидели трое; они потягивали доброе старое вино и вели неспешную беседу.
Саксонец Ателстейн был настоящим гигантом — его рост от сандалий из бычьей кожи до макушки с копной всклокоченных льняных волос составлял шесть с половиной футов. Вьющаяся борода отливала золотом, как и браслеты, которые он носил на запястьях. Могучий торс обтягивала чешуйчатая кольчуга, на поясе висел широкий двуручный меч в потертых ножнах — Ателстейн не расставался с ним ни днем, ни ночью.
Высокого худощавого воина звали дон Родриго дель Кортес. Глубокие темные глаза его почти всегда были мрачны; смуглое лицо украшали небольшие тонкие усики. Манеры дона Родриго отличались изяществом и холодным достоинством. Он носил простые доспехи, а единственным его оружием был длинный узкий меч — предшественник шпаги.
Терлог Даб О'Брайен — крепкий черноволосый воин — не был так высок, как его спутники, хотя и его рост достигал шести футов. На смуглом, гладко выбритом лице кельта светились неистовым блеском яркие синие глаза, подобные быстрым огонькам на темной глади озерных вод. В каждом его движении ясно ощущались железная мощь и кошачья гибкость. Видимо, он обладал гораздо лучшими, чем его товарищи, боевыми качествами, ибо ему была присуща необыкновенная стремительность, которой недоставало саксонцу, и огромная сила, которой не было у испанца.
