Генерал оглядел Чела как следует и признал:
— Похож, похож… Однако к делу. Это мои хлопцы подобрали тебя около твоего разбитого миной корыта, так что не будем трогать Бога. Бог ты только для них! — Генерал махнул рукой. Но затем резко обернулся и дальше продолжал говорить тише. — Знаешь что… как тебя?
— Чел.
— Знаешь что, Чел, — глухо проговорил генерал. — У меня к тебе предложение. Ты здорово влип, и шагу не сможешь ступить без того, чтобы от тебя не требовали чудес и чудес. Сам понимаешь, бесконечно это продолжаться не может. Поэтому предлагаю тебе тихо слинять, звездолет я тебе выделю. За это ты назовешь меня своим преемником… Предложение понятно?
Чел положил огрызок фрукта на стол. Он не торопясь вытер руки об одежду и посмотрел на генерала. Генерал в ожидании сцепил руки и мрачно уставился на пол.
— Какие гарантии, что я улечу, и что меня кто-нибудь где-нибудь не ликвидирует?
— Никаких. — Уверенно ответил генерал. Кроме тех, что за твоим отлетом… м-м-м… вознесением будет вестись репортаж на всю планету. Мне невыгодно тебя убирать… А какие гарантии, что ты не выйдешь и не объявишь меня неверным?
Они усмехнулись друг другу.
— Вот что, генерал. Мне нужны сведения о моих спутниках… Их подобрали?
Генерал скривился, встал с кресла и тяжело заходил по комнате:
— Сейчас кругом идут военные действия. Коалиция Востока сильна, и разбить ее мы можем только с помощью мужества и веры…
— Где мои спутники, генерал?
— …С помощью мужества и веры… М-да. Вы должны выступить перед народом с речью о нашей непременной победе в священной войне… Честно говоря, бои идут тяжелые, Коалиция применила какие-то новые вооружения на своих спутниках. Несколько переговоров удалось перехватить нашему доблестному флоту — те спутники называют друг друга киберами. Вам что-нибудь известно о них?
— Нет. Но я повторяю свой вопрос.
— Да, да… Мы кого-то гам выловили еще. За последний месяц человек сорок-пятьдесят… В условиях военного времени все военнопленные и изменники веры ссылаются на принудительные работы на планету Цветов… Прошел уже немалый срок. К тому же, имен не спрашивают. Если и живы, то среди десятков тысяч найти будет довольно трудно. Ты и сам там мог оказаться… Во всяком случае, я отдам распоряжение.
— Без них я не буду выступать. И если, генерал…
— Хорошо. Я постараюсь сделать все, что возможно. Только хороших вестей не жди. С планеты Цветов никто еще не возвращался назад… Да и не все еще в моей власти. Я же тебе говорю…
— Если это поможет делу, генерал, я готов назначить вас наместником. Только после вступления я остаюсь здесь до их возвращения. Этот вариант устраивает?
— Значит, мы договорились. В таком случае, митинг мы проведем завтра же… Все.
Чел отвернулся, чтобы не протягивать руки, подождал, пока генерал не вышел. «Во всяком случае, все не так плохо. Главное — есть шансы их спасти, если они живы… А с генералом надо держать ухо востро». — Подумал Чел. Его тут же потянуло спать — сказалось напряжение последних дней…
…Наутро к нему постучался генерал, и они прикинули будущее выступление, чтобы оно устроило обоих. Чел решительно отказался призывать к «священной войне», к тому же он вдруг вспомнил что Кришна как-то рассказывал ему о киберах-убийцах и все, что он вспомнил, рассказал генералу, посоветовав одуматься. Тот помрачнел еще больше, но в глазах его засверкали яростные огни:
— Мы сломаем шею этим металлическим чудовищам!.. Утром мне передали последнюю сводку — двое уже уничтожены, несмотря на потери. Но нашу армию и наш народ не поставить на колени!
И тут до Чела дошло в полной мере, какую опасность для жизни народа своей же планеты представляет этот фанатик. Ему стало страшно от того, что он будет этому Способствовать… С другой стороны, если бы генерал привел тот час Кришну и того же Бумбу, Чел вряд ли бы долго рассуждал.
— Кстати, генерал, какие новости с планеты Цветов?
Генерал удивленно посмотрел на Чела:
— Ах, да… Тебе местонахождение неизвестно. Дело в том, что до этой планеты дней двадцать пути. В лучшем случае, они сами, или известие о них будет доставлено через сорок дней… Символически печальная цифра, не так ли? Я просто предупреждаю еще раз, что шансов мало.
— Спасибо, генерал. Придется подождать.
— Сорок дней — большой срок. Ты можешь полететь туда на корабле в сопровождении преданных мне людей хоть сегодня. Думаю, весть о Боге дойдет туда раньше вас… Я даже согласен освободить всех заключенных от работ и убрать с планеты всю охрану — все равно это придется сделать для усиления армии. — Рассуждал вслух генерал, даже не глядя на Чела. — Выигрыш во времени налицо, это самое мудрое, что мы можем предпринять.
Чел решил действовать на свой страх и риск.
— А остальное командование не будет против?
Генерал поднял брови:
— Остальное?.. Вся власть у меня в руках. Выше меня разве что Господь Бог… Сейчас все ждут, что скажешь им ты, а дальше можешь не беспокоиться, я все организую.
Чел в это время медленно прохаживался по комнате, прикидывая в последний момент все возможные последствия. Он решил, что поступит правильно. Словно раздумывая, он неторопливо зашел за спину генерала, взял тяжелый стул и, стараясь не убить, опустил его на генеральскую голову.
Оттащив тяжелое тело в угол, он воткнул в рот кляп и связал генерала шнуром от настольной лампы, решив, что генералу лучше пока полежать здесь, а сам, отдышавшись и успокоившись, направился на балкон — подходило время выступления.
Гудящая и наполненная людьми площадь была похожа на огромный улей. Чел опять почувствовал волнение, но гораздо меньшее. Он знал, что ему нужно сказать, хотя и не знал, как на это отреагируют. Но это был единственный шанс. Мелькнула шальная мысль о том, что еще несколько обращений к народу — он привыкнет к божественной своей сущности… А потом и вовсе тут останется пудрить людям мозги. «Шуточки, шуточки… — Чел в почтительно коленопреклоненном молчании окружающих следовал на балкон. — Сейчас тебе будут шуточки. Не забыть бы о помиловании всех… об отмене боевых действий… Сказать, что я — единый для всех бог, и имя мне — Человек?!.. Убьют еще, заразы… Зато потом сюда будут съезжаться паломники новой веры, молиться за самих себя… Однако, от этого не сладче. О чем еще? Чтобы подали корабль для инспекции планеты Цветов! А дадут ли? Скажут — лети так… и полечу, с балкона».
Чел вышел на трибуну, стараясь сохранять необходимое выражение лица. Рев толпы приветствовал его. Чел поднял руку, и все замерли. Лишь тихий звук, похожий на свист, нарушал тишину.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
