— Мойра, могут ли спать вместе мужчина и женщина в одной постели до брака? Я помню, что мои родители спали в одной кровати, — спрашивает Зак, не смотря на меня.
Я улыбаюсь и сажусь, так я могу лучше видеть его выражение лица. Все еще поддразнивая его мышцы прикосновениями, я отвечаю:
— Не обязательно быть замужем, чтобы делать это. А почему ты спрашиваешь?
Зак пытается придать его голосу безразличный оттенок, и пожимает плечами.
— Просто интересно. Мы никогда этого не делали раньше.
— Ты хочешь, чтобы мы вместе спали? Ты хочешь, чтобы я осталась с тобой сегодня?
Зак поворачивается, хватает мои руки и опускает до того момента, пока я не чувствую пальцами его член. Эрекция спала, и он расслаблен, но все же его член большого размера, кожа Зака все еще немного влажная от капелек пота. Прижимая мою ладонь сильнее, он заставляет обернуть мои пальцы вокруг его длины. Его власть надо мной настолько сильна, что мне даже в голову не может прийти отказать ему или оттолкнуть его руку.
Я поглаживаю его член, и низкий стон вырывается из его горла. Член становится тверже под моей рукой.
— Я полагаю, у нас есть веский аргумент, чтобы ты осталась сегодня ночью, — шепчет он, и уголки губ приподнимаются в улыбке. — Я думаю, что не закончил с тобой на сегодня.
Господи, пожалуйста, я так хочу верить, что он никогда не насытится мной и не уйдет от меня.
Глава 17
Зак
Я сижу в задней части лодки, которой управляет Клинт, и мы двигаемся по озеру, смотря на природу, окружающую нас. Мой взгляд падает то на Мойру, которая сидит слева, то на Кару, которая справа. И волей-неволей я сравниваю их, потому что это довольно занимательно, находиться в компании двух красивых девушек, из которых лишь одна мне нравится больше жизни, и лишь к ней меня влечет.
Что такого в Мойре, что делает ее настолько особенной?
Может то, что я знаю ее тело? Или может потому, что она знает меня лучше, чем Кара?
Или может потому, что она позволяет мне контролировать и владеть ее желаниями, удовлетворяя мою потребность во власти.
Я так не думаю… не совсем так, если быть точным, ведь состояние контроля и его желание, а так же подчинение, вообще что-то непостоянное, потому что иногда отпускать контроль бывает так же приятно, как и обладать им. Поэтому, скорее всего, мое влечение к Мойре не зависит от этого. Тогда почему она? Почему именно без нее мне трудно дышать, жить, и вообще, когда ее нет рядом, мне тяжело концентрироваться на чем-то.
К примеру, Кара достаточно симпатичная. Она сегодня одета в соблазнительное розовое бикини, которое не больше, чем три крошечных треугольника, едва прикрывающих ее грудь и киску, при желании можно даже не напрягаясь рассмотреть все до мельчайших подробностей. У нее длинные, прямые светлые волосы, которые плавно развиваются на ветру. Красивые, чувственные вишневого цвета губы, я могу поспорить, что она бы сделала отличный минет.
Но умом она явно обделена. Кара только и может, что говорить о себе, о лаке для ногтей и об ее загаре. Я еле сдержал смех, когда она положила мне на бедро свою ножку и спросила мое мнение о том, как мне ее педикюр.
Да мне на это совершенно плевать!
Когда Мойра увидела это, она закатила глаза.
В то время как Кара была практически обнажена, Мойра была одета в тоненький топ, под которым был купальник, и коротенькие джинсовые шорты. Пока Мойра не видела, я обратил внимание, что ее ноготки накрашены розовым лаком, что заставило меня захотеть погладить, размять и поцеловать каждый пальчик на ее ногах.
Клинт замедляет скорость лодки и поворачивается к нам:
— Ну что, Мойра, ты готова? Сейчас твоя очередь.
Мойра встает со своего места, улыбаясь азартной улыбкой, отвечает:
— Конечно, почему нет. Я не спец в катании на водных лыжах, но попробовать можно, так что я в деле.
Мы все уже прокатились. Кара и Клинт держались на воде просто отлично, как я понял, это потому что они проводили все свое свободное время летом на водных вечеринках, которые включали в себя все эти виды развлечений, ну и конечно, плюс пиво, вино, да и просто они наслаждались тем, что нежились на солнышке.
Мне это тоже очень понравилось, и я справился отлично, когда подошла моя очередь. Это было достаточно захватывающе, мчаться по водной глади озера, когда тебе в лицо бьет ветер, и холодные брызги воды летят во все стороны, покрывая тело. Как сказала Кара, положив свою руку мне на бицепс, когда я вернулся на борт, я справился отлично, потому что у меня сильные руки.
Увидев это, Мойра закатила глаза еще сильнее и даже, я могу поклясться, фыркнула, из-за чего Кара презрительно на нее посмотрела.
Я не могу отвести взгляд, когда Мойра стягивает с себя тонкий топик и шортики. Она одета в более скромный купальник — более закрытый лиф, который показывает, что грудь меньше, чем у Кары, но это делает ее только более соблазнительной, ее сосочки дерзко выделяются, и трусики, которые прикрывают ее аппетитную попку, с тоненькими ремешками на бедрах. Мне нравится этот вид, но от меня не укрывается взгляд Клинта, который просто пожирает Мойру глазами.
Черт, я вчера вечером уделил достаточно внимания ее бедрам, когда мои пальцы жестко сжимали кожу, когда мой язык и зубы покусывали нежную кожу там. Я удивлен, что не осталось никаких отметин и даже легких синяков.
Клинт помогает Мойре надеть и закрепить спасательный жилет, закрепляя ремешки спереди на уровне ее груди, я хочу закричать и зарычать от беспомощности, оттого, что я не могу оттолкнуть его и помочь ей сам. Мне не нравится, что он прикасается к ее телу. Но я ничего не могу с этим поделать, потому что именно Мойра не хочет, чтобы кто-то догадался, что мы спим вместе. И кстати, меня переполняет дикое желание схватить его и долбануть лицом о палубу, потому что этот мудак смеет стоять так близко к моей Мойре, но если я так сделаю, то всем точно будет ясно, кого я трахаю.
Кара встает со своего места и говорит:
— Пожалуй, в этот раз катер поведу я.
В то время как Кара усаживается за штурвал, Клинт своими мерзкими руками помогает Мойре надеть лыжи и перебраться за борт, не забывая при этом облапать ее. Придурок. Я смотрю на нее во все глаза, на лице нет ни тени беспокойства, когда она берет в руки ручку, которая крепится к эластичному фалу (прим.пер. веревка), кончики лыж возвышаются впереди, пока ее тело наполовину погружено в воду.
Она пристально смотрит на меня, и я приободряю ее улыбкой. Она кратко улыбается мне сияющей и искренней, наполненной светом улыбкой, и мой живот скручивает от чувства тоски, потому что я хочу увидеть ее эмоции снова. Да, улыбка — это точно именно то, что выделяет Мойру среди всех других девушек.
