— Но ты служишь своему отцу.
— Для отца я умер уже дважды. Первый раз, когда не смог тебя убить ядом. Второй раз, когда не смог победить тебя как воин. Для отца я опозорен. Я буду служить тебе и не позволю больше обесчестить себя невыполнением твоего приказа.
— О, Небеса, Раднир, но что мы скажем Овете? Что я скажу своим людям, когда представлю им того, кто пытался убить меня. Да они тебя разорвут на куски. И не послушают меня.
— Не послушают своего правителя?
— Возможно, — сердито пробурчал Интар.
— А правде они поверят?
Интар вздохнул:
— Поверят.
— Так в чем дело?
Интар вздохнул. Поверить-то поверят. Не в этом дело.
— Ну, тогда приветствую тебя, мой новый страж.
— Приказывайте, повелитель.
— Подожди-ка, подожди. Так не пойдет. Как ты меня назвал? У нас это не пройдет.
— Как мне тебя называть?
— М-да! Задал ты мне задачку. Встречу Тарлина, напущу его на тебя, пусть объяснит этикет придворной жизни. Официально — ваше высочество. Но это только очень официально. Просто, если услышишь, поймешь, что это ко мне. Проще, когда зовут «принц». И коротко, и ясно.
— Хорошо, принц, — Раднир покатал на языке незнакомое слово, — приказывай.
— Ну что ж, давай готовиться в путь. Все, что мы только что обсуждали, давай осуществлять.
Овета проснулась утром, отдохнувшая и довольная. Увидев около себя и отца, и Раднира, она судорожно вцепилась в отца, с испугом глядя на юношу.
— Овета, позволь тебе представить, мой новый телохранитель, — спокойно, с улыбкой, сказал Интар. — Как зовут его, ты знаешь. Раднир, мою дочь на людях надо называть леди Овета. В нашем тесном кругу можно чуть проще.
— Что тут случилось? — потребовала объяснений Овета.
— Мы пришли к взаимному соглашению.
Овета подозрительно посмотрела на обоих:
— Как вы сняли цепь? И почему у тебя рубашка в крови, — не удовлетворилась она полученным ответом.
— Овета, девочка. Все хорошо. Мы собираемся, и завтра на рассвете уходим. Нам надо взять с собой побольше рыбы, так что займемся ею.
Остаток дня они провели за последними приготовлениями. Они заканчивали их, когда Раднир вдруг приподнял голову, прислушиваясь. А потрясенная Овета подбежала к отцу.
— Папа, я слышала, я слышала мамин голос.
Она разрыдалась.
— Мне кажется, да? Я сошла с ума, да?
Интар взял её за руку, другой подхватил меч. Раднир молча пристроился рядом.
— Пойдем. Откуда слышны голоса?
Еле слышный голос раздался из туннеля, идущего к выходу.
— Там, папа, это было там.
Через некоторое время он сам услышал такой знакомый до боли голос.
— Лайна? Лайна!
Они встретились прямо в туннеле. Лайна и еще несколько человек шли им навстречу. В свете факелов они одновременно увидели друг друга.
— Овета, Интар! О небеса!
— Мама! Ты нашла нас! Мамочка!
Овета кинулась на шею матери, та судорожно прижала её к себе, не спуская глаз с мужа:
— Ты жив, о небеса! Вы оба целы!
Женщины плакали, Интар молча обнимал их обоих. Придя в себя раньше их, он подтолкнул их в сторону пещеры. Протянул руку людям, которые привели его жену.
— Добро пожаловать, и спасибо!
Внутри он разглядел среди людей, пришедший с его женой нескольких гвардейцев и ещё физиономию Фета, немного опасливо поглядывающего на него.
— Я жив, Фет, жив. Можешь потрогать меня!
Фет засмущался, но все же решился и потрогал. Нащупав живую плоть, он явно успокоился:
— Вот уж не думал, что увижу вас живым, ваше высочество. Ведь мы думали, девочка, дочка ваша, совсем с ума сошла. Вы ж мертвы были как пить дать.
Интар невесело рассмеялся.
— Расскажи лучше, как вы умудрились пропасть на столько дней, и каким чудом ты вернулся, да еще привел сюда мою жену.
— Да что рассказывать. Нечего. — Фет вздохнул. — Пошли мы, значит, было дело, проведать там, что и как-то. Ну и обнаружили нас. Наши-то, знамо, стали уводить их в одну сторону, а мы с проводником затаились, да потом, так уж вышло, в другую кинулись. Проводника нашего подстрелили через некоторое-то время, да сразу насмерть. Ну, а я бежал, бежал. Так далеко и так долго, что вот, значит, только и вернулся.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— А где же ты встретил леди Лайну?
— Местные привели. Она тут, значит, в горах вас с дочерью ищет. Ну, я когда на людей вышел, меня к ней, значит, и отправили. Потом, стало быть, я имя проводника сказал, объяснил про рудник, нас в эту-то деревню и привели. А недалеко тут и тела наших-то обнаружились. В сторону Сегота они преследователей-то вели. — Фет вздохнул, — Убили их, значит, всех троих. Хорошо хоть, живыми не дались, а то, кто знает-то, заставили бы их сказать, где мы карету-то, значит, припрятали. А тут ещё местные какие-то колечки нашли, леди Лайна их и опознала. Сразу сюда и пошли.
— Спасибо, Фет.
— Да уж что там. Главное ж, значит, живы вы. Надо ж!
— А ты небось сказал леди Лайне, что я мертв.
Фет вздохнул.
— Да не сказал. Она и сама-то догадалась по тому, как я молчал-то.
Они не сразу покинули пещеру. Сначала Овета сбивчиво рассказывала всё матери, потом более подробно, смеясь и плача, затем Лайна рассказала, как искала она их. Кончилось тем, что мать в обнимку с дочерью уснули прямо у костра.
На Раднира никто не обращал внимания, он внимал событиям из-под нахмуренных бровей, с удивлением наблюдая бурную встречу родных людей.
Фет, правда, подошел к Интару и, опасливо глядя на юношу, недоуменно что-то прошептал ему.
— Все в порядке, Фет, все в порядке. Мы пришли к соглашению. Он больше не пленник.
Фет покачал головой.
— Чудно, принц. Ну да вам видней.
Глава 15
К границе с Торогией
— Господин Загир, я не могу освободить вашего отца.
— А я не могу организовывать защиту крепости, пока мой отец сидит под арестом в этой самой крепости.
— Может мне поискать еще одного сына, который согласится это сделать?
— Вы можете арестовать всю семью, милорд, но это не приблизит решение наших проблем.
Иллар был устал и зол. Еще в Эрде он получил сообщение, что Фаркус не покидал Галназ. Поэтому он принял решение не догонять Латина, а вернуться за Фаркусом. В Гелназе ждали неутешительные известия.
Не успела пыль осесть за ушедшим отрядом Иллара, Фаркуса, оставленного следить за исполнением предписаний, а с ним и всех остальных из отряда Иллара схватили люди Тореса и посадили в темницу. Не все прошло гладко. И если пятнадцать человек, подобранных Фаркусом себе в помощь, сложили оружие покорно, ведь официально они были в подчинении Тореса, то Фаркус сопротивлялся со своими людьми как мог. В результате несколько человек как с одной, так и с другой стороны были серьезно ранены. Фаркус с Карелом были невредимы, а вот Алехну и Дамину досталось по полной программе.
Ко всему прочему, им не оказали первой помощи. Оставленный Илларом приказ благополучно исчез. И Дамину пришлось бы особенно плохо, если бы не прибытие невесты Загира. Под её давлением тот добился от отца оказания помощи раненным и перевод людей Иллара из темницы в охраняемые комнаты замка.
К приезду Иллара Загир и его невеста почти добились успеха в уговаривании отца. Тот был согласен здраво рассмотреть королевские предписания. Но прибывший юноша был так поражен невыполнением своего приказа, состоянием своих людей, что лично приказал арестовать Тореса. Внука короля, имеющего непосредственный королевский приказ, подтверждающий его полномочия, командир гарнизона уже не смог ослушаться. Приказ Иллара был публично объявлен на площади, стражники Тореса и Загир не посмели сопротивляться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Спать, — решил для себя Иллар, дав увести себя Фаркусу. — Иначе я кого-нибудь убью.
По пути он коротко рассказал Фаркусу о том, почему он вернулся один, о том, где был и по какой причине. Фаркус посерел от известия о возможном убийстве принца, но не произнес ни слова.
