Читаем без скачивания Акция устрашения - Александр Тамоников

— Мы можем изменить порядок этапирования Али. Говоров решил поиграть с нами? Что ж, сыграем! И начнем свою игру по его сценарию!

Калинин с Листошиным переглянулись.

Заметив это, Кучеров процедил сквозь зубы:

— Говоров задумал вместе с Али и сопровождающую штурмовую группу нашего отряда угробить! Силами подонка Баганова. Ну, мы ему угробим. Мы его самого, суку, с его верными псами в землю зароем! Ладно, работаем! Что мы имеем? Этапирование Асханова решено провести воздушным путем, для чего выделен гражданский «Як-40», его характеристики: крейсерская скорость около 500 км/час, потолок 8 км, дальность полета 1800 км, необходимая длина взлетно-посадочной полосы где-то 1300 м. Экипаж 3 человека, салон рассчитан на 32 пассажира. Пилотажно-навигационное оборудование позволяет осуществлять полет и ночью в простых и сложных метеоусловиях. Первый российский самолет, получивший сертификат летной годности в странах Запада. Выпускается Саратовским авиазаводом, имеет избыточный запас прочности. В нашем случае лайнер обеспечен системной защитой от ракет зенитных комплексов теплового наведения, что исключает возможность его уничтожения переносными зенитно-ракетными комплексами при взлете, посадке и полете на высоте до 3,5 километра.

Калинин удивился:

— Откуда такие знания летной техники, Геннадий Анатольевич?

— Готовился, направляясь сюда! Одного не пойму, почему Говоров, имея столь высокое служебное положение, не пробил доставку Асханова подконтрольными ему службами? Ведь все можно было обставить просто. Меняет наш спецназ, сажает на охрану Али через кого-то в верхах другое подразделение, а потом валит борт вместе со всеми!

Листошин попросил слова:

— Извините, генерал, я как будто и не при делах ваших, но раз впрягся помочь другу, — Семен указал на Калинина, — то позвольте объяснить, почему Босс не поступил так, как предположили вы!

— Говори, конечно, Семен! И никакой ты не посторонний, и твое мнение имеет такой же вес, как и наше с Александром.

— Если бы Говоров заменил спецназ, а потом произошла бы авиакатастрофа, то он однозначно попал бы в поле зрения ФСБ, а возможно, и администрации Президента, куда, судя по всему, вход Боссу заказан! А ему это надо? Нет, Говоров все просчитал правильно. Тихо подготовил акцию, оставшись в тени, и в том, что по его планам должно произойти далее, он никоим образом не замешан. Тем более что по ходу акции он решил убрать свидетелей своей преступной деятельности. Уверен, и на неизвестном нам аэродроме Андарбека Баганова уже пасет киллер, как это было в случае с Кислициным.

Кучеров согласился и продолжил:

— Наверное, так оно и есть. Но ладно, это все ерунда. Нам сейчас главное — вычислить место, где Говоров наметил решающий этап своей операции. Определить аэродром, куда будут сажать «Як-40» с Асхановым и группой охранения пилоты Босса! Узнаем это — вчистую сделаем Говорова. И мы должны узнать это! Нам нужны подробные карты Центрального и Северокавказского округов или оперативная — европейской части России. Таковая должна быть в распоряжении командира мотострелкового полка.

Листошин сказал:

— И у меня в штабе есть такая карта. Так что, если здесь возникнут проблемы, я только свистну своему начальнику штаба, моментом доставит!

Кучеров кивнул головой и подошел к телефону внутренней гарнизонной связи. Ему ответил оперативный дежурный штаба мотострелкового полка. Генерал потребовал срочно соединить его с командиром части. Но оказалось, что все командование полка убыло на полигон, где проводились батальонные учения с боевой стрельбой. Кучеров повторил, что ему срочно нужен командир полка, а где он находится, на полигоне или на охоте за гамадрилами в Африке, ему безразлично. Оперативный извинился, и вскоре директор спецслужбы услышал в трубке:

— Подполковник Ганин, слушаю вас, товарищ генерал!

— Здравствуйте, Дмитрий Петрович!

— Здравия желаю!

— У меня к вам просьба.

— Все, что смогу! Я к вашим услугам.

— Мне необходима карта ОС-1.

— Вот как?

— Да, подполковник, я понимаю, что представляет собой эта карта, и у меня есть допуск к любым документам вашего ведомства, включая и совершенно секретные, предназначенные для пользования командирами армейских частей!

После недолгого молчания командир полка произнес:

— Хорошо! Но работать с ней вы можете только в секретной части штаба полка и в присутствии штатного секретчика.

— Я это знаю, и меня это устроит. Только предупредите секретчика, что со мной будут генерал и полковник сил спецназа, базирующихся на территории вашей части!

— Добро! В штабе немедленно получат необходимые распоряжения. Вот только не сложится ли ситуация так, что вы при секретчике не сможете обсуждать свои планы, а он, в свою очередь, не сможет, согласно строжайшей инструкции, оставить вас наедине с картой?

Кучеров ответил встречным вопросом:

— Ваш секретчик — надежный человек? Или его надо официально предупредить о неразглашении того, что он услышит?

— Прапорщик Петрушин — надежный человек. А предупреждать его о неразглашении какой-либо тайны или нет — ваше право. Решайте сами!

— Спасибо, подполковник! Удачных учений!

— Благодарю! Вам удачи!

Положив трубку, Кучеров предложил перекурить. Калинин быстро приготовил кофе. Выкурив по сигарете и выпив по чашке ароматного напитка, тем самым выдержав время, чтобы командир полка успел сделать необходимые распоряжения, офицеры направились к штабу полка. У входа их встретил заместитель начальника штаба, провел к секретной части. Начальник секретки пропустил представителей спецслужб в небольшую комнату. Представился и попросил у генерала допуск на право работы с совершенно секретными документами. Проверив документы и записав в соответствующий журнал, извлек из сейфа кожаный портфель. Вскоре нужная карта была расстелена на столе секретки. Кучеров, Калинин и Листошин склонились над ней, прапорщик же занял свое рабочее место.

Кучеров взял указку:

— Так, вот у нас полк, а вот столица. Что мы имеем из аэродромов на этой оси? Пятигорский аэропорт, военный аэродром штурмовой авиации, учебный центр ВВС, еще один гражданский аэропорт и… пожалуй, все. Но это не то! Не зря преступниками выбран «Як-40». Они планируют вынужденную посадку на грунт и обязательно в безлюдном месте и где поблизости нет войсковых частей!

Калинин спросил:

— А вы не допускаете мысли, что бандиты уведут для посадки лайнер в сторону от прямого курса?

Кучеров ответил:

— Могут в принципе, но недалеко. Они знают, что за этим бортом будет установлено наблюдение и значительное отклонение от курса сразу же вызовет ответную реакцию. С ближайших аэродромов поднимут авиацию для сопровождения спецборта. А это Боссу не нужно. Давайте изучать маршрут с допуском отклонения максимум в двадцать километров.

Офицеры стали тщательно изучать карту, миллиметр за миллиметром взглядом прощупывая предстоящий маршрут «Як-40». Эта работа заняла почти час, но ничего более или менее пригодного для посадки лайнера обнаружить не удалось. Да, были и поля, и достаточно прямые пустынные участки второстепенных дорог, и даже полоса спортивного авиаклуба, но все они имели размеры, недостаточные для того, чтобы «Як-40» произвел посадку. Кучеров снял очки, бросив указку:

— Ничего не понимаю! Ну, не могут они отклонить курс самолета дальше двадцатикилометровой зоны! Если только штурмовики Босса и сам Баганов не самоубийцы! Чем дальше от курса, тем меньше у них шансов выполнить задачу и больше вероятность их уничтожения в самом начале штурма. Или Босс допустил просчет, что маловероятно, или мы не видим того, что видел он, готовя операцию. Вот еще заморочка. Я думал, здесь-то нас не ждут сюрпризы, а оказывается, не все так просто. По курсу не то что заброшенного аэродрома бывшего ДОСААФ, но и поля-то простого, пригодного для посадки борта, нет! Что же задумал Босс? Неужели открытое нападение на полосе одного из действующих гражданских аэропортов? Но это же безумие!

Отошли от карты, задумавшись, и Калинин с Листошиным.

Прапорщик, видя замешательство высоких чинов, спросил:

— Извините, товарищи офицеры, я старался не слушать ваши переговоры, но мне показалось, вы упомянули аэродромы учебных центров ДОСААФ?

Кучеров взглянул на прапорщика:

— Да, мы говорили об этом, и что?

— Могу я узнать, что конкретно вы ищете на карте?

Офицеры спецназа переглянулись.

Директор службы ответил:

— Мы ищем пригодную для посадки самолета «Як-40» скрытую и удаленную от войсковых частей и крупных населенных пунктов площадку! Но не находим таковой!

— Еще раз извините, а по какому курсу вы ищете эту площадку?

— По прямому! Аэродром вертолетного полка, что расположен рядом с вашей частью, — Москва.