Читаем без скачивания Мы из спецназа. Лагерь - Андрей Щупов

- Был эстетом, - внес поправку Мишаня.

- А где наши телефоны?

- Телефоны забрали еще в машине. Вместе с оружием. Там, верно, и остались.

- Да-а, интересное кино! Их что же, всего трое было?

- Почему же, один на улице остался - машины охранять.

- Значит, четверо гавриков?!… - Харитонов потрясенно помотал головой. - Да, братцы, так низко мы еще не падали. Считай, на голый понт нас взяли.

- Не на понт, а на удостоверение. - Поправил его Лосев. - Стали бы мы понтоваться с обычными гопниками.

- Стали бы или не стали, а в подвал угодили… - Харитонов осторожно коснулся раны на лице, мельком подумал, что, без хирургических швов снова не обойтись. Значит, опять придется топать к врачам. Да еще и Лосева с собой тащить, - ему рожу тоже крепко покарябали…

- Ты у офицерика телефон глянь. - Снова подал голос Мишаня. - Сдается мне, была у него трубка.

- Вот сам и глянь, - Дмитрий снял стальные браслеты с рук Мишани, шагнув к Марату, скоренько повторил несложную процедуру освобождения, бросил ключи Лосеву.

- Значит, так, хлопчики! Ты, Маратик, бегом к мешкам, что лежат в глубине подвала. Проверь, что там внутри на самом деле - аммонит, тротил или другая какая хрень. Ты, Мишань, хватай у офицера трубку и галопом вызванивай Кравченко.

- А может, брякнем сразу Точилину? Я о том парне, что брал нас в первый раз?

- Все я прекрасно помню! - Харитонов раздраженно поморщился. - Только не хочется мне с ним толковать.

- Почему не хочется-то?

- Да потому и не хочется, что ну их всех к лешему! Ты что, до сих пор не понял, в какую грязь нас пытались втянуть?

- А ты сам-то понял?

Харитонов болезненно поморщился.

- Я, братцы, понял только одно: грохнули бы нас здесь стопудово. Выставили бы в качестве пособников террористам - и грохнули… Так что хватит с нас безопасности, нахлебались… Лучше тряси Кравченко. Он - хоть и плохонький, но свой.

- Свой-то свой, а безопасности сдал.

- Тем более! Раз втянул нас в это болото, пусть сам и вытягивает. - Дмитрий взглянул на пистолет в своей руке, обратил взор в сторону ступеней, ведущих из подвала. - Ну, а мы с тобой, Тимох, попробуем выбраться наружу и спеленать четвертого шустрика.

- Хочешь взять его живым?

Дмитрий серьезно кивнул.

- Трупов с нас достаточно, нужен язык. Если помрет и этот крысенок, разговора с безопасностью не получится… В общем, шорохом попахивает серьезным. Они же под себя копают, смекаете?

- Думаешь, идет разводка на высоком уровне?

- Она самая. И мы в этой бодяге - даже не пешки, а так - случайная пыль.

- А если этот четвертый смоется и поднимет тревогу?

- Тогда пиши пропало… Короче, пошли! Поднимаемся, оглядываемся, а там уж по ходу дела сообразим, как действовать. Главное - не дать этому крысенку сбежать.

Но реального развития событий Харитонов не угадал. «Крысенок», о котором они говорили, убегать вовсе не собирался. Планы его были куда как более прагматичные, и в данную минуту он осторожно спускался по лестнице. Все, о чем говорили «кандагаровцы», служащий безопасности слышал прекрасно. Потому и намерения его существенно отличались от того, что задумал Дмитрий. Не то, чтобы боец очень уж сожалел о гибели своего прямого начальника, но действовала инерция дисциплинированного служаки. «Враг» не только вырвался на свободу, но и собирался в свою очередь припереть его к стенке, а такого врага следовало однозначно ликвидировать. Ну, а то обстоятельство, что он остался один, сотрудника ФСБ не смущало. В руках бойца был автомат, а кроме того, он собирался атаковать первым…

Где-то стучали падающие капли, эфэсбэшник крался, словно лесной зверь, - неторопливо и бесшумно. Голоса переговаривающихся внизу он слышал совершенно отчетливо, и не подлежало сомнению, что у него все могло получиться. Но подвела темнота. После яркого дневного света, он все еще не освоился в подвальных сумерках. По уму следовало бы подождать хотя бы минуту для полной адаптации зрения, но этой минуты ему не дали. Парни, что стояли внизу, решительно направились к лестнице. Поворот скрывал их фигуры, и, вскинув автомат, сотрудник ринулся навстречу. Он не паниковал, - всего лишь спешил занять более выгодную позицию. И тотчас зазвенело железо, - нога угодила на обрезок трубы. Подобного мусора здесь были груды, - это и выдало обладателя автомата с головой. Будь перед ним обычные граждане, возможно, он сумел бы их упредить, но рефлексы бывших спецназовцев ничуть не уступали навыкам воспитанника госбезопасности. «Кипарис» в его руках содрогнулся от слепой очереди, но подчиненные Дмитрия уже раскатились в стороны.

Из трех пистолетов в ответ выстрелил только один, да и то пуля была выпущена в единственную, висевшую над головами лампу. Потемки сменились полной мглой, и стремительно сменив позицию, Харитонов ласково предложил:

- Але, генерал, может, потолкуем?

Но толковать «генерал» не желал. Снова громыхнула очередь, и пули густо осыпали стену, близ которой Харитонов только что находился. Язык пламени яснее ясного указывал на местоположение стрелка, однако никто из «кандагаровцев» даже не попытался этим воспользоваться. На то имелись свои основания: не далее, как пару минут назад Дмитрий предельно ясно выразился насчет трупа и языка.

- Эй, красавчик! А в меня сумеешь попасть?…

На этот раз кричал уже Маратик. В направлении кричавшего хлестнули автоматные выстрелы, но спровоцировали они только взрыв смеха.

- Зря стараешься, парень! Тут передо мной огромная бетонная тумба, так что ты ее и гранатометом не сковырнешь. И не забывай: нас здесь четверо, так что кишка у тебя тонка с нами справиться.

Дмитрий неслышно переместился вперед и напряженным слухом поймал ответное шевеление.

- Ну? Чего замолчал? - снова подал голос Марат. - Твоих хозяев так и так возьмут. А будешь рыпаться, сам угодишь под расстрельную статью.

- Расстрельную статью отменили! - крикнул эфэсбэшник и тут же переместился чуть в сторону. Он, конечно же, помнил о том, что где-то рядом притаился еще один стрелок, а потому осторожничал, не желая сыпать пулями понапрасну. Не знал он только того, что роли были уже распределены, и эта игра ему однозначно не сулила выигрыша. Он сам загнал себя в тупик и, не имея возможности вернуться назад, теперь должен был либо сдаваться, либо идти до конца и убивать этих «чайников». Но в том и крылась загвоздка, что «чайниками» они не были. Любой из четверых мог бы сейчас легко перехватить инициативу, но роль солиста уступили Маратику. Прежде всего по причине той самой «тумбы», о которой он заявил во всеуслышание. Таким образом, оставаясь недосягаемым для пуль, он продолжал отвлекать внимание сотрудника ФСБ, давая возможность Дмитрию исполнить роль «джокера».

- Может, и отменили, но тебе-то от этого что? Значит, будет верное пожизненное, а это, браток, еще хуже.

- Ты-то откуда знаешь?

- Я не знаю, но вот тебе в скорости придется узнать. Вот и подумай, на кой это тебе? Ты ведь не главный, чтобы идти паровозом. А поможешь следствию, глядишь, и отмажешься…

«Кипарис» вновь коротко пророкотал. Было слышно, как пули бьют в стену, звенят, рикошетируя от батарей и труб. Эта очередь показалась Дмитрию явно нерасчетливой. Очень походило на то, что нервишки у противника постепенно сдают.

- Вот это ты напрасно! - немедленно прокомментировал Марат. - Или надеешься на помощь товарищей?… Зря. В таких делах сдают, не задумываясь. И тебя, осла тупого, тоже сдадут. Да ты даже суда не дождешься, дурачок! Возьмешь и повесишься в камере.

- Врешь, сука!…

- А вот увидишь! Ставлю сто баксов, что так оно и будет…

Злая очередь заглушила слова Маратика. Зато и Дмитрий, перемещаясь словно паук на четырех конечностях, поднырнул под язык пламени, оказавшись в каком-нибудь метре от стрелка. Теперь его запросто могли срубить и свои, но в подобных делах мысли бывших однополчан давно уже работали в унисон. Они не просто раскусили план командира, они давно подыгрывали ему как могли.

- А может, и хрен с ним? - вопросил откуда-то издалека Мишаня. - Чего мы строим-то из себя законопослушных граждан?

- Ты о чем? - громко поинтересовался Маратик.

- Да все о том же. Нас, получается, можно мочить, а их - нет?

- Предлагаешь сделать этого хряка?

- Ясен пень! Положим среди мешков, и пусть потом менты разбираются, кто есть кто…

Должно быть, появление свежего голоса настолько изумило стрелка, что он запоздал с очередными выстрелами, а когда палец его наконец-то дернулся на спусковом крючке, неожиданно выяснилось, что патроны в «Кипарисе» кончились. Впрочем, с подобными вещами опытный боец справляется, не моргнув глазом. Пустой магазин немедленно полетел на пол, но перезарядить автомат Дмитрий ему не позволил. Торпедой выбросив тело навстречу противнику, он ударил его лбом в лицо и одновременно стиснул горло железной хваткой. А уже спустя полминуты к нему присоединился Тимофей. В темноте возиться с пленником было не слишком удобно, но вдвоем они с этим делом справились. Пара тумаков успокоила его окончательно, и, располосовав на бойце одежду, «кандагаровцы» спеленали стрелка по рукам и ногам. Не доверяя себе, Харитонов в очередной раз приложился к шее упавшего, нащупывая пульс, но парень и не думал умирать. Более того, едва очнувшись, он вновь начал вырываться из пут, осыпая победителей отборной руганью.