его грузоподъемности. Если утонет, значит, не повезло. А если выдержит, то и на обратном пути, Бог даст, всё будет нормально.
Вылезли на причал.
— Педро, так сколько хозяйка хочет за эту далеко не новую посудину? — обратился к капитану. Во время осмотра мы пытались заговорить с ней на английском, но не преуспели — она оказалась классической чилийкой, говорящей только по-испански, на котором мы не очень.
— Двадцать тысяч долларов. Плюс три тысячи поставить в Вальпараисо под загрузку.
— Мне представляется цена завышенной. Передайте Хулиане-Марии, что я готов заплатить максимум десять тысяч, — назвал реальную цену, подслушанную ранее.
— Нет, хозяйка не согласна! — Педро даже не стал переспрашивать продавщицу.
— Да? Вы правы, это корыто не стоит десяти. Как на счёт девяти тысяч?
— Было же десять? — удивился капитан.
— А сейчас будет восемь. Хулиана-Мария, очо миль, восемь тысяч, — я показал хозяйке восемь пальцев для наглядности. Та сильно удивилась и отрицательно замотала головой.
— Диез миль, — она показал растопыренные пальцы на обеих руках. Капитан только заскрипел зубами, увидев наш торг напрямую.
— Но диез, Хулиана-Мария. Олд анд нот гуд! Компрэнде? — я стыл тыкать в ржавчину.
— Бьен, муй бьен! — она была со мной решительно не согласна.
— Ну и муй с вами, пошли пацаны, — сказал по-русски, разворачиваясь на выход.
Не успели мы сделать и пары шагов, как услышали: — Нуэвэ! Нуэвэ миль!
Ага, клиентка созрела. Так-то эта баржа ей, явно, не нужна. Досталась по случаю, и я подозреваю, что даром. Или по наследству от мужа, что одно и то же. Уверен, что она отдаст её за восемь, а не за девять.
— Очо миль, Хулиана-Мария. Гуд прайс! Но нуэвэ, очо!
В общем, договорились. Восемь тысяч — Хулиане, две — Педро, и завтра моя новая собственность в обед становится на загрузку у грузового причала в Вальпараисо. Во время составления договора купли-продажи пожилая дама вошла в хорошее расположение духа и просила звать её по-простому. Дескать, она ещё не настолько стара, и к ней можно сокращённо. Чуть не заржав от резанувшего слух неприличного сокращения, с серьёзным выражением лица отказался, оставшись в образе сурового русского парня, который всегда на официозе.
* * *
Во время обсуждения тонкостей разгрузки и перемещения стройматериалов на острове в тесном мужском кругу решили, что свой кран нам всё-таки нужен. А заодно и транспортное средство для перевозки грузов, на которое мой заднеприводный Шевроле никак не тянет. А вот мощный пикап той же марки, который парни присмотрели при случае — вполне.
В результате Илья с Семёном попали на однодневные курсы управления краном в фирме, которая нам этот кран продаёт. А я попал на стоимость бэушного крана и новенького пикапа Сильверадо с прицепом. Такой же двигатель пять и три, механика, полный привод, грузоподъемность семьсот килограмм, плюс прицеп на тонну по паспорту, который утащит и две при необходимости.
Эти дополнительные покупки не сильно сказались на бюджете: после всех манипуляций на счетах останется ещё чуть больше полумиллиона долларов. Неплохая страховка в случае каких-нибудь осложнений. Пока что самым дорогим приобретением оказалась лодка. Японский стальной катер 94-го года, Бог весть какими ветрами оказавшийся в Чили, обошёлся мне в сто тридцать тысяч долларов. Длина пятнадцать с половиной метров, стационарный движок на пятьсот лошадей, рубка с лежаком и двумя креслами, грузоподъемность 12 тонн, радар и эхолот — для наших целей он был не идеален, но из имеющихся в наличии, был лучшим выбором.
Назвал его «Авось», нанеся надпись поверх закрашенных иероглифов. Был ещё вариант назвать «Юноной», но написание и произношение в испанском JUNO режет мой русский слух в отличии от AVOS.
А что? Рок-опера, написанная Рыбниковым в 1981-м не то чтобы популярна, но достаточно известна. Тем более главный герой оперы тоже поехал за мечтой и приключениями к латиносам. Правда, там кончилось всё трагично, но мы же русские. Не можем, чтобы было всё просто, без надрыва. Тем более про любовь. Скучно нам и не интересно, когда всё расчётливо-правильно. И в этом мы сильно походим на местных — они тоже больше чувствами.
* * *
С приготовлениями к отплытию мы закончили в середине апреля, старт назначили на семнадцатое число. Понедельник, начало рабочей недели, и ещё целые выходные, чтобы выдохнуть и присесть на дорожку. С прогнозом погоды не заморачивались. Местному гидрометцентру с их точностью прогнозов доверять не стал и поработал предсказателем погоды, как когда-то тренировались с Зиной. До двадцатого апреля солнце и тёплая погода, после пройдёт холодный фронт с дождями и волнением на море. Должны успеть достигнуть острова по спокойной воде.
Загрузили лихтер материалами и инструментами при помощи местных грузчиков и портовых кранов. В осушённом трюме аккуратно расставили поддоны с цементом и сухими смесями, в отдельный отсек разместили бочки с топливом и генератором. На острове наверняка энергоносители дороже, а на нашей барже ещё достаточно места. Металл целиком не влез, пришлось резать пополам двенадцатиметровую арматуру. Металлическая полоса была четырёхметровая и влезла целиком, как и шестиметровые пиломатериалы. В отдельную секцию трюма сгрузили пикап с прицепом, на палубе поставили и раскрепили автокран — при небольшом волнении ничего с ним не будет. Так же на палубе разместили секции разборных металлических ангаров. Тахо, посовещавшись, решили оставить в арендованном доме. Возвращаться придётся по-любому, правда, ещё неизвестно когда и как.
Отдельно закупились продуктами, забив им трюм катера. Там же разместили алкоголь и водолазное снаряжение. Для дайвинга купили батарею новеньких баллонов и переносную электрическую станцию для их заправки. Нырять мы собираемся на 15–20 метров, для наших глубин подойдёт и такой — именно этот компрессор нам порекомендовали в местном магазине для дайверов. В соседнем магазине купили недостающие для катера вещи: надувной тузик с двухтактным мотором, электрическую лебёдку с компактной стрелой, трап, различные ловушки для лангустов. Я решил, что мы будем заниматься ловлей ракообразных и прочих креветок-переростков при обследовании дна вокруг острова. Всё-таки ныряющие то там, то там туристы вызывают подозрение, если они ничего при этом со дна не поднимают. Значит, чего-то ищут. А раз так, повышенный интерес обеспечен. Другое дело, когда богатые горе-рыбаки из России всё время пытаются найти более «рыбное» место.
Кстати, нырять нам придётся много. Я каждую ночь тренировал своё ясновидение и подошёл к следующим неутешительным выводам. Во-первых, расстояние. Да, я теперь мог заглянуть в любой уголок Земли. Но! Чем дальше, тем на меньшее время. Например, меня хватало на «связь» с Москвой всего на пять минут в день, потом всё — туши свет. В
