Алекс придержал вопрос про себя, Богуслав этим заморачиваться не стал. Его, видимо, оторвали от работы, и будущему медику не терпелось к ней вернуться.
— Что произошло?
Ан-ниты перевели взгляд на гостей. Что-то было не так, что-то пошло не так… неужели что-то с вирусом… с воротами… неужели… прекрати панику, Леш!
— Вчера вечером в северном полушарии зафиксирован пробой из вашего мира, — бесстрастно проговорил один из ан-нитов, кажется, демон, но тут не поймешь, да и неважно… Неважно… слишком оглушительна была новость.
— Что?! — показалось — зал пошатнулся. Опоздал! Он опоздал, Вадим пришел сюда… Пришел за ним?
— Пробой продержался шесть минут, затем был перекрыт.
— Кто-то прошел?
Дурацкий вопрос, Леш. Его тут нет. Ты бы почувствовал… так? Ведь так? Дурацкий… но не удержаться.
— Судя по свидетельствам очевидцев, в пробой была переброшена группа неких аппаратов исследовательского характера. Они быстро собрали данные — воздух, пробы воды, снимок местности… Один человек пострадал при попытке помешать этим устройствам тронуть его собаку. Мальчик. Пострадало и животное, в настоящий момент оба проходят лечение. После чего аппараты влетели обратно в переход и он закрылся. Нам остался один аппарат, поврежденный. Вот, взгляните на изображение. Вам знакомы такие устройства?
Хищно блестит в ярком свете объектив, потрескивает искрами надломленное крыло со знакомой эмблемой короны и меча. Слишком хорошо знакомой… Алекс ощутил, как разом подобрался рядом Максим.
— Зонд! — брезгливо-зло проговорил Богуслав. — Здесь? Вот сво… простите. Добрался, значит…
— Пока — нет, — качнул головой ан-нит, — После нашествия дай-имонов мы тщательно отслеживаем любое проникновение, даже стихийные перемещения. Незамеченным никто пройти не может. Дело в другом — сегодня утром предотвращена попытка направленного пробоя в Ангъя. Также из вашего мира. И попытка довольно мощная. В настоящий момент мы блокируем все доступные точки переноса.
Так вот зачем сеть.
— У вас получится? — голос Максима дрогнул, и Алекс едва сдержал желание поставить барьер — такой вспышкой вины хлестнуло от парня.
Это мы привели их сюда. Снова…
— Мы работаем на всей доступной мощности. — глухо проговорил пожилой человек, — Дай-имонам больше не пройти в наш мир. Но встает вопрос, что делать с вами…
— Простите?
— Они знают, где вы. Будут ждать. Возвращаться опасно…
Будет по-моему.
Мир Земля. Вадим.
— ***! — техник едва успел шарахнуться в сторону, когда установка «Таран» вдруг взорвалась ливнем искр и задымила. Вовремя шарахнулся, подлец — Вадим больше не собирался сдерживать злости, и оба блока расхваленной аппаратуры (гарантированный пробой, милорд, в точно установленную точку пространства! Страховка от диффузорных осложнений!) дернулись, тяжело подскочили в воздух, немного повисели… и с маху влепились друг в друга!
Взрыв, дым, какие-то осколки. Взметнувшееся пламя. Испуганные крики… Плевать! Еще мало! Вадим осмотрелся — бешенство требовало выхода, — и массивная зубчатая рамка — ограничитель темного металла затрещала, выдираясь из креплений, и стала гнуться и сминаться, точно под руками мифических великанов.
Будь оно все проклято!
Твари, гады, подонки!
— Милорд, возможно, это и к луч… — начал один из «серых». И опасливо попятился… Но Дим не стал превращать его в лепешку — к дьяволу все… Сейчас он мечтал добраться до этих высокомерных тварей из их долбанного Ангъя, спрятавших от него Лешку! Пробой, значит, перекрыли, с***?! Да я вас в порошок сотру, сволочи! Я все равно его достану. Достану. Ну и вас заодно… Я отучу вас лезть не в свое дело! Но сначала — его. Лешку… Слишком хочется посмотреть в его лживые глаза. Чокнутым, значит, прикидывался, ангелочек! Подарки брал… слушал молча… а сам в это время прикидывал, как ловчей сбежать! Страж недобитый! Врал, врал-то как… М-м-м, преисподняя! Дим едва не застонал от вновь прихлынувшей горечи и ярости. Купился… как идиот, купился на притворство. Разговаривал с этим… мыслями делился. Даже обмолвился как-то, что жалеет… жалеет, что сорвался тогда, что все так получилось… Идиот!
Стена перед ним вдруг вспыхивает белым… и осыпается пеплом. В станционный зал ворвался ветер, пахнул морозом, бросил в лицо несколько снежинок… Вадим «шагнул» наружу.
Осенний день был хмур и холоден, снеговые тучи слились в ровную бесконечную пелену, и небо нависло над землей, как гигантская свинцово-тяжелая крышка. Серо, голо… и пусто. И не только здесь. Придворных полон Дворец, подданные готовы хвосты отрастить, чтобы преданно ими повилять, лишний раз высказать беспредельное уважение и безграничную любовь. А этого мало. Пусто вокруг… и уже давно.
В лицо улыбаются, кланяются почтительно, топят в льстивых словечках, как в меду, а за спиной в Лиги сбиваются, твари неблагодарные. Паскуды… С хмурого неба с треском ударила молния, вспорола землю, растопив снег. С оттяжкой громыхнуло, заглушив крики за спиной… А потом снег повалил гуще, целыми хлопьями, остужая разгоряченное лицо. Дим присел, набрал целую ладонь этого снежного холода — острые крупинки вперемешку с мягкими хлопьями — и крепко растер лицо.
Ладно, хватит беситься.
Пора навестить одну из моих любимых подданных… чтоб ей жизнь медом не казалась. Думаешь тебе сейчас плохо, феникс? Нет, дорогая, это только начало. Ты ответишь и за предательство, дрянь мелкая…. и за то, что помогла Лешке ускользнуть… и за свое чертово вранье, поганка лживая!
Знаешь, что будет особенно интересно? Если я заставлю тебя предать — его, моего братца. А я заставлю. Предавать — так обоих! Для ровного счета, так сказать. Ты уже его предаешь, и знаешь про это. Именно от тебя я узнал про этот чистенький мирок, куда удрал Лешка, именно ты поведала про некоторые особенности вашего… скажем так, бракосочетания. Например, что ты почувствуешь, когда мой милый притвора-братец вернется. И даже узнаешь, куда именно. Именно ты сможешь его найти, куда бы он не спрятался и как бы не закрывался. Именно поэтому ты пока жива и относительно здорова, дорогуша — потому что нужна мне. Моя приманка, мой детектор… а может, и моя гончая. Будущая…
Интересно, а если нашего дорогого идеалиста приволочет к моим ногам любимая девушка, что он скажет?
Пора в дорогу.
Мир Ангъя. Богуслав.
— Нет, — Леш сказал это так, что опытный Богуслав махнул рукой — спорить полная безнадега. Нет, Алекс, конечно, вменяемый и вообще мягкий, порой даже чересчур… и спорить с ним можно запросто. Даже поругаться. Но это пока дело не касается "больных мест" типа спасения людей и убийства Повелителя. Тогда он упирается рогом так, что и экскаватором не сдвинешь. Сейчас как раз такой случай.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
