В этот вечер на нашем матче присутствовал и второй в истории российской Суперлиги канадский тренер. Майк Крушелницки, за свою 14-летнюю карьеру игрока поигравший в Эдмонтоне, Бостоне и Детройте и завоевавший три Кубка Стэнли, а затем поработавший тренером в штабе Red Wings у Дэйва Льюиса, несколько дней тому назад был назначен новым тренером Витязя. Майк и люди из Витязя приехали посмотреть второй матч и, думаю, он хотел зайти в раздевалку поздороваться, но, наверное, из-за всей этой нервотрепки с результатом матча решил не заходить. Видимо, Игорь Ларионов, поигравший с ним в Детройте, вывел клуб на него. Все спрашивали: «Кто это — Майк Крушелницки?» Я знал его как игрока, но не знал его тренерской деятельности. Думаю, еще один-два североамериканских тренера могут приехать сюда. Во всяком случае, такие ходят слухи.
Думаю, наш хорошо проведенный сезон, возможно, приоткрыл кое-какие двери для других канадцев, которые, может, захотят попытаться.
3 апреля
Плохие новости про нашего вратаря, Трэвиса Скотта: вчера он усугубил травму бедра, полученную ранее — растяжение мышцы. Мы надеемся, что он сможет сыграть в третьем матче. Ему пришлось посетить сеанс иглоукалывания, и в первый раз это не очень помогло. Поэтому вчера мы нашли другого специалиста, и, похоже, ему немного полегчало. У него также стали случаться приступы головокружения. Пришлось взять кровь на анализ, и наш медицинский штаб, как и все остальные, весьма озабочен. Худшего момента и быть не могло. До сих пор он для нас был как неприступный утес.
4 апреля
Третья игра серии с Омском. Одно общее наблюдение, по мере приближения к кульминации: по ходу матчей на вылет в НХЛ напряжение матчей возрастает, а красота исполнения снижается, и это оказывается верным для России тоже. Каждый старается избежать ненужного риска, и, в результате, все игры проходят очень напряженно. В сегодняшнем матче мы вышли вперед только в начале третьего периода, после гола Гладских. Я сказал Трэвису перед игрой: «У нас проблемы с выигрыванием вбрасываний у этой команды, поэтому, если нет необходимости прижимать шайбу, не останавливай игру».
Итак, мы дотянули до последней минуты, бережно храня свое преимущество в один гол, когда он ловит шайбу, фиксирует ее и затем смотрит на меня. Я увидел, как он произнес: «Ой!» Как бы то ни было, они выигрывают вбрасывание, Гусев бьет по воротам сквозь толпу игроков, и шайба проходит в ворота. Они сравняли счет ровно за минуту до конца основного времени.
В овертайме Виталий Ячменев, в НХЛ немного поигравший за Nashville Predators, а затем ставший известным как новичок лиги, оказавшийся в тройке с Уэйном Гретцки в Los Angeles Kings, забил победный гол. Это был его лишь четвертый гол в сезоне, но для нас он оказался убийственным. Команды играли 4х4.у нас на льду были Чистов и Воробьев. Оба оказались отыгранными в одном месте. Затем шайба была передана с этого места в угол площадки, а оттуда сразу же на пятачок, и Ячменев был тут как тут, отправил шайбу в сетку. В первом матче, который мы проиграли в овертайме, дома, мы выпускали на лед три двойки нападающих — две пары атакующего плана и одну пару, Королева и Воробьева, оборонительного плана. Тот замысел не сработал, поэтому сегодня мы решили уравновесить пары, выпустив по атакующему и оборонительному игроку — и этот план тоже не сработал. Упустить преимущество за 60 секунд до конца, а затем пропустить гол в самом начале овертайма — это была катастрофа. Матч развернулся столь быстро. Мы все думали: «Выиграем выездной матч, и неважно, что будет в четвертой игре, вернемся домой, и все будет в порядке. Мы провели классный матч, играли так упорно. У нас так много получалось, и вдруг, вот так вот, победа ускользнула сквозь пальцы. Естественно, первой мыслью было: «Как команда переживет этот момент?»
5 апреля
Сегодня Трэвис Скотт сдал кровь на анализ, и результаты не дали ясной картины. Он временами чувствует головокружение, но следует отдать должное его бойцовскому характеру. Выходные в Омске не дают особенно много возможностей в это время года, потому что мы опять в Сибири, и здесь все еще холодно. Температура всего минус десять, но из-за ветра кажется намного холоднее.
6 апреля
Оказавшись перед угрозой вылететь, сегодня в 4 м матче мы начали очень хорошо. Нам нужна победа, чтобы вернуться на пятый матч домой. Чистов открыл счет в первом периоде, реализовав большинство, но соперник ответил почти сразу — Чубаров сравнял. Затем, на первой минуте второго периода, они вышли вперед 2–1, и такой счет сохранялся до самых последних минут третьего периода, когда нам был отчаянно нужен гол, чтобы сравнять и перевести игру в овертайм. И мы его забили.
Платонов пропустил первые две игры этой серии, но вернулся в последней и принес нам этот гол. Мы называем эту ситуацию «внутренние 2х1», потому что один из их защитников при нашей атаке 3х2 оттеснил игрока с шайбой, поэтому он прокинул ее игроку, набегавшему на ворота, и вдруг у нас получилась атака 2х1. И Платонов просто вогнал ее. В овертайме Платонов убежал в отрыв и не смог забить. Затем Чистов убежал в отрыв и тоже не забил. Два наших хороших голеадора, обычно использующих свои шансы, не смогли забить при выходах один на один — у меня после этого появилось плохое предчувствие. Снова судейство оказалось странным, и сегодня они нас просто убили. Дважды за овертайм нам пришлось играть в меньшинстве — из-за каких-то дешевых, сомнительных удалений. Ни одно из этих нарушений не затрагивало кого-либо перед воротами или во время движения к воротам. Одно случилось в углу. Другое — на синей линии, около борта. Мы выстояли первое меньшинство, но во второй раз мы просто не смогли уберечь свои ворота. Гусев, сравнявший счет в Матче 4 (автор, видимо, подразумевает матч 3 — прим. пер.) и обычно играющий последнего защитника, забил и в этот раз — и выбил нас. Он у них даже не атакующий защитник, скорее, он — стабилизирующий оборону защитник, но в двух подряд матчах его дальние броски нашли дорогу в наши ворота. Если какие-либо два игрока создали нам проблемы, так это два их защитника — Гусев и Кирилл Кольцов, задрафтованный Ванкувером, великолепный атакующий игрок. Эти двое плюс Чубаров поучаствовали во всех победных голах.
Самым досадным было то, насколько сомнительными были удаления. Мы были в трех минутах от серии буллитов, а буллиты мы весь сезон пробивали очень хорошо. Я всерьез полагал, что, если дойдем до буллитов, то потом отправимся домой на пятый, решающий матч серии. Я ничего впоследствии не сказал о судействе, потому что толку-то? Но наше руководство просто штурмовало судейскую комнату, возмущаясь, как они могли так поступить. Но было уже поздно. Игра сделана, с нами покончено, и наш экстраординарный сезон оборвался в мгновение ока. Ребята были крайне расстроены — они на самом деле хорошо играли и бились. Нам не удалось развернуть овертайм в свою пользу, но это произошло не из-за недостатка усилий.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
