ПРОКУРОР. Штаны… Трусы… Ну и что? Массаракш… Что-то было… Я пропустил… (Перелистывает материал назад.) Южная граница… Видит в темноте… Реакция на А-излучение… Стоп! «Реакция на А-излучение нулевая в обоих смыслах». Нулевая. В обоих смыслах…
Прокурор хватается за сердце.
ПРОКУРОР. Реакция на излучение нулевая в обоих смыслах…
С трудом берет себя в руки. Нажимает на кнопку – является референт.
ПРОКУРОР (пытается сдержать волнение). Немедленно подготовить специального курьера с охраной. Отдельный вагон на юг… Нет! Мою электромотриссу… Действуйте!
Референт выходит. Прокурор включает принтер, раскрывает программу в окне, диктует в микрофон.
ПРОКУРОР. «Генерал-коменданту Особого Южного Округа. Немедленно передать в опеку подателя сего воспитуемого Мака Сима… С момента передачи считать осужденного Мака Сима пропавшим без вести, о чем иметь в архивах соответствующие документы. Государственный прокурор…»
Из принтера выползает распечатанное распоряжение на бланке. Прокурор подписывает. Откидывается на спинку кресла. Переводит дыхание. Меняет режим в программе и диктует снова.
ПРОКУРОР. «Дорогой Странник! Получилась глупая история. Как только что выяснилось, интересующий тебя материал пропал без вести, как это частенько бывает в южных джунглях…»
Из принтера вылезает частное письмо, уже на другом бланке.
* * *
Взрывается граната под гусеницей огромного, грязного, архаичного танка. Железное чудовище сворачивает с дороги, выламывая куски бетона, вламывается в чащу, поворачивается на одном месте, и второй заряд попадает ему в ржавую корму с болтающимся на заклепках листом железа. Танк выбрасывает клуб раскаленного дыма и останавливается. Включаются и выключаются аварийные системы, скребет землю уцелевшая гусеница. Грозно и бессмысленно, как брюхо раздавленной осы, поднимается и опускается облезлая труба ракетной установки.
Рыжебородый – первый человек, которого встретил Максим на этой планете, – опускает гранатомет. Поворачивается и идет в лес, волоча оружие за ремень, за ним идут Максим и однорукий Вепрь – все они в клетчатых арестантских комбинезонах.
На лужайке все трое валятся на траву – отдохнуть.
ВЕПРЬ. Сверни мне цигарку, Зеф.
Рыжебородый вытаскивает табак и бумагу. Сворачивает цигарки себе и Вепрю.
ЗЕФ (Максиму, кивая на подбитый танк). Так и только так. А гранатой под гусеницу – у нас на каторге так не принято.
МАКСИМ. Я просто хотел его остановить.
ВЕПРЬ. Зачем?
МАКСИМ. Посмотреть. Все-таки боевая машина…
ЗЕФ. Был тут один до тебя, тоже интересовался, что у танка внутре. А граната срикошетила в ракету, и наступил тому умельцу карачун… У нас тут как? Естественный отбор. Кто дурак, подрывается сразу, в первые дни. Кто умный, вот вроде нас с Вепрем, – те до старости в говнище этом ползают. Правда, Вепрь?
Однорукий молча курит. Зеф вытаскивает фляжку.
ЗЕФ. Никому не предлагаю, кроме себя. Потому что я человек конченый, а у вас впереди светлое будущее. За наше отечество… будь оно трижды счастливо.
Зеф пьет, фыркает, затягивается. Максим смотрит сквозь редколесье, как танк агонизирует, выпуская из развороченных внутренностей последние клубы пара.
ЗЕФ (докуривая). Подъем, братцы-смертники! За работу, если мы хотим сегодня жрать!
Зеф идет вперед. Максим – позади, рядом с Вепрем.
МАКСИМ (вполголоса, кивая на Зефа). А он тоже политический?
ВЕПРЬ (серьезно). Что вы. Как можно!
МАКСИМ. Тогда за что он сидит?
ВЕПРЬ. За неправильный переход улицы.
Максим, оскорбившись, что-то хочет ответить, но тут Зеф впереди вскидывает руку.
ЗЕФ (орет). Ложись!
Максим и Вепрь бросаются на землю.
Толстое дерево впереди с протяжным скрипом поворачивается, выдвигает из себя длинный тонкий орудийный ствол, водит им из стороны в сторону, как бы примериваясь, затем раздается жужжание и щелчок, из черного дула лениво выползает облачко дыма.
ЗЕФ (поднимается, отряхивая штаны). Протухло.
Поднимает гранатомет, целится, всаживает заряд в дерево. Взрыв. Развороченное горящее дерево падает, обнажив искореженную пушку. Все вздыхают с облегчением, доля секунды – кажется, можно отдохнуть…
В этот момент из кучи листвы с диким ревом вырывается автоматическое устройство – подвижный огневой модуль. Он очень быстрый, на нем установлен пулемет. Максим вскакивает, прежде чем другие успевают среагировать. Борьба Максима и модуля; Максим, изловчившись, отрывает у него блок управления, будто голову.
ЗЕФ (удивленно-одобрительно). Гляди ж ты…
Сплевывает.
Они идут дальше. За холмом – джунгли колючей проволоки. Продираются, оставляя на колючках клочья одежды и капли крови. Полоса колючек кончается, открывается болото; секунда тишины. Толстая лягушка на листе. Каторжники переглядываются. Зеф находит камушек, бросает в болото, лягушка прыгает, по воде расходятся круги…
Из болота толчком выныривает трехствольный огнемет. Моментально вспыхивает все – даже вода.
ЗЕФ. Массаракш! Массаракш!
Палит из гранатомета наугад. Кругом – стена огня.
ЗЕФ. Бегом! За мной!
Разом вскакивают и бегут, а там, где они только что лежали, полыхает пожар.
* * *
Зеф идет впереди, за ним Максим, позади плетется усталый Вепрь. Зеф насвистывает сквозь зубы свою песенку – «Я мальчик лихой, меня знает окраина».
ЗЕФ. Это уже граница соседнего квадрата, тут мы чистили в прошлом году, так что, по идее… А это что?
Он останавливается. Максим останавливается рядом.
Перед ними – на дне воронки – странная обгорелая конструкция, заросшая вьюнком. Это остатки Максимова корабля.
ЗЕФ. Ну, это безопасно. Эту штуку уже прикончили. Может, я сам и прикончил в прошлом году, не помню…
Максим медленно подходит к кораблю. На остатках пульта управления цветут веселенькие цветочки. Максим проводит пальцами по закопченной обшивке…
ЗЕФ (издалека). Эй, юный техник! Экскурсия закончена! Хочешь жрать – давай работать!
Максим идет следом, то и дело оглядываясь на корабль.
Видит тень, проскользнувшую в зарослях. Хмурится, всматривается… Показалось?
* * *
Вепрь водит миноискателем. Максим, осторожно разбирая траву и листья, выкапывает и разряжает мину.
ЗЕФ. Вперед, если хочешь жрать! Пошевеливайся!
Идут через лес. Максим оглядывается.
МАКСИМ (вполголоса). По-моему, за нами следят.
Зеф озирается, водит стволом.
ВЕПРЬ. Человек? Зверь?
МАКСИМ. Не пойму.
Все трое оглядываются. Качнулась ветка; Зеф палит наугад. Грохот, горят листья. Наступает тишина, и в этой тишине отчетливо слышен гортанный крик.
И другой такой же крик – в отдалении.
ВЕПРЬ. А… Это упыри.
МАКСИМ. Кто?
ЗЕФ. Упыри! Ночью как начнут орать по всему лесу – душа в пятки уходит. Был один уголовник, так он хвастался, будто знает этот язык. Переводил.
Идут дальше через заросли. Вепрь опирается на свой миноискатель, как на клюку.
МАКСИМ. А где этот уголовник?
ЗЕФ. Да его съели.
МАКСИМ. Упыри?
ЗЕФ. Да нет. Он был в строителях, партия в лесу заблудилась, ребята оголодали, ну и это, дело житейское…
В лесу переговариваются гортанными голосами странные существа. Зеф прислушивается.
ЗЕФ. Живыми я их не видел. А дохлых – много раз. За живого упыря в комендатуре обещают банку мяса… (Ухмыляется.) Размечтались.
МАКСИМ. Это животные?
ЗЕФ. Ага. До войны жили в лесу звери, похожие на тебя, умные очень. Дрессировать их было – одно удовольствие. Ну и, конечно, стали их учить под танки с минами ложиться, переносить к противнику посуду с заразой, ну и всякая такая чепуха. А когда всерьез шандарахнуло, тут стало не до них, вообще ни до чего. А теперь пожалуйста: упыри.
МАКСИМ. Так они и есть мутанты?
ВЕПРЬ (тяжело дыша). Мутанты – это просто очень уродливые люди…
ЗЕФ. То человеческие. А это звериные мутанты. Вот мы тут ходим и мечтаем о жратве, а они на нас смотрят и тоже мечтают. Но из кустов не вылазят, потому что у нас пушки. А были бы мы без пу… А-а-а!
Зеф вдруг проваливается под землю. Максим и Вепрь подбираются поближе. Щель глубокая, непроглядная, из нее доносятся хруст, дребезг и невнятная ругань.
МАКСИМ. Зеф! Где вы там?
ЗЕФ (из щели). Спускайтесь сюда! Прыгайте, здесь мягко!
ВЕПРЬ (отрицательно качая головой). Это не для меня.
