В общем, любимой я о «дворовом» видео не рассказал, зато и не приставал к ней, и помощи не просил, ну, разве что разузнать насчёт «окуривателя». С гордостью заявляю, что проводил расследование лично, опираясь лишь на свои силы и свой ум…
Почему вы решили, что за эти десять дней я ничего не узнал? Узнал, разумеется, и довольно много. Что именно? Хм… Ладно, расскажу. Вы помните, что шустрый инвалид не только ухитрился сбежать у меня из-под носа, но и все свои генетические материалы из квартиры вывез? Любой другой на моём месте наверняка опустил бы руки и в горьких рыданиях проклял бы судьбу-злодейку, навечно разочаровавшись во всём, но я не такой. Мой девиз прост: если следов нет, нужно их найти, а потом по ним пойти. Упорство и гениальность — вот рецепт успеха, упорство и гениальность. Компьютер сбежавший Кег прихватить не забыл, однако современный чел оставляет гораздо больше следов, чем способен унести в сумке или истребить с помощью «окуривателя Зарницы», и именно этими невидимыми электронными следами я и занялся. По моей настоятельной просьбе Служба утилизации состряпала грозный, а главное, весьма похожий на настоящий запрос провайдеру господина Кега от солидной силовой структуры, и всего через четыре дня я стал счастливым обладателем подробного отчёта о сетевых перемещениях инвалида Альфреда за последние три года. Почему так долго? Бюрократия, друзья, бюрократия — бич нашего общества, ну, и неуважение к представителям закона, разумеется: провайдер наотрез отказывался раскрывать информацию без решения суда, подделка которого отняла у меня лишний день. В конце концов, я всё-таки заполучил отчёт и выяснил, что шустрый Кег плотно сидел на хардкорной онлайн-игре, и даже не просто сидел — он ею жил, что, впрочем, наверное, естественно в его положении. В самом факте подобной увлечённости не было ничего необычного, но отчёт показал кое-что действительно интересное: Альфред пребывал в виртуальности несколько лет, а начиная с февраля словно отрезало. Ардоло — таким был ник Кега в игре — распродал все накопленные запасы, попрощался с боевыми товарищами, воткнул уникальный меч в ближайший камень и канул в небытие.
Надоело?
Возможно, надоело — такое случается. Но, поговорив с понимающими в игромании челами, я выяснил, что завзятые игроки — а Кег по всем признакам был именно таким, в никуда не уходят, только в другие проекты. Однако отчёт однозначно утверждал, что Альфред из виртуальности выпал: в феврале и марте он путешествовал исключительно по информационным сайтам да интернет-магазинам, ничего игрового, а значит…
Значит, мой частично парализованный друг нашёл себе что-то новое за пределами Интернета.
Почему я пришёл к такому выводу? А к какому выводу я должен был прийти?
Вы, наверное, удивитесь, но жители Тайного Города тоже играют онлайн. Не так увлеченно, как челы, конечно, поскольку Тайный Город сам по себе такой онлайн, какой не всякому приснится — попробуй удивить игрока, который может арендовать на выходные настоящего дракона, — но всё-таки играют. И именно на их поиск я потратил следующие дни: сначала упрашивал о помощи великий «Тиградком» — телекоммуникационного монополиста, сплавившего хакеров с магами, а получив её — тут пригодились мощные связи питерского шаса Тадая Кумара, — стал вычислять нужных мне игроков. Ну, не совсем вычислять, если откровенно: мы взломали бывшую игру Кега, слили из неё информацию по игрокам, отобрали клиентов «Тиградком», с их помощью определили тех челов, которые должны были знать Кега, и с полученным списком я отправился в Питер, оставив нежную Всеведу тосковать в пустой квартире.
— Извините, вы — Безжалостный кулак?
— Лучше просто Гена, — попросил мой визави, поправляя очки. — А вы…
— Юрий Федра, полицейское управление Санкт-Петербурга.
Вообще-то я был, есть и остаюсь частным детективом, честно работающим на разных, в том числе и честных, клиентов. Однако исследования показали, что к честным полицейским граждане относятся с большим уважением и доверием, чем к представителям коммерческого правосудия, поэтому я приобрел в «Шась Принт» комплект необходимых документов и периодически нарушал закон, прикидываясь тем, кем на самом деле не являлся.
На что только не приходится идти ради установления истины.
— Спасибо, что согласились встретиться.
— Мне сказали, у нас состоится неофициальный разговор.
— Никакого протокола, — поспешил заверить я. И попал в элементарную ловушку.
— Почему?
«А он не так глуп, каким выглядит».
Гена Безжалостный кулак оказался среднего роста, полноватым, кудрявым и относительно молодым — не старше тридцати — челом. Работа не позволяла ему играть днём, поэтому Гена предавался увлечению в ущерб сну, что, на мой взгляд, являлось полноценной заявкой на звание полноценного глупца. Тем не менее ехидный вопрос заставил меня всерьёз напрячь интеллект в поисках удобоваримого ответа.
— Меня предупредили, что вы не хотите говорить официально.
— Вы могли меня заставить.
А ведь он меня почти поймал. Хорошо, что моя гениальность включает сильно развитый раздел «импровизация», который и помог мне выпутаться.
— Позвольте, Геннадий, обрисовать вам ситуацию. — Я сформировал на своём мужественном лице выражение деловитой сосредоточенности и проникновенно сообщил: — Альфред Адольфович Кег, которого вы знаете под игровым псевдонимом Ардоло, уже двое суток не появлялся дома. Его родственники волнуются, но официально мы сможем начать поиски лишь через несколько дней. Так что сейчас я действую как частное лицо, а помогать мне или нет, вам должна подсказать ваша совесть.
Для начала совесть подсказала Безжалостному кулаку улыбнуться:
— Как вы сказали: «игровой псевдоним»?
И я поздравил себя с правильно выбранной тактикой. Среднестатистический сетевой обитатель нисколько не сомневается в том, что лично он — естественно, он, кто же ещё?! — входит в первую сотню умнейших людей планеты и уж точно убежден в своём превосходстве над «каким-то там полицейским». Чтобы помочь конкретно этому сетевому обитателю в его заблуждении, я использовал в разговоре предельно идиотский термин и тем не только сгладил впечатление от неудачного начала, но и окончательно раскрепостил Гену. Теперь он станет говорить обо всём, что меня интересует, и настолько подробно, насколько я сочту нужным.
— Надо было использовать термин «ник»? — «стушевался» я.
— Ага, — победоносно кивнул Безжалостный кулак.
— Так что насчёт Альфреда Адольфовича?
— Я два месяца не общался с Ардоло и никогда не был с ним дружен.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
