меня за бога. Но мое огнестрельное оружие лежит где-то в демоническом лесу. Я не слышал ни звуков голосов, ни криков, и мне стало интересно, были ли эти существа немыми. Может быть, подумал я, если я заговорю, я мог бы произвести на них впечатление. Но, с другой стороны, звук моего голоса может разрушить чары и заставить их напасть на меня. Единственная ошибка, малейшее неверное движение могут решить мою судьбу. Я был в ужасно затруднительном положении. Весь мой прежний опыт общения с дикими неизвестными племенами пронесся в моей голове, и я попытался вспомнить какой-нибудь инцидент, какое-нибудь маленькое событие, которое спасло положение в прошлом и могло бы быть использовано с пользой сейчас.
Размышляя таким образом, я бессознательно полез в карман за трубкой, набил ее табаком и, вставив в рот, чиркнул спичкой и выпустил облако дыма. Мгновенно от странных существ раздался низкий, воющий, свистящий звук. Лучники побросали свои луки и стрелы, и люди единовременно бросились ничком на землю.
Непреднамеренно я решил проблему. Для этих существ я был огнедышащим, ужасным богом!
Понимая это и зная, что, имея дело с примитивными расами, полными суеверий, нужно немедленно использовать преимущество, я больше не колебался. Энергично попыхивая трубкой, я шагнул вперед и приблизился к ближайшей группе распростертых людей. Неподвижные, они уткнулись лицами в пыль, прижавшись телами к земле, не смея поднять глаз или даже украдкой взглянуть на ужасное, изрыгающее дым существо, которое возвышалось над ними. Никогда я не видел такой демонстрации животного страха, такого полного унижения. Было действительно жалко наблюдать их, видеть их скованные, задыхающиеся тела, дрожащие от невыразимого ужаса; ужас был настолько велик, что они не осмеливались бежать, хотя по звукам моих шагов они знали, что я находился среди них, и боялись, что в любой момент на них может обрушиться ужасная гибель.
Но сам их испуг разрушил мой замысел. Я завоевал собственную безопасность и, возможно, даже обожание, но не могло быть ни дружбы, ни общения, ни возможности быть для них своим, совместного добывания пищи, обучения чему-либо, если они останутся съежившимися на земле. Каким-то образом я должен завоевать их доверие, я должен доказать, что я был дружелюбным, милосердным божеством, и все же я должен все еще быть в состоянии произвести на них впечатление своей силой и контролировать их страхом.
Это было деликатное дело, но это необходимо было сделано. Почти у моих ног лежал один из лучников, лидер или вождь, как я подумал, судя по украшениям из перьев, которые он носил, и, наклонившись, я осторожно поднял его. При моем прикосновении он буквально затрепетал от ужаса, но ни испуганного крика, ни звука, кроме змеиного шипения, не сорвалось с его губ, и он не оказал никакого сопротивления, когда я поднял его на колени.
До сих пор у меня не было возможности хорошо рассмотреть этих людей, но теперь, когда я увидел этого парня вблизи, я был поражен его отталкивающим уродством. Я видел несколько довольно уродливых народностей, но все они, объединенные и умноженные во сто крат, были бы красавицами по сравнению с этими карликовыми, перевернутыми вверх тормашками обитателями затерянного города. Почти черный, с низкими бровями, с крошечными бегающими глазами, как у рептилии, с огромным толстогубым ртом, острыми, похожими на клыки зубами и спутанными волосами, лучник казался гораздо более похожим на обезьяну, чем на человека. И тут я заметил очень любопытную вещь. У него не было ушей! Там, где они должны были быть, находились просто круглые голые пятна, покрытые светлой тонкой мембраной, похожей на уши лягушки. На мгновение я подумал, что это порок развития или травма. Но когда я взглянул на других, я увидел, что все они были одинаковыми. Ни у кого не было человеческого слуха! Все это я понял, когда поднимал парня. Затем, когда он, дрожа, поднял голову и посмотрел на меня, я заговорил с ним, стараясь произносить слова мягким и успокаивающим тоном. Но в его тусклых, испуганных глазах не было никакого ответа, никаких признаков интеллекта или понимания. Ничего не оставалось, как прибегнуть к языку жестов, и я быстро жестикулировал, пытаясь донести до него, что я не причиню травм или вреда, что я дружелюбен и что я желаю, чтобы люди поднялись.
Постепенно на его уродливом лице появилось понимание, а затем, чтобы доказать свою дружбу, я порылся в кармане, нашел крошечное зеркальце и вложил его ему в руку. При виде выражения крайнего изумления, которое отразилось на его некрасивом лице, когда он посмотрел в зеркало, я покатился со смеху. Но зеркало победило. Издавая резкие, странные, шипящие звуки, парень передал новость своим товарищам, и медленно, нерешительно, с затаенным страхом на лицах, люди поднялись и посмотрели на меня со странной смесью благоговения и любопытства.
В основном это были мужчины, но среди них было много женщин, которые, очевидно, были женщинами, хотя все они были настолько одинаково отталкивающими, что было трудно различить пол. Все они были одеты очень похоже – в одинаковую одежду из коры, напоминающую оружейные мешки, с отверстиями по четырем углам для ног и рук и отверстием для головы.
Но, хотя форма или материал одежды не отличались, некоторые носили украшения, а другие нет. Обычным явлением были повязки на ногах и руках из тканого волокна. У многих мужчин были украшения из ярких перьев, прикрепленных к рукам или ногам или закрепленных на талии, и многие были искусно татуированы. Казалось невероятным, что такие примитивные карликовые, уродливые, дегенеративные существа могли построить город из каменных домов, проложить широкие мощеные улицы и создать вид высокоразвитой цивилизации.
Но у меня было мало времени, чтобы раздумывать об этом. Парень, которому я подарил зеркало, шипел на меня, как змея, и знаками пытался показать, что я должен следовать за ним. Итак, с толпой, следовавшей за нами, мы начали подниматься по дороге к центру города.
Глава III. Перед королем
Поистине, более странной процессии никогда не видели человеческие глаза.
Передо мной шел главный лучник, опираясь на свои большие мозолистые руки и крепко держа лук в одной цепкой лапе, а в другой – свое драгоценное зеркало. По обе стороны и сзади были десятки странных существ, спешащих на руках, издавая непрерывный шипящий звук, похожий на выходящий пар; черные ноги и ступни махали и жестикулировали в воздухе и, на первый взгляд, существа казались толпой безголовых карликов. Как бы я хотел, чтобы Фентон был тут и сам все
