— Подожди, Дичок, надо кое-что решить, — выпустил меня из объятий юноша.
Я послушно опустилась на постель, потрогав отглаженную до хруста наволочку.
Вот уж любители идеального порядка эти снежные. Как они еще сразу стену не отремонтировали, наверное, цемента и краски под рукой нет.
Валгус тихо разговаривал с охраной. Я прислушалась к эмоциям снежных и удивилась — в душах тюремщиков творилось черти что…. События последнего часа и для них не прошли даром. Заставили посмотреть на "преступников" с другой стороны, зародили зерна жалости и сочувствия. А еще охотники по-прежнему боялись, что я умру. У них имелся приказ по этому поводу… или… какая-то угроза? Разобраться не получалось, но было ясно одно — мы должны обязательно выжить. Валгус это тоже понял. Потому и решился на разговор.
Наконец, один из охраны кивнул и вышел, а мой любимый вернулся ко мне, сияя улыбкой:
— Мне разрешили остаться на всю ночь!
Лучшего и пожелать невозможно.
Моя голова покоилась на груди у Валгуса, и юноша гладил меня по волосам. Мы молчали. После пережитого не хотелось ни думать, ни говорить. Нам вполне хватало простой телесной близости, возможности прикасаться и чувствовать друг друга наяву. Меня сильно клонило в сон — организму требовалось восстановить потраченные силы — но я крепилась. И не только потому, что боялась повторной встречи со стаей…. Просто казалось глупостью тратить драгоценное время на какой-то сон. Вот только тело было другого мнения — глаза закрывались сами собой. Так обычно начинается выздоровление после серьезной болезни: все время хочется спать.
Валгус чувствовал мое состояние и пытался подбодрить, он тоже не хотел, чтобы я отключилась. Юноша, хоть и надеялся на защиту медальона, здорово опасался повторения истории. Ему и одной с головой хватило. Да что там… мой друг был просто в ужасе, поняв, что стая способна убить меня, даже не прикасаясь.
В конце концов, после того, как я дважды заснула прямо на полуслове, Валгус сдался и приказал:
— Саш, хватит. Не мучайся. Придется рискнуть. Не бойся, я тебя посторожу. Иди ко мне поближе.
Меня хватило только на вялую улыбку — куда уж ближе? — но послушалась: обняла и закинула ногу на бедро парня, чтобы чувствовать его всем телом. Он в ответ сомкнул руки на моей спине и, уткнувшись лицом в волосы, прошептал:
— Спи.
Я отключилась сразу после этого слова. И сразу же очутилась в знакомой темноте, словно другого места и не было! Там царила пустота — вился только один огонек. Он тут же метнулся ко мне, но злобы я не почувствовала, скорее облегчение и радость.
"Сашка! Слава богу — жива!"
Я узнала голос и успокоилась — Борис! — но радоваться не спешила, слишком хороший мне преподали урок.
"Что тебе надо? Для чего ты тут? Чтобы позвать остальную стаю? Не успокоитесь, пока не добьете?"
Парень застыл на месте — его захлестнула обида: "Я тебя пальцем не тронул! Я помогал Ярославу! Пытался остальных остановить!"
Вот как…. - вспомнился рык Ярослава — значит, с ума сошла не вся стая? У двоих хватило выдержки устоять?
Я остановилась напротив Бориса: "Ты сильнее, чем кажешься".
Неожиданно сильнее. Намного сильнее меня, потому что я свое время не устояла — кинулась в драку. Да еще не один раз. Так что у меня нет права родичей осуждать, сама ничем не лучше.
Я вздохнула — да и не осуждаю уже.
Парень не дождавшись продолжения фразы, несмело спросил: "Ну, я пойду? Мне просыпаться пора — Ярослав ждет звонка. Он здорово переживает за тебя. Сам хотел дождаться, но не смог — требовалось вправить кое-кому мозги". И пропал с глаз, оставив меня в растерянности на опустевшем "поле боя".
Я "переговорной" оказалась не нужна — стоило мальчишке исчезнуть, как темнота сменилась на обычный сон. На запутанный лабиринт из аккуратно остриженных кустов. Я бродила по нему в поисках чего-то важного до того момента, пока Валгус меня не растормошил.
— Дичок, просыпайся. Уже светло, мне пора уходить, — поцеловал меня в лоб юноша, и на робкое "почему пора?" вздохнул: — Скоро охрану поменяют. А сажали нас все-таки по разным комнатам.
Я кивнула.
— Как ты себя чувствуешь? — внимательно разглядывал меня Валгус.
— А ты? — задала я встречный вопрос.
Юноша хмыкнул: — Обо мне не тревожься. Тех, кто идет в охотники с детства приучают защищать свой разум. К тому же… ты почти сразу вышибла меня оттуда. Ты… или твой медальон. Так что не уходи от ответа.
Прислушалась к себе — сон помог, хотя хотелось… подкрепиться. В обоих смыслах.
Ответила честно:
— Нормально, только есть хочу.
Валгус улыбнулся:
— Это поправимо. Скоро должны завтрак принести. Не думаю, что в их планы входит уморить нас голодом.
Да уж… Тут мой друг прав, раз на целый самолет разорились, то точно не поскупятся хотя бы на хлеб.
За нами пришли после обеда. Сначала за Валгусом, затем за мной. Одновременно вести к месту не решились, хотя моли бы уже понять, что убегать мы не станем. Перед тем как забрать, мне вернули одежду. Выстиранную, отглаженную, без единого пятнышка крови.
Пока меня вели к лифту, тянула носом запахи, не обращая внимания на недовольство тех, кто шел рядом. По коридорам небоскреба ходили… разные существа. Не одни снежные, нет. Люди там тоже были. Самые обычные. Много, намного больше, чем оборотней.
Я глубоко вздохнула и шагнула в отделанную пластиком кабину, навстречу неизвестности. Мне очень хотелось ей крикнуть "Я тебя не боюсь!" Я и вправду, не боялась. Мысль о том, что скоро, наконец, все прояснится, дарила огромное облегчение. Чем больше я раздумывала о нашей судьбе, тем больше верила, что смертью дело не кончится. Что у охотников на нас другие планы. Правда, иногда ведь смерть не самый худший исход? И все равно не нервничала — что-что, а один надежный способ покончить с жизнью мне точно известен. И для этого вовсе не требуется себя убивать, достаточно снять медальон перед сном. Чтобы стая завершила начатое дело.
Поймав себя на этих мыслях, я усмехнулась — глупо, если подумать. Глупая бравада наивной девчонки, которая на самом деле просто хочет жить. И не как-нибудь жить, а счастливо.
А лифт все полз и вверх, меняя цифры на электронном табло. Я следила за ними взглядом, поверх голов конвоиров. Кабинка остановилась, когда мелькнули пять и один. Двери разъехались в стороны под мелодичное курлыканье автоматики, открывая дорогу в светлый холл. Перед тем как выйти, я на миг задержала дыхание — сейчас решится наша судьба — а потом смело шагнула на плотный серый ковролин.
Вот и все. Недолго осталось ждать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
